В Канаде разгорелся конфликт по поводу эвтаназии 83-летней Бригитты Штегеманн.

Её внучка заявила, что медики провели женщине эвтаназию с многочисленными нарушениями, не получив от неё финального согласия в день процедуры.

У Бригитты Штегеманн был диагностирован рак желудка четвёртой стадии. Внучка ухаживала за бабушкой 12 лет, 6 из которых она была законным представителем Штегеманн.

За два месяца до смерти женщины врачи предложили ей рассмотреть эвтаназию. По словам семьи, Бригитта хотела умереть естественной смертью, обосновывая это решение религиозными соображениями.

После этого внучка с семьёй уехала на 10 дней. Когда Бригитта-младшая (внучку тоже звали Бригитта) ещё была в поездке, ей сообщили, что её бабушке собираются организовать консультацию для оценки состояния перед эвтаназией.

Бригитта-младшая утверждала, что бабушка ни в какой момент сама не подавала заявку на эвтаназию.

Но каждый раз, когда она сомневалась в допустимости эвтаназии для бабушки, она чувствовала, что медицинские работники в доме престарелых заставляют её чувствовать себя сумасшедшей.

«Я действительно верю, что одна медсестра видела в нас препятствие», — говорит внучка.
«Мы мешали ей (медсестре) сделать эвтаназию моей бабушке. Я думаю, она действительно, искренне верит, что эвтаназия — это лучший исход для людей, и позор мне за попытку это остановить».

При второй процедуре оценки состояния перед эвтаназией внучка присутствовала. По её словам, врач ни разу не произнесла слова «смерть» или «умирание».

Внучка решила, что Штегеманн не понимает, к чему приведёт процедура, и вмешалась в разговор. По её словам, врач сказала бабушке, что она больше не будет испытывать боли.

Ситуацию усугубляло то, что английский язык - не родной для Штегеманн. Помимо этого, у неё были проблемы со слухом. Что в комплексе заставляет усомниться в реализации принципа информированности в этой ситуации.

Но что, на мой взгляд, самое страшное — врач полностью проигнорировал факт невыполненного теста на когнитивные способности. Бабушка его не прошла. По словам внучки, бабушка неправильно ответила на все заданные в рамках этого теста вопросы.

За два дня до назначенной процедуры Бригитта-младшая спросила бабушку, понимает ли та, что должно произойти. Бригитта расплакалась и около 45 минут не могла успокоиться, многократно повторяя, что совершила ошибку.

Внучка обратилась к врачам, информируя их о нежелании бабушки. В ответ врачи объяснили, что бабушка сможет отказаться от эвтаназии непосредственно в день процедуры. Поэтому Бригитта-младшая решила больше не обсуждать с бабушкой эвтаназию заранее, так как не хотела снова её расстраивать и рассчитывала, что перед введением препаратов бабушку ещё раз спросят о её решении.

По словам Бригитты-младшей, перед введением препаратов врач обратился с этим вопросом к бабушке, но ответа не получил.

«Моя бабушка не двигалась, не открывала глаза, не кивала, ничего не говорила. А врач просто сказала: „Хорошо, тогда я продолжу“», — рассказала внучка.

Примерно через десять минут от начала процедуры Штегеманн умерла.

Семья потребовала предоставить документы, на основании которых была проведена процедура. Родственники также обратились к главному коронеру* Онтарио и в полицию.

Расследование продолжается.

P.s. источник информации в посте – интервью с родственниками, а не установленные факты.

*Коронер - должностное лицо в странах англо-саксонской правовой семьи, которое расследует случаи внезапной или неестественной смерти