История Руси в поисках истины

Полоцкая земля в составе Древнерусского государства
Алексей Хотеев

О том, что из себя представляла древняя Русь в политическом отношении, споры ведутся давно. В разное время и разными академическими школами предлагались такие трактовки как держава Рюриковичей, союз городских областей, раннефеодальная монархия, федерация земель-княжений и др. Но вряд ли можно отрицать тезис о том, что у народа-Руси сформировалась своя государственность, то есть верховная власть и её институты, определённая правовая система, территориальное единство, внутренние экономические связи и социально-культурная общность. От своего начала государственность русского народа развивалась, менялись её стадии и формы, но в своей сути она оставалась единой и веками определялась единством самосознания. В древней Руси не существовало понятия «гражданство», но бытовали термины «Русская земля», «сыны Русские».

В разговоре о государственности нужно начать с определения самого понятия. Ограниченная территория, суверенная власть, свой аппарат принуждения, армия, этнические, языковые и культурные особенности – все это должно скрепляться единым самосознанием, что внутри страны находятся свои, а за ее пределами – чужие. Без этого связующего элемента, «общеземского чувства», по определению известного русского историка В. О. Ключевского, элементы государственности так и остаются разрозненными, не сложившимися в одно целое. В этом отношении все княжества-земли, «отчины и дедины», разделенные между фамильными ветвями Рюрикова дома, являлись единой Русской землей. Сознание этого единства ярко выразилось в поэтическом «Слове о полку Игореве», где, между прочим, и достояние полоцкого князя Всеслава называется «землей Русской». Государственная общность древней Руси держалась единством Русской (Киевской) митрополии, единым литературным языком, множественностью торгово-экономических связей. Полоцкая земля не была исключением. Например, в договоре Полоцка с Ригой 1264 г. прямо говорилось магистру и братьям-рыцарям отступить и возвратиться в свои пределы, потому что Полоцкая земля – это Русская земля («Руськая земля словет Полочьская»). В древнейшей молитве (стихире конца XII в.), посвященной преподобной Евфросинии игумении Полоцкой, говорится, что она осеняла «древо и корень Русской земли». В созданном около того же времени Житии святителя Кирилла епископа Туровского отмечается, что он родился в «Русской стране», а слава о нем разошлась во всех концах «Русской земли».

Как же быть с тем, что в древнерусском летописании говорится о «кривичах», потом «полочанах», которые отличаются от «полян», «древлян» или новгородских «словен»? Не идет ли здесь речь об их отдельном статусе, об их этнической обособленности? В догадках и версиях здесь нет недостатка. Под именем «кривичей» подразумевали то славянское племя, то племенной союз, то славяно-балтов, то балто-славян, то даже древнее самоназвание белорусов. Но как бы не толковали об этом ученые и публицисты, в самой Повести временных лет «кривичи» ли, «полочане» ли – все это только региональные названия для жителей одной из областей Русской земли. Здесь, в удобном месте торгового пути по Двине в Днепр при устье реки Полоты, был основан город «Полтеск». Культурная жизнь на этом месте прослеживается с X в. Археологические находки характерны для древнерусских городов: типичные ювелирные изделия и керамика. Так что Полоцк появился не сам по себе, а уже изначально как один из форпостов древнерусского государства.