BG News

Репрессивная логика в России окончательно добралась и до науки 🧬

Глава Совета по правам человека Валерий Фадеев фактически предложил российским ученым и преподавателям согласовывать академические ссылки с ФСБ. По его словам, работы университетов из списка «нежелательных организаций» цитировать формально можно, но лучше заранее консультироваться с силовиками и прокуратурой, чтобы избежать проблем.

Фадеев отдельно предупредил, что учиться в Йеле «не стоит», заявив о существовании там «курсов по подготовке организаторов цветных революций».

В российский реестр «нежелательных» уже внесены восемь западных университетов, включая Стэнфорд и Беркли. На практике это уже привело к наказаниям: сотрудников ярославских вузов штрафовали даже за упоминание Йеля на страницах университетских сайтов.

Еще несколько лет назад подобные истории казались абсурдом даже для российской системы. Теперь же научная и образовательная среда постепенно переводится в режим, где цитирование зарубежных исследований становится вопросом не академической дискуссии, а согласования с органами безопасности.

📉 Российская экономика всё больше замыкается на собственных деньгах. Это уже не гипотеза, это прямое признание.

Глава Центробанка Эльвира Набиуллина на отраслевом форуме фактически зафиксировала новую реальность: внешний капитал для российских компаний после 2022 года в значительной степени закрыт, и «практически единственный источник финансирования — это российские сбережения».

Если убрать упрощения, это означает следующее.

До 2022 года часть роста действительно финансировалась за счёт дешёвых внешних денег. Российские компании занимали на глобальных рынках под более низкие ставки, чем внутри страны. Это снижало стоимость капитала и поддерживало инвестиции.

После санкций эта модель сломалась.

Теперь экономика опирается на:
— внутренние депозиты
— государственные расходы
— кредиты внутри банковской системы

📊 Это автоматически делает систему более дорогой и менее гибкой.

Почему:

— ставки внутри страны выше, чем были на внешних рынках
— конкуренция за капитал ниже
— риски выше, значит инвестиции осторожнее

В результате экономика начинает работать «на собственном топливе», но это топливо ограничено и дороже.

⚠️ Важно: это не про «конфискацию вкладов».

На данный момент нет решений, которые бы указывали на изъятие депозитов. Банковская система функционирует, вклады не заморожены.

Но это не значит, что рисков нет.

📉 Основной механизм давления на сбережения сейчас — косвенный:

— инфляция снижает их реальную стоимость
— высокие ставки перераспределяют деньги в пользу банков и государства
— бюджет всё активнее втягивает ресурсы экономики

То есть деньги населения становятся ключевым ресурсом системы, но не через прямое изъятие, а через финансовую среду.

📌 Теперь к главному вопросу: «идёт ли экономика к краху».

Тезис о «неизбежном крахе» — слишком сильный, если говорить строго.

Факты говорят о другом:

— экономика адаптировалась к санкциям и продолжает функционировать
— но её структура ухудшается: меньше внешнего капитала, выше стоимость денег, выше роль государства
— долгосрочные факторы роста (инвестиции, технологии, конкуренция) ослабляются

📉 Это не обвал «здесь и сейчас». Это сценарий постепенного сжатия возможностей.

Чем дольше экономика изолирована от глобального капитала и технологий, тем выше вероятность:

— замедления роста
— снижения доходов
— накопления структурных дисбалансов

📌 Вывод

Заявления Центробанка — это не сигнал о срочном кризисе, а признание стратегического разворота: от интеграции к изоляции.

Крах — это не событие, а процесс.
И текущая модель скорее указывает именно на процесс деградации потенциала, а не на мгновенный обвал.

Как минимум 38 осуждённых по политическим делам в России повторно лишились свободы ❗️

Российская практика повторных уголовных дел против уже осуждённых по политическим статьям становится системной.

По данным правозащитников, как минимум 38 фигурантов политических дел получили новые сроки, находясь уже в заключении.

Схема повторяется почти во всех случаях. После первого приговора против заключённых возбуждаются новые дела - часто за разговоры в колонии, публикации, выступления в суде или высказывания в камере.

Отдельная особенность этих дел - они возникают уже после того, как человек фактически изолирован от общества. Многие обвинения основаны на словах, которые, по версии следствия, были произнесены в колонии, тюремной больнице или в разговоре с другими заключёнными.

