ДАР МЫШИНОГО ОЛЕНЯ
Не то, чтобы невозможность найти своё я (об этом прошлый пост) меня удивила.
Скорее удивляет, как настойчиво люди говорят об этой штуке. Подобно парню, который влюблён в самую прекрасную барышню на свете, но не знает, ни как она выглядит, ни где она живёт, ни как её зовут.
«Посмотри, ты настоящий лишь внутри, внутри, внутри!» – поётся в одной популярной песенке 20-летней давности. Но что это значит, какой именно я настоящий?
Тот я, который считает, что это не лучшая идея: держа трясущимися руками мобилку, бесконечно названивать спутнице жизни, чтобы излить словами саднящий в груди клубок? Или тот я, который говорит: да нет, ерунда какая-то; если она не берёт трубку, то надо просто набрать на рабочий телефон, ведь не может быть, чтобы на работе у неё были какие-то иные дела, кроме как выслушать меня? И тот, и другой внутри, голоса и того, и другого звучат одновременно. Ну, разве что телом управляют они попеременно (хотя, кто знает?).
Для меня лучший способ ответить на подобные вопросы – написать роман. Прожить, прочувствовать ответы вместе с персонажами. И тогда высока вероятность (по крайней мере я в это верю), что читатель тоже что-то такое прочувствует. Что-то живое, что-то настоящее, что-то интересное. Прочувствует, проживёт и заглянет хотя бы краем глаза за грань.
Амбициозная цель, да. Выйдет ли у меня? Пока сложно сказать.
Но я взялся за дело. Пишу роман «Дар мышиного оленя». Да, я заменил орла на мышиного оленя, трикстера из яванских сказок. Быть может, в этом есть какой-то смысл кроме того, что половина действия происходит в джунглях. А ещё в этих джунглях живут лесные разбойники на местном аналоге горы Ляншаньбо.
«Дар» – это буддийский киберпанк в псевдофэнтезийном псевдокитайском антураже. Благодаря этому антуражу буддизм становится особенно уместным.
В «Даре» есть вайбы антиутопии. Эти вайбы ближе к «Дивному новому миру», нежели к «Мы» или «1984». Подчинение скорее через награду, то есть вместо кнута — лишение пряника. В общем, принципы те же, что у современности, только иерархическая лестница ведёт к... впрочем, это уже будут спойлеры.
Главная героиня и рассказчица «Дара» (на картинке вид из её глаз на себя) стремится ускользнуть сквозь прутья системы, умчаться прочь вдоль сверкающих нитей, а тусклая машинерия всё норовит их оборвать.
В общем, я пишу-пишу, и однажды, наверное, допишу. И тогда, я надеюсь, станет ясно, удалось ли мне задуманное, и если удалось, то насколько (уж точно не полностью).
#capywrite
Не то, чтобы невозможность найти своё я (об этом прошлый пост) меня удивила.
Скорее удивляет, как настойчиво люди говорят об этой штуке. Подобно парню, который влюблён в самую прекрасную барышню на свете, но не знает, ни как она выглядит, ни где она живёт, ни как её зовут.
«Посмотри, ты настоящий лишь внутри, внутри, внутри!» – поётся в одной популярной песенке 20-летней давности. Но что это значит, какой именно я настоящий?
Тот я, который считает, что это не лучшая идея: держа трясущимися руками мобилку, бесконечно названивать спутнице жизни, чтобы излить словами саднящий в груди клубок? Или тот я, который говорит: да нет, ерунда какая-то; если она не берёт трубку, то надо просто набрать на рабочий телефон, ведь не может быть, чтобы на работе у неё были какие-то иные дела, кроме как выслушать меня? И тот, и другой внутри, голоса и того, и другого звучат одновременно. Ну, разве что телом управляют они попеременно (хотя, кто знает?).
Для меня лучший способ ответить на подобные вопросы – написать роман. Прожить, прочувствовать ответы вместе с персонажами. И тогда высока вероятность (по крайней мере я в это верю), что читатель тоже что-то такое прочувствует. Что-то живое, что-то настоящее, что-то интересное. Прочувствует, проживёт и заглянет хотя бы краем глаза за грань.
Амбициозная цель, да. Выйдет ли у меня? Пока сложно сказать.
Но я взялся за дело. Пишу роман «Дар мышиного оленя». Да, я заменил орла на мышиного оленя, трикстера из яванских сказок. Быть может, в этом есть какой-то смысл кроме того, что половина действия происходит в джунглях. А ещё в этих джунглях живут лесные разбойники на местном аналоге горы Ляншаньбо.
«Дар» – это буддийский киберпанк в псевдофэнтезийном псевдокитайском антураже. Благодаря этому антуражу буддизм становится особенно уместным.
В «Даре» есть вайбы антиутопии. Эти вайбы ближе к «Дивному новому миру», нежели к «Мы» или «1984». Подчинение скорее через награду, то есть вместо кнута — лишение пряника. В общем, принципы те же, что у современности, только иерархическая лестница ведёт к... впрочем, это уже будут спойлеры.
Главная героиня и рассказчица «Дара» (на картинке вид из её глаз на себя) стремится ускользнуть сквозь прутья системы, умчаться прочь вдоль сверкающих нитей, а тусклая машинерия всё норовит их оборвать.
В общем, я пишу-пишу, и однажды, наверное, допишу. И тогда, я надеюсь, станет ясно, удалось ли мне задуманное, и если удалось, то насколько (уж точно не полностью).
#capywrite