Вспомнился фрагмент из записок исследователя конца  XIX века:
«Я подъехал к Выгозерскому яму на 8-ми вёсельной лодке; невольно пришлось разговориться с гребцами о Петре, и мне захотелось испробовать, как отнесутся они к нему, ради провода войска загубившему здесь тысячи людей. “Много тут народу сгибло по его воле”, сказал я. — “Много! Ну, да и то сказать, кабы они не сгибли, так и дело такое никогда-бы не сделалось! Чего им — всё бы равно померли, а тут по крайности у дела”».

И тут же вспомнилось другое. Был период, когда я возглавлял издательскую "дочку" одной ресурсно-транспортной (скажем так) корпорации. И вот на одном банкете по случаю запуска крупнейшего и важнейшего (как водится) для страны объекта вспомнили одного из организаторов строительства, который из-за, мягко говоря жестких методов общения руководства перенервничал и помер, то ли от инфаркта, то ли от инсульта. Вспоминавший его оратор резюмировал: "Жалко, конечно, трудяжка был. Но, а как иначе? Иначе бы не построили".

Проблема всегда не в том, что вышестоящее лицо склонно к тирании и бесчеловечности, а в том, что нижестоящие считают такой подход не только легитимным, но более того, единственно эффективным.