Так, математику Азату Мифтахову, отбывающему срок по делу о дымовой шашке у офиса «Единой России», добавили новый срок за якобы оправдание взрыва Крымского моста - по версии следствия, это прозвучало во время разговора в тюремной больнице.

Бывшему московскому муниципальному депутату Алексею Горинову, получившему 7 лет за антивоенное выступление на заседании совета депутатов, также назначили дополнительный срок по аналогичному обвинению.

Активист Андрей Бирюков получил новый приговор после того, как на суде заявил, что войну лучше проиграть, чем погибать за чужие интересы.

В других случаях обвинения строятся вокруг публикаций в социальных сетях, разговоров в заключении или новых обвинений в «содействии террористической деятельности».

В некоторых делах новые обвинения радикально увеличивают сроки. Например, Никите Афанасьеву после первого приговора добавили новые обвинения, увеличив срок до 25 лет лишения свободы.

Даже после вынесения приговора человек остаётся внутри системы, которая может в любой момент инициировать новое дело - и добавить ещё несколько лет.

Именно поэтому правозащитники всё чаще говорят о появлении в России практики бесконечного срока, когда уголовное преследование не заканчивается приговором, а превращается в последовательность новых обвинений.

С юридической точки зрения это остаётся серией отдельных дел.

С политической - выглядит как механизм, позволяющий удерживать людей в заключении столько времени, сколько сочтёт необходимым государство ☠️

🕯 27 февраля — день убийства Бориса Немцова

27 февраля 2015 года в центре Москвы был застрелен Борис Немцов — бывший вице-премьер России, один из самых известных оппонентов Кремля.

Его убили поздно вечером на Большом Москворецком мосту — буквально в нескольких десятках метров от Кремля. Четыре выстрела в спину. Рядом — камеры наблюдения, патрули, охраняемая зона. Место, где «случайностей» почти не бывает.

Что произошло дальше
• По делу были осуждены несколько исполнителей — выходцы из Чечни.
• Заказчик официально «не установлен».
• Фамилии, которые называли журналисты-расследователи и соратники Немцова, в приговоре не фигурируют.
• Материалы, которые готовил Немцов (в том числе доклад о роли России в войне на Донбассе), вышли уже после его смерти.

Следствие назвало преступление «провокацией» и «дестабилизацией».
Оппозиция — политическим убийством.

Контекст

В последние годы жизни Немцов активно критиковал:
• участие России в войне в Украине,
• коррупцию в высших эшелонах власти,
• милитаризацию и изоляцию страны.

Он не эмигрировал. Не уехал. Оставался в Москве.

Факты, которые нельзя игнорировать
• Убийство произошло под стенами Кремля — в зоне повышенного контроля.
• За 11 лет заказчик так и не назван.
• Мемориал на месте убийства регулярно убирают коммунальные службы, но люди приносят цветы снова.

Между строк

В 2015 году многим казалось, что это «точка».
Сегодня понятно — это был сигнал.

Немцов говорил, что Россия будет свободной.
Его убили.
Но каждый год 27 февраля люди всё равно приходят на мост.

❌ 🇷🇺 Россия выходит из Европейской Конвенции по предотвращению пыток ‼️

Раньше независимые эксперты могли без предупреждения проверять тюрьмы, СИЗО, колонии и психиатрические клиники. Их доклады помогали вскрывать пытки, перенаселённость и другие нарушения.

Теперь этого контроля не будет. Государство снимает с себя последние международные обязательства ❗️

Формально пытки в России всё ещё запрещены в Конституции и законах. Но без независимого надзора это лишь слова на бумаге.


⚠️ Что это значит:
• у человека в России становится всё меньше правовой защиты,
• жаловаться больше некому,
• если процесс выхода начат — он обязательно будет доведён до конца.

В таких условиях находиться в стране становится всё опаснее: власть остаётся один на один с человеком, и больше некому вмешаться. Любой попавший в СИЗО или тюрьму становится абсолютно беззащитным перед давлением со стороны власти, а также физическими и психологическими пытками.

