Многополярность без России или Россия без полюса?
Уменьшение экономического, а как следствие — и военно-политического, веса США и европейских стран на мировой арене ведёт к подъему иных, зачастую недемократических и антилиберальных игроков, что всё более и более явно обозначает конец эпохи однополярного мира, эпохи, начавшейся по итогам Холодной войны.
Нетерпеливое ожидание этого «конца эпохи» и попытки его ускорить вот уже более четверти века составляют смысловое ядро российской внешней политики. Оно возникло ещё во второй половине 1990-х, до прихода в Кремль Владимира Путина. Но каков окажется этот список основных полюсов, центров силы нового миропорядка? И способна ли — особенно после 24 февраля 2022 года — стать таким отдельным, самостоятельным полюсом сама путинская Россия? Об этом размышляет наш обозреватель Леонид Пастернак.
Читать на SPJ.
Уменьшение экономического, а как следствие — и военно-политического, веса США и европейских стран на мировой арене ведёт к подъему иных, зачастую недемократических и антилиберальных игроков, что всё более и более явно обозначает конец эпохи однополярного мира, эпохи, начавшейся по итогам Холодной войны.
Нетерпеливое ожидание этого «конца эпохи» и попытки его ускорить вот уже более четверти века составляют смысловое ядро российской внешней политики. Оно возникло ещё во второй половине 1990-х, до прихода в Кремль Владимира Путина. Но каков окажется этот список основных полюсов, центров силы нового миропорядка? И способна ли — особенно после 24 февраля 2022 года — стать таким отдельным, самостоятельным полюсом сама путинская Россия? Об этом размышляет наш обозреватель Леонид Пастернак.
Читать на SPJ.