АМЕРИКАНСКИЙ ЗОНТИК ЗАКРЫВАЕТСЯ: США УШЛИ ИЗ ИРАКА СПУСТЯ 23 ГОДА
Владимир Аватков, доктор политических наук, международник, тюрколог @avatkov
Ирак отмечает Дни национального суверенитета после вывода американских войск из страны. На улицах праздничные мероприятия, люди с иракскими флагами, фейерверки. Сами власти называют произошедшее важной вехой в восстановлении полного контроля над своей территорией.
Последние американские военнослужащие покинули базу в Эрбиле 30 сентября — спустя 23 года после вторжения США в страну. Вашингтон называет это завершением операции «Непоколебимая решимость», начатой в 2014 году против запрещённого в РФ ИГИЛ. Формально решение было согласовано ещё администрацией Джо Байдена в 2024 году, однако именно Д. Трамп теперь превращает его в политическое шоу, заявляя, что США «убираются оттуда».
Д. Трамп объясняет американский уход цифрами собственных потерь: в Ираке, по его словам, США потеряли около 4,5 тыс. человек. Цифры большие. А кто-то задумывался, сколько потеряла страна, в которой они базировались? По оценке Брауновского университета, только среди гражданского населения Ирака с 2003 года погибли до 210 тыс. человек. Показательное соотношение. За кадром американской риторики остаётся страна, на территории которой больше двух десятилетий продолжалась война, последствия которой Ирак до сих пор не преодолел, а платить за «гуманитарную интервенцию» Штаты, конечно, не собираются.
Сначала Вашингтон приходит в Ирак с обещаниями безопасности и борьбы с терроризмом, свергнув Саддама Хусейна в 2003 году (свергать, захватывать, казнить лидеров других стран — это вообще фишка американской политики). Затем американцы уходят в 2011-м, возвращаются в 2014-м из-за наступления ИГИЛ, размещают войска и создают сеть партнёрских отношений. А теперь, когда регион снова погружён в большую войну, американские подразделения выводятся из страны. Именно так и работает американский зонтик безопасности: союзников годами приучают связывать собственную безопасность с американским военным присутствием, формируя зависимость от Вашингтона. Но, когда риски становятся слишком высокими уже для самих США, правила меняются. Американцы выводят своих людей, технику и системы защиты, а союзникам остаётся самостоятельно разбираться с тем, что происходит после их ухода.
При этом представитель Вооружённых сил Ирака Сабах ан-Науман заявил, что страна способна самостоятельно обеспечивать свою безопасность. Ещё до завершения вывода он называл 30 сентября окончательной датой присутствия международной коалиции и связывал её с подтверждением суверенитета Ирака и возможностями его вооружённых сил.
США забрали даже то, что Трамп сам назвал принципиально важным: по его словам, он распорядился вывезти «каждый винт» с американских объектов. При этом американские войска не исчезают с Ближнего Востока — часть их функций переносится в Иорданию. Штаб операции теперь находится там, а американские и коалиционные силы продолжают операции против ИГИЛ в Сирии. Поэтому речь идёт не столько о прекращении присутствия, сколько о выходе из страны, в которой стало «неудобно».
При этом Багдад не собирается разрывать военное сотрудничество с Вашингтоном. Окончание миссии международной коалиции означает переход к двусторонним отношениям в сфере безопасности: координации, обмену разведданными, обучению и оборонному сотрудничеству. То есть американское военное присутствие в Ираке заканчивается, но взаимодействие с Ираком сохраняется уже в другом формате.