Сегодня — вторая годовщина со дня гибели Алексея Навального 🥀

На днях Платформа российских демократических сил при Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) выпустила совместное заявление: они прямо называют гибель Навального не единичным инцидентом, а частью цепи системных преступлений кремлёвского режима против своих граждан и против всех, кто отстаивает свободу и справедливость. В документе подчёркивается, что смерть Навального — не исключение, а закономерный результат государственной политики террора, направленной на подавление инакомыслия и оппозиции.

В тех же международных заявлениях приводятся результаты токсикологических анализов: у Алексея был найден эпибатидин — яд, связанный с лягушкой-древолазом, который может быть синтезирован только в лабораторных условиях, и прямой контакт с которым в России естественным путём невозможен. Пять стран Европы сейчас считают, что это вещество и стало причиной его смерти в колонии, а такие действия нарушают Конвенцию о запрещении химического оружия.

Утром у Борисовского кладбища в Москве снова собирались люди с цветами. Просто приходили вспомнить Алексея — человека, который знал цену свободе, который говорил простые, но глубокие истины.

Навальный повторял:
«Добро всегда побеждает зло»,
и что всё, что нужно для действия зла — это бездействие добра.

Он вернулся в страну, зная, что его ждёт тюрьма или даже смерть, потому что верил: Россия может быть другой — свободной, честной, справедливой.

Сегодня — день скорби. Но это и день памяти, и день ответственности.

Память — это не просто свечи и цветы. Память — это обязательство.
Обязательство перед народами современной России, перед её гражданами и перед всеми, кто верит в справедливость.

Навальный ушёл, но его вера осталась с нами.
Его слова живут дальше — потому что мир, о котором он говорил, начинается не в будущем, а здесь и сейчас.

Если добро молчит — зло торжествует.
Если мы молчим — они побеждают.

Не забудем. Не простим❗️

Артемий Останин — стендап-комик, который пошутил про безногого человека в метро и Иисуса Христа. Пошутил неудачно — с этим можно спорить, можно осуждать, можно не смеяться и выключить видео.

Но дальше начинается не про юмор.

За шутки его:
— задержали
— избивали дубинкой и электрошокером
— срезали ножом волосы
— сломали позвоночник
— отправили в СИЗО более чем на 10 месяцев

Следствие пошло еще дальше: Останина объявили руководителем организованной преступной группы, которая, по версии обвинения, занималась… оскорблением чувств верующих.
Потерпевшие подтвердили, что были оскорблены.
Останин извинился перед теми, кого могли задеть его слова, но вину не признал и назвал потерпевших «профессиональными доносчиками».

Итог — 5 лет и 9 месяцев колонии.

В России сегодня можно сколько угодно спорить о границах допустимого юмора.
Но если за неудачную шутку человека пытают, калечат, шьют ОПГ и дают почти шесть лет тюрьмы — это уже не разговор о морали, вере или культуре. Это разговор о государстве, где насилие стало нормальным инструментом правосудия.

Сложно реагировать на постоянный поток плохих новостей из России. Но бывают такие истории, мимо которых пройти невозможно.
То, что делают с Артемием Останиным, — именно такая история.

Всем, кто довел страну до состояния, где пиздец — это норма, хочется пожелать одного:
честного суда.
Без пыток.
Без унижений.
С нормальными условиями содержания.
И с адекватным приговором.

Иногда полезно пожить по тем правилам, которые вы установили для других.

Артемий Останин — стендап-комик, который пошутил про безногого человека в метро и Иисуса Христа. Пошутил неудачно — с этим можно спорить, можно осуждать, можно не смеяться и выключить видео.

Но дальше начинается не про юмор.

За шутки его:
— задержали
— избивали дубинкой и электрошокером
— срезали ножом волосы
— сломали позвоночник
— отправили в СИЗО более чем на 10 месяцев

Следствие пошло еще дальше: Останина объявили руководителем организованной преступной группы, которая, по версии обвинения, занималась… оскорблением чувств верующих.
Потерпевшие подтвердили, что были оскорблены.
Останин извинился перед теми, кого могли задеть его слова, но вину не признал и назвал потерпевших «профессиональными доносчиками».

Итог — 5 лет и 9 месяцев колонии.

В России сегодня можно сколько угодно спорить о границах допустимого юмора.
Но если за неудачную шутку человека пытают, калечат, шьют ОПГ и дают почти шесть лет тюрьмы — это уже не разговор о морали, вере или культуре. Это разговор о государстве, где насилие стало нормальным инструментом правосудия.

