Накануне памяти князя Владимира Крестителя стоит сказать, что все, происходящее ныне в Киеве и вокруг него, это реванш бесовской силы, попранной однажды Владимиром.
Бесы злопамятны, и отомстить за свой позор, за утопление Перуна в Днепре, они решили совершить на том же месте. Утопленый Перун, как пишет Николай Сербский, вновь поднимает голову из днепровских вод. Ему нужна новая кровожадность, новый разврат и новое безумие. Прежние грехи были связаны с идолами и служению им. Нынешние грехи, это та же мерзость, но прикрытая кличкой "европейских ценностей"
Жизнь святого Владимира это миниатюрное изображение всей русской души. Каждый русский избирает какой образ воплотить в жизни своей: образ князя до покаяния или образ князя раскаившегося? Или блудный жено-маньяк, завистливый и хитрый, жестокий и мстительный. Или исцеленный Христом, похожий на выздоровевшего бесноватого: чистый, умытый и смыслящий.
Владимир совершил в своей душе такой покаянный переворот, такую благодатную революцию, что теперь никто из самых закоренелых грешников не может извинить свое грязное и нераскаянное житие.
Владимир, это новая Мария Египетская, только в мужском облике и на высоте верховной власти. По мысли Николая Сербского, как медный змей, не имея в себе яда, видом своим исцелял укушенных, так образ Владимира освятившегося и раскаявшегося возносится над русской историей, чтобы во всех поколениях исцелять гордецов и блудников, обжор и любителей насилия.
А там, где бесы ныне совершают свой реванш, они будут активны и беспощадны. Для них времена Владимира, это буквальное вчера. И они будут мстить нынешнему поколению расслабленных христиан, словно их только что прогнали из капищ, в которые им не терпится вернуться.
Бесы злопамятны, и отомстить за свой позор, за утопление Перуна в Днепре, они решили совершить на том же месте. Утопленый Перун, как пишет Николай Сербский, вновь поднимает голову из днепровских вод. Ему нужна новая кровожадность, новый разврат и новое безумие. Прежние грехи были связаны с идолами и служению им. Нынешние грехи, это та же мерзость, но прикрытая кличкой "европейских ценностей"
Жизнь святого Владимира это миниатюрное изображение всей русской души. Каждый русский избирает какой образ воплотить в жизни своей: образ князя до покаяния или образ князя раскаившегося? Или блудный жено-маньяк, завистливый и хитрый, жестокий и мстительный. Или исцеленный Христом, похожий на выздоровевшего бесноватого: чистый, умытый и смыслящий.
Владимир совершил в своей душе такой покаянный переворот, такую благодатную революцию, что теперь никто из самых закоренелых грешников не может извинить свое грязное и нераскаянное житие.
Владимир, это новая Мария Египетская, только в мужском облике и на высоте верховной власти. По мысли Николая Сербского, как медный змей, не имея в себе яда, видом своим исцелял укушенных, так образ Владимира освятившегося и раскаявшегося возносится над русской историей, чтобы во всех поколениях исцелять гордецов и блудников, обжор и любителей насилия.
А там, где бесы ныне совершают свой реванш, они будут активны и беспощадны. Для них времена Владимира, это буквальное вчера. И они будут мстить нынешнему поколению расслабленных христиан, словно их только что прогнали из капищ, в которые им не терпится вернуться.