Если верить многочисленным мировым исследованиям – рынок растительных продуктов уверенно растет год к году.
А вот по субъективным ощущениям вегетарианцы и веганы как будто куда-то исчезли. Лет семь назад абсолютно в каждой околоделовой тусовке встречались люди, сознательно отказавшиеся от продуктов животного происхождения.
Их было сложно не заметить. Часть из них звенела о своем вегетарианстве на каждом шагу, часть – дотошно выясняла у официантов не идентифицирует ли себя огурец в тарелке – говядиной.
Я даже знал одну семейную пару, где жена по убеждениям перешла на орехи и морковь, а муж делал вид, что тоже перешел, но пока жена не видит, втихаря трескал жареные пельмени в Кофемании. А потом на полном серьезе рассказывал, как вегетарианство дает ему просветление и энергию нового уровня.
Но сегодня тема осознанного отказа от мяса как будто выпала из повестки. То ли вегетарианство и веганство стало обыденностью и говорить об этом вслух расхотелось.
То ли пищевые привычки большинства уравновесились и перестали быть нависающей догмой: хочется съесть мясо – съем мясо и буду дальше сидеть на своем пшене.
А вот по субъективным ощущениям вегетарианцы и веганы как будто куда-то исчезли. Лет семь назад абсолютно в каждой околоделовой тусовке встречались люди, сознательно отказавшиеся от продуктов животного происхождения.
Их было сложно не заметить. Часть из них звенела о своем вегетарианстве на каждом шагу, часть – дотошно выясняла у официантов не идентифицирует ли себя огурец в тарелке – говядиной.
Я даже знал одну семейную пару, где жена по убеждениям перешла на орехи и морковь, а муж делал вид, что тоже перешел, но пока жена не видит, втихаря трескал жареные пельмени в Кофемании. А потом на полном серьезе рассказывал, как вегетарианство дает ему просветление и энергию нового уровня.
Но сегодня тема осознанного отказа от мяса как будто выпала из повестки. То ли вегетарианство и веганство стало обыденностью и говорить об этом вслух расхотелось.
То ли пищевые привычки большинства уравновесились и перестали быть нависающей догмой: хочется съесть мясо – съем мясо и буду дальше сидеть на своем пшене.