Сложно реагировать на постоянный поток плохих новостей из России. Но бывают такие истории, мимо которых пройти невозможно.
То, что делают с Артемием Останиным, — именно такая история.

Всем, кто довел страну до состояния, где пиздец — это норма, хочется пожелать одного:
честного суда.
Без пыток.
Без унижений.
С нормальными условиями содержания.
И с адекватным приговором.

Иногда полезно пожить по тем правилам, которые вы установили для других.

Суд утвердил приговор бывшему сотруднику «Яндекса» по делу о госизмене

Первый апелляционный суд общей юрисдикции оставил в силе приговор бывшему сотруднику «Яндекса» — 15 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Об этом сообщают независимые СМИ.

Поводом для уголовного дела стал перевод 500 долларов украинскому благотворительному фонду «Вернись живым». Следствие квалифицировало перевод как финансирование деятельности, направленной против безопасности России. Фонд признан в РФ экстремистским и террористическим.

Защита указывала, что перевод был частным пожертвованием, совершённым до признания фонда экстремистским, без какого-либо участия в его деятельности. Эти доводы суды первой и апелляционной инстанций не приняли.

Заседание апелляционного суда, как и процесс в первой инстанции, проходило в закрытом режиме. Подробности материалов дела не раскрываются.

Статья о госизмене в последние годы всё чаще применяется к делам, не связанным с насилием или шпионажем. Приговор в 15 лет фактически означает сломанная жизнь за один денежный перевод — срок, который нередко превышает наказания за тяжкие насильственные преступления. Это укладывается в общую тенденцию: репрессии носят системный характер, а государство исходит из принципа, что любой гражданин находится под постоянным учётом.

Депортация россиян из США – соучастие в репрессиях

«Вёрстка» поговорила с россиянами, которых в 2025 году депортировали после отказа в убежище. Из этих рассказов складывается однозначная картина: депортация сегодня — это не «возвращение домой», а немедленная передача человека репрессивной машине.

Во многих случаях всё начинается прямо в аэропорту. Человека встречают силовики, его передают из рук в руки спецслужбам. Допросы — сразу. Иногда ещё в здании аэропорта, иногда — уже по дороге. Нередко депортированные даже не выходят в город: из аэропорта их везут напрямую в СИЗО.

Причины давно не требуют «фабрикации». Донаты, участие в митингах, антивоенные высказывания, помощь оппозиционным инициативам — этого достаточно, чтобы возбудить уголовное дело легально и без лишних процедур. Попытка получить убежище за границей сама по себе фиксируется как доказательство политической нелояльности.

Никакой возможности оправдаться не существует. Суд — формальность. Защита — иллюзия. Дальше идут стандартные этапы: давление, угрозы, пытки, выбивание показаний. Система работает быстро и без сбоев.

Поэтому депортация россиян сегодня — это не вопрос миграционного контроля. Это прямая помощь путинскому режиму. Осознанная передача людей в руки спецслужб, где исход известен заранее. Это подпись под приговором, который фактически исполняется уже в аэропорту.

Источник:
https://verstka.media/rossiyan-v-2025-godu-massovo-deportirovali-posle-otkaza-v-ubezhishhe

В Екатеринбурге умер поэт Егор Белоглазов.
Ему было 50 лет

Белоглазова преследовали за антивоенные посты и высказывания в соцсетях. Против него возбудили уголовные дела по стандартному для нынешней России набору: «реабилитация нацизма», «оскорбление чувств верующих», «пропаганда ЛГБТ». Не за насилие — за слова.

Его здоровье было тяжёлым. Хроническое заболевание, проблемы с дыханием, постоянная необходимость медицинской поддержки. Это было известно всем — следствию, прокурору, суду.

Тем не менее его отправили в тюрьму, прекрасно понимая, что долго он там не продержится.
Судья, выносившая приговор, фактически подписала ему смертный приговор.
Прокурор при этом запрашивал ещё более жёсткое наказание — как будто речь шла не о больном поэте, а о закоренелом преступнике.

Государство сделало всё формально «по закону».
Но итог — смерть человека, которого можно было не сажать, не ломать, не добивать.

