Японцы объявили, что повесили Сёко Асахару спустя 14 лет после приговора. Многие россияне, можно сказать, потеряли близкого человека, ведь в начале годов японский гуру н
по частоте появления на российском телевизоре почти не уступал какому-нибудь современному Владимиру Соловьёву.
С развалом СССР, когда прежние установки приказали долго жить, в российских людях проснулся большой интерес к духовным ценностям, чем и стали пользоваться сектанты всех мастей. Не стала исключением и организация Сёко Асахары. Российское отделение «Аум синрикё» стало очень массовым. Этому способствовало лоббирование сектантов на самом высоком уровне.
Сёко Асахара впервые приехал в Россию в марте 1992 года. Он планировал встретиться с самим Борисом Ельциным, но это у него не получилось. Зато удалось пообщаться с Русланом Хасбулатовым, Юрием Лужковым, Александром Руцким. По информации «Совершенно секретно», главным лоббистом интересов секты был Олег Лобов, свердловский друг Бориса Ельцина, в разное время работавший вице-премьером, министром экономики, секретарем Совета безопасности, а также председателем экспертного совета при правительстве, а затем при президенте.
Открытый в Москве Российско-японский университет, созданный для привлечения в страну японских инвестиций, привлек только Сёко Асахару.
Здание на Петровке стало штабом «Аум Синрикё». Впрочем, инвестиции также начали поступать. На свою пиар-компанию в России Асахара выделил, по разным оценкам, не меньше 50 миллионов долларов. Ежедневно выходила часовая программа на радио «Маяк», еженедельно — передача на телеканале «2×2». На стадионе «Олимпийский» проходили массовые медитации.
Кроме привлечения адептов, Асахара имел в России и более прагматичные цели. Асахару очень интеросовало российское оружие, от автоматов Калашникова до ядерной бомбы.
На судебном процессе по делу «Аум синрике» Икуо Хаяси, считавшийся «правой рукой» Сёко Асахары, заявил, что документация по производству зарина была куплена членами секты в 1993 году у Олега Лобова. Сектанты заплатили за нее около 10 млн иен ($79 тыс.). Показания Хаяси подтвердил шеф разведки секты Йосихиро Инуе, признавшийся, что газ невозможно было бы изготовить без помощи Лобова. Впрочем, доказать участие Лобова в деятельности секты токийская прокуратура не смогла.
по частоте появления на российском телевизоре почти не уступал какому-нибудь современному Владимиру Соловьёву.
С развалом СССР, когда прежние установки приказали долго жить, в российских людях проснулся большой интерес к духовным ценностям, чем и стали пользоваться сектанты всех мастей. Не стала исключением и организация Сёко Асахары. Российское отделение «Аум синрикё» стало очень массовым. Этому способствовало лоббирование сектантов на самом высоком уровне.
Сёко Асахара впервые приехал в Россию в марте 1992 года. Он планировал встретиться с самим Борисом Ельциным, но это у него не получилось. Зато удалось пообщаться с Русланом Хасбулатовым, Юрием Лужковым, Александром Руцким. По информации «Совершенно секретно», главным лоббистом интересов секты был Олег Лобов, свердловский друг Бориса Ельцина, в разное время работавший вице-премьером, министром экономики, секретарем Совета безопасности, а также председателем экспертного совета при правительстве, а затем при президенте.
Открытый в Москве Российско-японский университет, созданный для привлечения в страну японских инвестиций, привлек только Сёко Асахару.
Здание на Петровке стало штабом «Аум Синрикё». Впрочем, инвестиции также начали поступать. На свою пиар-компанию в России Асахара выделил, по разным оценкам, не меньше 50 миллионов долларов. Ежедневно выходила часовая программа на радио «Маяк», еженедельно — передача на телеканале «2×2». На стадионе «Олимпийский» проходили массовые медитации.
Кроме привлечения адептов, Асахара имел в России и более прагматичные цели. Асахару очень интеросовало российское оружие, от автоматов Калашникова до ядерной бомбы.
На судебном процессе по делу «Аум синрике» Икуо Хаяси, считавшийся «правой рукой» Сёко Асахары, заявил, что документация по производству зарина была куплена членами секты в 1993 году у Олега Лобова. Сектанты заплатили за нее около 10 млн иен ($79 тыс.). Показания Хаяси подтвердил шеф разведки секты Йосихиро Инуе, признавшийся, что газ невозможно было бы изготовить без помощи Лобова. Впрочем, доказать участие Лобова в деятельности секты токийская прокуратура не смогла.