Для Вашингтона это прагматичная политика: сохранить людей, технику и возможность продолжать операции с более безопасных позиций. Для союзников — совершенно другой сигнал. Американский зонтик существует ровно до тех пор, пока Вашингтон готов за него платить. Когда цена становится слишком высокой, первыми под этот зонтик возвращаются сами американцы, а союзники остаются сами по себе в самой пучине войны, когда миром и не пахнет.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
🟩 Специально для RT. Подписаться: ТГ | MAX
Владимир Аватков, доктор политических наук, международник, тюрколог @avatkov
Ирак отмечает Дни национального суверенитета после вывода американских войск из страны. На улицах праздничные мероприятия, люди с иракскими флагами, фейерверки. Сами власти называют произошедшее важной вехой в восстановлении полного контроля над своей территорией.
Последние американские военнослужащие покинули базу в Эрбиле 30 сентября — спустя 23 года после вторжения США в страну. Вашингтон называет это завершением операции «Непоколебимая решимость», начатой в 2014 году против запрещённого в РФ ИГИЛ. Формально решение было согласовано ещё администрацией Джо Байдена в 2024 году, однако именно Д. Трамп теперь превращает его в политическое шоу, заявляя, что США «убираются оттуда».
Д. Трамп объясняет американский уход цифрами собственных потерь: в Ираке, по его словам, США потеряли около 4,5 тыс. человек. Цифры большие. А кто-то задумывался, сколько потеряла страна, в которой они базировались? По оценке Брауновского университета, только среди гражданского населения Ирака с 2003 года погибли до 210 тыс. человек. Показательное соотношение. За кадром американской риторики остаётся страна, на территории которой больше двух десятилетий продолжалась война, последствия которой Ирак до сих пор не преодолел, а платить за «гуманитарную интервенцию» Штаты, конечно, не собираются.
Сначала Вашингтон приходит в Ирак с обещаниями безопасности и борьбы с терроризмом, свергнув Саддама Хусейна в 2003 году (свергать, захватывать, казнить лидеров других стран — это вообще фишка американской политики). Затем американцы уходят в 2011-м, возвращаются в 2014-м из-за наступления ИГИЛ, размещают войска и создают сеть партнёрских отношений. А теперь, когда регион снова погружён в большую войну, американские подразделения выводятся из страны. Именно так и работает американский зонтик безопасности: союзников годами приучают связывать собственную безопасность с американским военным присутствием, формируя зависимость от Вашингтона. Но, когда риски становятся слишком высокими уже для самих США, правила меняются. Американцы выводят своих людей, технику и системы защиты, а союзникам остаётся самостоятельно разбираться с тем, что происходит после их ухода.
При этом представитель Вооружённых сил Ирака Сабах ан-Науман заявил, что страна способна самостоятельно обеспечивать свою безопасность. Ещё до завершения вывода он называл 30 сентября окончательной датой присутствия международной коалиции и связывал её с подтверждением суверенитета Ирака и возможностями его вооружённых сил.
США забрали даже то, что Трамп сам назвал принципиально важным: по его словам, он распорядился вывезти «каждый винт» с американских объектов. При этом американские войска не исчезают с Ближнего Востока — часть их функций переносится в Иорданию. Штаб операции теперь находится там, а американские и коалиционные силы продолжают операции против ИГИЛ в Сирии. Поэтому речь идёт не столько о прекращении присутствия, сколько о выходе из страны, в которой стало «неудобно».
При этом Багдад не собирается разрывать военное сотрудничество с Вашингтоном. Окончание миссии международной коалиции означает переход к двусторонним отношениям в сфере безопасности: координации, обмену разведданными, обучению и оборонному сотрудничеству. То есть американское военное присутствие в Ираке заканчивается, но взаимодействие с Ираком сохраняется уже в другом формате.
Для Вашингтона это прагматичная политика: сохранить людей, технику и возможность продолжать операции с более безопасных позиций. Для союзников — совершенно другой сигнал. Американский зонтик существует ровно до тех пор, пока Вашингтон готов за него платить. Когда цена становится слишком высокой, первыми под этот зонтик возвращаются сами американцы, а союзники остаются сами по себе в самой пучине войны, когда миром и не пахнет.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
🟩 Специально для RT. Подписаться: ТГ | MAX