Это уже не про правосудие и даже не про репрессии.
Это про систему, которая осознанно использует тюрьму как инструмент устранения — особенно когда человек неудобен и физически уязвим.

Белоглазова убили не сокамерники и не болезнь.
Его убило государство, которое решило, что слова опаснее человеческой жизни.

1418 дней войны

Великая Отечественная война — оборона, освобождение, победа над нацизмом. Чёткое понимание, где зло и где сопротивление ему. Смыслы были настолько очевидны, что их не нужно было рисовать на танках.

СВО длится столько же.
Но за это время Путин убил больше русских, чем Гитлер за годы ВОВ. Разница лишь в том, что тогда убивал внешний враг, а сегодня — собственная власть. Своих солдат, своих граждан, и — украинских детей, мирных жителей, ближний народ.

И это видно даже в символах.

Буква Z, ставшая эмблемой «специальной операции», визуально и по своей функции повторяет нацистскую эстетику: простая, агрессивная, лишённая смысла, сведённая к знаку подчинения. Не идея — а метка. Не символ освобождения — а клеймо.

В ВОВ нацизм был злом, против которого боролись.
Сегодня зло не исчезло — оно просто переоделось.
И оказалось по другую сторону фронта, прикрываясь разговорами о «истории», «традициях» и «защите».

1418 дней — это момент, когда становится окончательно ясно:
если символы начинают напоминать нацистские,
если война идёт без цели,
если власть убивает своих и чужих одинаково,
то вопрос «кто здесь зло» больше не требует ответа между строк.

Киев. Удар по гражданской инфраструктуре

После ночной российской атаки почти половина многоквартирных домов Киева — около шести тысяч — осталась без тепла. Зафиксированы перебои с водоснабжением. Повреждена критическая городская инфраструктура. Коммунальные службы работают в режиме чрезвычайной ситуации.

Мэр Киева Виталий Кличко назвал атаку «самой болезненной» для объектов жизнеобеспечения столицы и призвал жителей, у которых есть такая возможность, временно выехать за город — туда, где есть альтернативные источники тепла и электроэнергии.

Факт остается простым: удар нанесён не по военным объектам, а по системам, от которых напрямую зависит жизнь мирного города зимой. Отопление и вода — это не «побочный эффект», а целевая уязвимость. Именно через неё война ведётся против гражданского населения.

Фото: РБК Украина

Во Франции найден мёртвым российский журналист-фрилансер Евгений Сафронов

Тело обнаружили в коммуне Медон под Парижем. По данным французских СМИ, он выпал из окна квартиры на седьмом этаже и умер уже в больнице.

Формально основной версией следствия считается самоубийство. При этом обстоятельства гибели выглядят не однозначно. В квартире нашли стул, поставленный у окна, письма на русском языке и лекарства. Французская пресса также сообщает, что незадолго до смерти Сафронов мог получать угрозы убийством — в том числе из России.

Сафронов ранее сотрудничал с независимыми российскими медиа. Его имя официально не называлось, но источники подтвердили личность журналиста. Полиция продолжает проверку, признавая, что ряд деталей пока не складывается в простую версию произошедшего.

Смерти российских журналистов за границей всё чаще выглядят как частные трагедии — до тех пор, пока не становится ясно, что «частных» обстоятельств в них слишком много.

Заявление Путина об «атаке» на Валдай оказалось информационной операцией 🤥

Заявление Владимира Путина о якобы совершённой атаке беспилотников на его резиденцию в Валдае не получило подтверждения. Украина официально опровергла причастность к какому-либо нападению, подчеркнув, что подобные утверждения не соответствуют действительности.

Позднее американская разведка пришла к выводу, что атаки на резиденцию не было вовсе. По оценке спецслужб США, отсутствуют какие-либо данные, подтверждающие сам факт удара или попытку покушения. Таким образом, версия Кремля не нашла подтверждения ни у предполагаемой «стороны нападения», ни у внешних независимых источников.

Примечательно, что заявление Путина прозвучало на фоне активизации переговорных контактов и обсуждений возможных дипломатических шагов. Вброс о «покушении» резко сместил информационную повестку — от разговоров о деэскалации к теме личной угрозы и необходимости дальнейших силовых мер.

