из приведенных обстоятельств следует, что после выплаты истцу страхового возмещения, каких либо претензий относительно не выполнения страховщиком обязанности по организации и проведению восстановительного ремонта, Кемовым Р.В. в адрес АО «ГСК «Югория» не поступало, а все направленные в адрес страховщика претензии, равно как и обращение к финансовому уполномоченному, сводились Кемовым Р.В. к несогласию с суммой страхового возмещения.

Указанное свидетельствует о том, что истец не возражал и был согласен с тем, что возмещение ему произведено в форме страховой выплаты, в связи с чем, выбрал для себя именно такую форму возмещения, что не противоречит приведенным выше положениям статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, предъявление требований о возмещении убытков связанных с необходимостью восстановления транспортного средства после его отчуждения свидетельствует об отсутствии таких убытков и недобросовестности действий на стороне истца.