ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМ И ИНТЕРНАЦИЗМ
Здоровые проявления интернационализма полезны и всему миру, и собственному народу. Помощь другим этносам может отвечать национальным интересам. Она позволяет разжиться верными союзниками, приобщить к своей цивилизации слаборазвитые народы и мобилизовать различные нации на решение общих, глобальных проблем. Из конкретных примеров можно вспомнить защиту православных народов от османского угнетения, слом феодально-исламистских басмаческих порядков в Средней Азии или взаимопомощь между странами, бросившими вызов западной гегемонии в XXI веке.
Однако когда нарушаются русские интересы, тогда интернационализм вырождается в интернацизм. Подобно тому, как нацизм уничтожает другие народы, интернацизм разрушает свой собственный. Обычно вырождение происходит тогда, когда идеологические догмы ставятся выше страны и нации. Почти никто и никогда открыто не призывает к русофобии, интернацисты маскируют свою сущность общечеловеческими благими намерениями, а иногда даже сами искренне верят в них. Они говорят, что их действия направлены на пользу всем народам, но забывают добавить, что русские в число этих «всех» не входят.
Интернацизм не является характерной чертой какой-либо одной идеологии или одного режима, он способен осуществляться в самых разных формах. В Российской Империи к нему привело культивирование «союзнического долга» в ПМВ, когда ради спасения непутёвых французов русские люди гибли в неподготовленных атаках, ухудшавших обстановку на Восточном фронте. В советское время интернацистами были троцкисты, готовые сжечь Родину в топке мировой революции. Наконец, в современной России основными проявлениями интернацизма являются «россиянство», т.е. превращение живого русского народа в безликий и бесценностный субстрат под предлогом борьбы с экстремизмом, и «нетакусничество», политое нашей кровью.
Ничто — ни идеология, ни внешние обязательства, ни мораль — не может стоять выше интересов России и русского народа. Конечно, стремление создать на Земле всеобщий рай объяснимо и похвально. Но какой смысл в таком раю, если русским в нём места не найдётся, если мы затеряемся где-то на задворках или по пути? Какой бы благой ни была цель, при такой жертве она полностью лишается смысла. Светлое будущее должно принадлежать тем, кто его строит, а не дармоедам, желающим подняться наверх по костям строителей!
Здоровые проявления интернационализма полезны и всему миру, и собственному народу. Помощь другим этносам может отвечать национальным интересам. Она позволяет разжиться верными союзниками, приобщить к своей цивилизации слаборазвитые народы и мобилизовать различные нации на решение общих, глобальных проблем. Из конкретных примеров можно вспомнить защиту православных народов от османского угнетения, слом феодально-исламистских басмаческих порядков в Средней Азии или взаимопомощь между странами, бросившими вызов западной гегемонии в XXI веке.
Однако когда нарушаются русские интересы, тогда интернационализм вырождается в интернацизм. Подобно тому, как нацизм уничтожает другие народы, интернацизм разрушает свой собственный. Обычно вырождение происходит тогда, когда идеологические догмы ставятся выше страны и нации. Почти никто и никогда открыто не призывает к русофобии, интернацисты маскируют свою сущность общечеловеческими благими намерениями, а иногда даже сами искренне верят в них. Они говорят, что их действия направлены на пользу всем народам, но забывают добавить, что русские в число этих «всех» не входят.
Интернацизм не является характерной чертой какой-либо одной идеологии или одного режима, он способен осуществляться в самых разных формах. В Российской Империи к нему привело культивирование «союзнического долга» в ПМВ, когда ради спасения непутёвых французов русские люди гибли в неподготовленных атаках, ухудшавших обстановку на Восточном фронте. В советское время интернацистами были троцкисты, готовые сжечь Родину в топке мировой революции. Наконец, в современной России основными проявлениями интернацизма являются «россиянство», т.е. превращение живого русского народа в безликий и бесценностный субстрат под предлогом борьбы с экстремизмом, и «нетакусничество», политое нашей кровью.
Ничто — ни идеология, ни внешние обязательства, ни мораль — не может стоять выше интересов России и русского народа. Конечно, стремление создать на Земле всеобщий рай объяснимо и похвально. Но какой смысл в таком раю, если русским в нём места не найдётся, если мы затеряемся где-то на задворках или по пути? Какой бы благой ни была цель, при такой жертве она полностью лишается смысла. Светлое будущее должно принадлежать тем, кто его строит, а не дармоедам, желающим подняться наверх по костям строителей!