Подобные заявления укладываются в уже привычную для Кремля логику: создание образа осаждённой крепости, апелляция к угрозе со стороны Украины и Запада, а также формирование повода для оправдания продолжения войны. Отсутствие доказательств при этом не становится препятствием — ключевым остаётся эффект внутри страны и попытка повлиять на международный контекст.

История с «атакой на Валдай» показала, что даже на этапе обсуждения возможных мирных инициатив Кремль выбирает путь эскалационной риторики и информационных манипуляций, а не подтверждённых фактов и реальных шагов к прекращению войны.

🇺🇸 Госдеп США: Россия — страна, небезопасная для поездок

Госдепартамент США в конце декабря обновил официальное предупреждение по России, присвоив стране максимальный уровень угрозы — Level 4: Do Not Travel. Гражданам США рекомендовано воздержаться от поездок, а тем, кто находится в стране, — покинуть её.

В качестве причин названы риск произвольных арестов, репрессивная практика силовых структур, фабрикация уголовных дел и ограниченные возможности консульской помощи.

Официальный текст предупреждения опубликован на сайте Госдепартамента США:
https://travel.state.gov/content/travel/en/traveladvisories/traveladvisories/russia-travel-advisory.html

Важно подчеркнуть принципиальный момент:
речь идёт не о реакции на политику России именно в отношении граждан США.

Репрессивная система в России формировалась и ужесточалась прежде всего против собственных граждан — журналистов, активистов, оппозиционных политиков, правозащитников, случайных людей. Произвольные задержания, уголовные дела за слова и высказывания, давление и запугивание стали нормой задолго до того, как в эту зону риска начали массово попадать иностранцы.

Публикация подобного предупреждения со стороны Госдепартамента — это маркер того, что масштабы репрессий стали очевидны уже за пределами страны. Когда государство официально рекомендует своим гражданам не ездить в другую страну из-за риска ареста и отсутствия правовой защиты, это означает, что речь идёт о системной угрозе, а не об отдельных инцидентах.

Современная Россия небезопасна не потому, что там «плохо относятся к иностранцам», а потому что репрессивная модель власти изначально направлена против человека как такового — независимо от гражданства!

Каким был 2025 год в России 👀

2025 год стал годом дальнейшего и системного усиления политических репрессий в России. Государство окончательно перешло от точечных преследований к репрессивной рутине, в которой уголовное дело, СИЗО и колония стали обыденным инструментом управления обществом.

За год количество людей, лишённых свободы с признаками политического мотива и незаконности, зафиксированных в базе Мемориала, выросло с 2662 до 4884 человек. Число политзаключённых в наших списках увеличилось с 803 до 1268. Это не просто сухая статистика — за каждой цифрой стоят конкретные судьбы, семьи, сломанные жизни.

В 2025 году заметно усилилась и жестокость репрессий. Следствие и суды всё чаще выбирали более тяжкие обвинения, сроки наказаний росли, а практика давления, насилия и пыток получила ещё большее распространение. Репрессивная машина стала работать грубее и циничнее — без попыток сохранять видимость законности.

К концу года доля обвинений по «террористическим» статьям в общем числе новых политических уголовных дел выросла до 45%, а обвинения в государственной измене составили 27%. Эти статьи окончательно превратились в универсальный инструмент запугивания — ими наказывают за слова, пожертвования, переписку, антивоенную позицию и любую форму солидарности.

Одновременно власти всё активнее скрывают информацию о политических преследованиях: закрываются судебные заседания, засекречиваются приговоры, ограничивается доступ адвокатов и правозащитников к делам. Репрессии уводят в тень — чтобы общество перестало видеть их масштаб.

Этот год стал крайне тяжёлым и для организаций и инициатив, которые противостоят репрессиям. Некоторые были вынуждены прекратить работу, другие — резко сократить её масштабы из-за давления, уголовных дел, блокировок и финансовых ограничений.

В августе российский суд заочно приговорил руководителя проекта Мемориал Сергея Давидиса к 6 годам лишения свободы по обвинению в «оправдании терроризма» — за публичную поддержку политических заключённых.

Этот приговор — не только личная расправа, но и чёткий сигнал всем, кто пытается сопротивляться репрессивной системе: помощь репрессированным объявляется преступлением.

2025 год показал: репрессии в России — это уже не эксцесс, а фундамент государственной политики. И именно поэтому солидарность, память и публичность сегодня важны как никогда.