Замечаю, что в большинство терапевтических групп, о которых я слышу, — приходят, в основном, женщины. Женщины чаще ищут поддержку, больше готовы говорить о чувствах, хотят создавать и оказываться в пространстве, где можно не держать оборону. Но если отойти от статистики и заглянуть глубже, возникает вопрос: что на самом деле происходит с женщиной, когда она оказывается среди других женщин? Не в бытовом смысле, а в экзистенциальном. Ведь другие женщины — это наши первые отношения. Мать, бабушка, сестра. Мы рождаемся в женском поле и потом всю жизнь либо ищем в нем убежище, либо бьемся за место под солнцем.
Иногда отношения между женщинами описывают через крайности: либо сестринство, либо соперничество, но в реальности — это спектр, в котором тепло и настороженность переплетаются так тесно, что их не разделить. И, может быть, главный вопрос не в том, как выбрать что-то одно, а в том, как вмещать всё сразу: дружить, не сливаясь, конкурировать, не разрушая, завидовать, не обесценивая, быть заметной, не уменьшая другую и не уменьшаясь самой. Это не навыки, которые даются от рождения.
Есть еще один ракурс, который мне кажется важным: другие женщины — могу быть для нас не только зеркалами, в которых мы видим себя, но и окнами. Они показывают нам альтернативные версии женственности: как можно стареть, как можно любить, как можно работать, как можно быть матерью или не быть ею.
Казалось бы, зачем идти туда, где точно будут одни женщины? Там можно встретить нечто живое: саму ткань женской субъектности. Как мы становимся собой рядом с другой женщиной? Что в нас включается, когда мы видим ее успех, ее красоту, ее боль? Восхищение, зависть, нежность, злость, желание подойти или обойти стороной.
В культуре часто транслируется идея дефицита: любви, внимания, успеха хватит не всем. И тогда другая женщина воспринимается как угроза. Но что если это не так, и женская группа — это возможность пересобрать историю?
В группу можно прийти не только за поддержкой и не только за «проработкой», но и за любопытством: посмотреть, что рождается в поле между женщинами, когда мы перестаем играть привычные роли.
Ирина Млодик
Иногда отношения между женщинами описывают через крайности: либо сестринство, либо соперничество, но в реальности — это спектр, в котором тепло и настороженность переплетаются так тесно, что их не разделить. И, может быть, главный вопрос не в том, как выбрать что-то одно, а в том, как вмещать всё сразу: дружить, не сливаясь, конкурировать, не разрушая, завидовать, не обесценивая, быть заметной, не уменьшая другую и не уменьшаясь самой. Это не навыки, которые даются от рождения.
Есть еще один ракурс, который мне кажется важным: другие женщины — могу быть для нас не только зеркалами, в которых мы видим себя, но и окнами. Они показывают нам альтернативные версии женственности: как можно стареть, как можно любить, как можно работать, как можно быть матерью или не быть ею.
Казалось бы, зачем идти туда, где точно будут одни женщины? Там можно встретить нечто живое: саму ткань женской субъектности. Как мы становимся собой рядом с другой женщиной? Что в нас включается, когда мы видим ее успех, ее красоту, ее боль? Восхищение, зависть, нежность, злость, желание подойти или обойти стороной.
В культуре часто транслируется идея дефицита: любви, внимания, успеха хватит не всем. И тогда другая женщина воспринимается как угроза. Но что если это не так, и женская группа — это возможность пересобрать историю?
В группу можно прийти не только за поддержкой и не только за «проработкой», но и за любопытством: посмотреть, что рождается в поле между женщинами, когда мы перестаем играть привычные роли.
Ирина Млодик