В статье 3 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года) сказано: «Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность». И эта формула создает совершенно ложное представление о «каждом человеке». Потому что из нее следует, что стремление к свободе этому человеку присуще ровно в той же степени, что и желание жить и не подвергаться насилию. На самом деле, стремление к свободе имеется далеко не у каждого. И даже не у большинства. Речь, конечно, о нашем отечестве. Чужие отечества анализировать не берусь.
Когда в 1968 году на Красную Площадь вышли несколько человек с лозунгом «За нашу и вашу свободу», протестуя против ввода советских войск в Чехословакию, они ведь по словом «нашу» подразумевали свободу не конкретно свою – данной небольшой группы лиц – а всего советского народа. Но хотел ли советский народ свободы? Нет, в тот период он в подавляющем большинстве своем совершенно ее не хотел, точнее он не чувствовал себя несвободным. А в конце 80-х почувствовал?
Те, кто тогда не жили, к сожалению, не понимают, что советские люди были политизированы сверху, абсолютно сознательно и целенаправленно. Журнал «Огонек», телепрограмма «Взгляд» и многие другие информпродукты производились под полным контролем и руководством партии и КГБ. Зачем же они политизировали народ? Затем, чтоб реализовать горбачевскую программу «нового мышления» - конвергенции с Западом, сломав за счет поддержки политизированной массы сопротивление советских консерваторов.
И конвергенция была нужна просто потому, что совок не вывозил экономической конкуренции. Но опять же, простой советский человек политизировался не в жажде свободы, а желая изобилия колбасы, джинсов и снятия цензуры отнюдь не с политических текстов, а с эротических фильмов. Все это он получил. И впридачу свободу. Но ее он не заказывал. И поэтому крайне наивно и опасно представление, что он мол ее впоследствии отдал в обмен на стабильность и рост благосостояния в нулевых. Никакого обмена не было. Потому что, повторю, свобода и не была массовым запросом. Соответственно, даже, если в перспективе стабильность и благосостояние будут утрачены, ее массы вернуть не потребуют. Уповать на это наивно и опасно.
А что же делать тем, у кого этот запрос есть? Надо осознать, что это ваша личная проблема. И соответственно ее надо решать, исходя из личных возможностей и способностей, ни в коем случае не уповая на широкую общественность.
Когда в 1968 году на Красную Площадь вышли несколько человек с лозунгом «За нашу и вашу свободу», протестуя против ввода советских войск в Чехословакию, они ведь по словом «нашу» подразумевали свободу не конкретно свою – данной небольшой группы лиц – а всего советского народа. Но хотел ли советский народ свободы? Нет, в тот период он в подавляющем большинстве своем совершенно ее не хотел, точнее он не чувствовал себя несвободным. А в конце 80-х почувствовал?
Те, кто тогда не жили, к сожалению, не понимают, что советские люди были политизированы сверху, абсолютно сознательно и целенаправленно. Журнал «Огонек», телепрограмма «Взгляд» и многие другие информпродукты производились под полным контролем и руководством партии и КГБ. Зачем же они политизировали народ? Затем, чтоб реализовать горбачевскую программу «нового мышления» - конвергенции с Западом, сломав за счет поддержки политизированной массы сопротивление советских консерваторов.
И конвергенция была нужна просто потому, что совок не вывозил экономической конкуренции. Но опять же, простой советский человек политизировался не в жажде свободы, а желая изобилия колбасы, джинсов и снятия цензуры отнюдь не с политических текстов, а с эротических фильмов. Все это он получил. И впридачу свободу. Но ее он не заказывал. И поэтому крайне наивно и опасно представление, что он мол ее впоследствии отдал в обмен на стабильность и рост благосостояния в нулевых. Никакого обмена не было. Потому что, повторю, свобода и не была массовым запросом. Соответственно, даже, если в перспективе стабильность и благосостояние будут утрачены, ее массы вернуть не потребуют. Уповать на это наивно и опасно.
А что же делать тем, у кого этот запрос есть? Надо осознать, что это ваша личная проблема. И соответственно ее надо решать, исходя из личных возможностей и способностей, ни в коем случае не уповая на широкую общественность.