2/6
Предыдущая часть
Всё потому, что мы ещё очень далеки от понимания работы содержимого наших черепушек. Если бы мы точно, во всех мельчайших подробностях, знали бы как функционирует здоровый мозг, то к каждому патологическому состоянию был бы подобран свой определённый метод лечения, механизмы действия которого были бы известны досконально, но, как вы все прекрасно знаете, этого сейчас нет. Объяснить механизмы работы судорожной терапии пытались по-разному. Были и максимально простые объяснения, как у Юнга: "Максимальная разрядка с последующим восстановлением сил"; так и более сложные, говорящие о выбросе определённых нейромедиаторов, гормонов и даже специфическом иммунологическом ответе после судорожного припадка. А случались и совсем уж экзотические и уже неактуальные - например, фрейдисты говорили о "внезапном обрыве потока переживаний после потери сознания" или о "укреплении отцовского авторитета врача, выявлении и облегчении оттеснённых эмоций виновности и сексуальных влечений". То, что за долгие годы существования судорожной терапии коллективный человеческий разум так и не смог достоверно объяснить механизм её действия говорит не о дефектности метода, а о сложности этого самого механизма действия. Для простоты считайте, что мозг человека в психозе - это компьютер, схвативший "критический глюк", да такой, что вообще ничего не работает. А судорожная терапия - это нажатие на кнопку "Reset" и принудительная перезагрузка. Грубо, но работает.
Но вернёмся к истории. После предложений Парацельса использовать камфору научная мысль молчала долгих два века. В XVIII-XIX веках появлялись редкие публикации о лечении маний камфорными припадками. Так, об этом писал изобретатель перкуссии (метода "выстукивания" и "выслушивания" больного) Леопольд Ауэнбруггер в 1764 году или лондонский врач Уильям Оливер в 1781 году. Впрочем, дальше единичных экспериментов дела не заходили. Второй фронт для полноценного изобретения судорожной терапии в XIX веке открыли физиологи, вызывая у лабораторных животных припадки самыми разными способами: изменением парциального давления кислорода, замораживанием отдельных областей мозга, ну и конечно - при введении той же камфоры или воздействия электричества.
Рано или поздно должен был произойти первый случай применения шоковой терапии для лечения психоза, и - это произошло в 1861 году. Клеменс Малешевский, подданный Российской Империи, поляк по происхождению, проживающий в современном Вильнюсе, на волне всеобщего интереса к «электротерапии» холеры, решил использовать этот метод для лечения кататонического ступора. Успешно.
Казалось бы, публикации, дальнейшие опыты и внедрение нового метода в практику, но - нет. Неизвестно, что точно помешало Малешевскому развить свою идею, но дальше одного этого случая дело не пошло.
Продолжение
Ознакомиться с каналом.
#психиатрия #ликбез #краткоблять
Предыдущая часть
Всё потому, что мы ещё очень далеки от понимания работы содержимого наших черепушек. Если бы мы точно, во всех мельчайших подробностях, знали бы как функционирует здоровый мозг, то к каждому патологическому состоянию был бы подобран свой определённый метод лечения, механизмы действия которого были бы известны досконально, но, как вы все прекрасно знаете, этого сейчас нет. Объяснить механизмы работы судорожной терапии пытались по-разному. Были и максимально простые объяснения, как у Юнга: "Максимальная разрядка с последующим восстановлением сил"; так и более сложные, говорящие о выбросе определённых нейромедиаторов, гормонов и даже специфическом иммунологическом ответе после судорожного припадка. А случались и совсем уж экзотические и уже неактуальные - например, фрейдисты говорили о "внезапном обрыве потока переживаний после потери сознания" или о "укреплении отцовского авторитета врача, выявлении и облегчении оттеснённых эмоций виновности и сексуальных влечений". То, что за долгие годы существования судорожной терапии коллективный человеческий разум так и не смог достоверно объяснить механизм её действия говорит не о дефектности метода, а о сложности этого самого механизма действия. Для простоты считайте, что мозг человека в психозе - это компьютер, схвативший "критический глюк", да такой, что вообще ничего не работает. А судорожная терапия - это нажатие на кнопку "Reset" и принудительная перезагрузка. Грубо, но работает.
Но вернёмся к истории. После предложений Парацельса использовать камфору научная мысль молчала долгих два века. В XVIII-XIX веках появлялись редкие публикации о лечении маний камфорными припадками. Так, об этом писал изобретатель перкуссии (метода "выстукивания" и "выслушивания" больного) Леопольд Ауэнбруггер в 1764 году или лондонский врач Уильям Оливер в 1781 году. Впрочем, дальше единичных экспериментов дела не заходили. Второй фронт для полноценного изобретения судорожной терапии в XIX веке открыли физиологи, вызывая у лабораторных животных припадки самыми разными способами: изменением парциального давления кислорода, замораживанием отдельных областей мозга, ну и конечно - при введении той же камфоры или воздействия электричества.
Рано или поздно должен был произойти первый случай применения шоковой терапии для лечения психоза, и - это произошло в 1861 году. Клеменс Малешевский, подданный Российской Империи, поляк по происхождению, проживающий в современном Вильнюсе, на волне всеобщего интереса к «электротерапии» холеры, решил использовать этот метод для лечения кататонического ступора. Успешно.
Казалось бы, публикации, дальнейшие опыты и внедрение нового метода в практику, но - нет. Неизвестно, что точно помешало Малешевскому развить свою идею, но дальше одного этого случая дело не пошло.
Продолжение
Ознакомиться с каналом.
#психиатрия #ликбез #краткоблять