Репост из: Московская прачечная
❗️Башни Торчат специально для Telegram-канала Московская прачечная
После Набиуллиной потоп?
Недавняя дискуссия на Восточном экономическом форуме зафиксировала то, что в профессиональной среде обсуждается давно: бюджетная конструкция России стремительно теряет устойчивость.
Модератор пленарной сессии Кирилл Токарев поделился своим опасениями: дефицит федерального бюджета за первое полугодие уже составил 6 трлн рублей, и велика вероятность, что по итогу года он перевалит за 10 трлн рублей, и попросил оценить ситуацию, а заодно поинтересовался — не пора ли начать экономить? Но экономить не получается — вместо этого Минфин и Центробанк используют другие инструменты.
На прошлой неделе Минфин, которым руководит Антон Силуанов, продемонстрировал «успех»: почти 1 трлн рублей привлечено через размещение ОФЗ, что перекрывает две трети квартального плана. Формально — впечатляюще. Но есть нюанс: за этим размещением стоит не сила рынка, а масштабные уступки Минфина.
Чтобы банки согласились выкупить долг, ведомство предложило флоатеры — бумаги с плавающим купоном, которые защищают прибыль банков при любой инфляции и ставке. Для бюджета же это означает дорогие и непредсказуемые последствия: каждый дополнительный процент ключевой ставки увеличивает расходы на обслуживание долга примерно на 500 млрд рублей. Инвесторы прекрасно понимают свою силу и требуют дисконты, превращая заимствования в всё более затратный инструмент.
Август показал, что без такого бюджетного риска спроса на госдолг почти нет. Без такой «взятки» инвесторам удалось привлечь на аукционах всего 10 млрд рублей. И еще. Чтобы переломить ситуацию, Минфин вынужден был давить на Центробанк, добиваясь обещания не повышать ключевую ставку и фактически согласия на эмиссионную подпитку банков через РЕПО. Центробанк в день размещения ОФЗ залил в систему 953 млрд рублей — почти точно столько, сколько банки затем одолжили государству. Механизм РЕПО за год вырос с 0,6 трлн до 5,3 трлн рублей, превращаясь из инструмента ликвидности в финансовый пузырь.
Все признаки создавшегося в государственных финансах «пузыря» налицо: банки испытывают дефицит ликвидности, который уже достиг 2,6 трлн рублей, спрос на госдолг формируется только за счёт «дорогих денег» и эмиссии. Минфин и ЦБ выжимают банковскую систему до предела, откладывая неизбежный взрыв дисбалансов. Если тенденции сохранятся, острый кризис может наступить в середине 2027 года — символично совпадая с окончанием контракта главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной и ее команды.
Оптимистичные графики регулятора не меняют сути: реальные деньги голосуют иначе. И когда искусственная конструкция перестанет держаться на эмиссии и флоатерах, последствия будут куда болезненнее, чем нынешний дефицит.
После Набиуллиной потоп?
Недавняя дискуссия на Восточном экономическом форуме зафиксировала то, что в профессиональной среде обсуждается давно: бюджетная конструкция России стремительно теряет устойчивость.
Модератор пленарной сессии Кирилл Токарев поделился своим опасениями: дефицит федерального бюджета за первое полугодие уже составил 6 трлн рублей, и велика вероятность, что по итогу года он перевалит за 10 трлн рублей, и попросил оценить ситуацию, а заодно поинтересовался — не пора ли начать экономить? Но экономить не получается — вместо этого Минфин и Центробанк используют другие инструменты.
На прошлой неделе Минфин, которым руководит Антон Силуанов, продемонстрировал «успех»: почти 1 трлн рублей привлечено через размещение ОФЗ, что перекрывает две трети квартального плана. Формально — впечатляюще. Но есть нюанс: за этим размещением стоит не сила рынка, а масштабные уступки Минфина.
Чтобы банки согласились выкупить долг, ведомство предложило флоатеры — бумаги с плавающим купоном, которые защищают прибыль банков при любой инфляции и ставке. Для бюджета же это означает дорогие и непредсказуемые последствия: каждый дополнительный процент ключевой ставки увеличивает расходы на обслуживание долга примерно на 500 млрд рублей. Инвесторы прекрасно понимают свою силу и требуют дисконты, превращая заимствования в всё более затратный инструмент.
Август показал, что без такого бюджетного риска спроса на госдолг почти нет. Без такой «взятки» инвесторам удалось привлечь на аукционах всего 10 млрд рублей. И еще. Чтобы переломить ситуацию, Минфин вынужден был давить на Центробанк, добиваясь обещания не повышать ключевую ставку и фактически согласия на эмиссионную подпитку банков через РЕПО. Центробанк в день размещения ОФЗ залил в систему 953 млрд рублей — почти точно столько, сколько банки затем одолжили государству. Механизм РЕПО за год вырос с 0,6 трлн до 5,3 трлн рублей, превращаясь из инструмента ликвидности в финансовый пузырь.
Все признаки создавшегося в государственных финансах «пузыря» налицо: банки испытывают дефицит ликвидности, который уже достиг 2,6 трлн рублей, спрос на госдолг формируется только за счёт «дорогих денег» и эмиссии. Минфин и ЦБ выжимают банковскую систему до предела, откладывая неизбежный взрыв дисбалансов. Если тенденции сохранятся, острый кризис может наступить в середине 2027 года — символично совпадая с окончанием контракта главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной и ее команды.
Оптимистичные графики регулятора не меняют сути: реальные деньги голосуют иначе. И когда искусственная конструкция перестанет держаться на эмиссии и флоатерах, последствия будут куда болезненнее, чем нынешний дефицит.