1/5
Вы заметили, что как-то наша психиатрия совсем не выглядит карательной? И лоботомию в Союзе запретили раньше всех, и электросудорожную терапию пытались законодательно исключить (не исключили, конечно, но на десятилетия убрали в дальний ящик). Нет, был у нас, конечно, эксклюзивный препарат мажептил, но одного его мало. А есть ли в нашей любимой репрессивной медицине что-нибудь вот прям наше-нашенское, исконно-посконное? Есть. И более того, это направление "карательной психиатрии" тесно связывают именно что с советским периодом нашей истории. Ну и, конечно, "кровавые соффки" для лечения психически больных подавления инакомыслия и стремлений к свободной свободе использовали инфернальные силы самого ада!
Но начнём мы, как водится, издалека, очень издалека, с библейских времён. С древности люди замечали интересную закономерность - тяжёлая болезнь, протекающая с сильным подъёмом температуры, иногда приводила к улучшению состояния душевнобольных. Первым дошедшим до нас документальным свидетельством этого были труды Гиппократа, тогда он отметил, что лихорадка значительно улучшает состояние страдающих от меланхолии (в современном понимании это была бы эндогенная депрессия). Объяснял это "отец современной медицины" в рамках своей теории, считая, что лихорадка приводит к выведению из организма чёрной желчи. Впрочем, дальше фиксации этого факта и умозрительных объяснений клиническая мысль не шла ещё очень долго. В средневековье просто повторением и популяризацией тезисов Гиппократа отметился Парацельс, а в Новом Времени испанский врач Руис де Исла отмечал положительное влияние лихорадки на течение сифилиса. Такая картина пассивного наблюдения продолжалась аж до второй половины XIX века.
В конце лета 1875 года в Одесской городской больнице случился не самый приятный случай - неизвестным образом возникла вспышка малярии. В те времена душевнобольных особо лечить-то и не умели, и большинство пациентов обрекалось на пожизненное пребывание в лечебнице, более походящей на тюрьму: обитые железом толстенные дубовые двери, зарешёченные окна, мордовороты-санитары и смирительные рубашки. В психиатрическом отделении больницы заболели сразу шесть человек, и их лечащий врач - Александр Самойлович Розенблюм - уже готовился вызывать священника для отпевания, так как все шестеро страдали от прогрессивного паралича (нейросифилиса), считавшегося тогда неизлечимым. Казалось бы, малярия с её высоченной температурой должна была гарантированно свести бедняг в могилу, но врачебный долг - есть врачебный долг, и пациентов попытались вылечить, хоть надежды на их выживание и не было.
К удивлению всех, а больше всего - самого Александра Самойловича, больные не только выжили, но ещё и их сумасшествие куда-то отступило. Случайность? Возможно, что и случайность, но не шесть же раз! Первым подозреваемым в качестве нового чудо-лекарства от сумасшествия был хинин, которым тогда лечили малярию. Розенблюм перерыл городскую библиотеку, но ни нашёл ни строчки о том, что кто-то так лечил психические болезни. Доктор уже готов был испытать горькую гадость на других пациентах, но тут пришла новая напасть - на сей раз в больнице обнаружили возвратный тиф. И вот чудеса какие - переболевшие тифом неожиданно начинали здраво рассуждать, у них прояснялась память и отступали бредовые идеи. Ни один из новых больных хинина не получал, так из-за чего же они выздоровели? Не может же быть такого, что одна болезнь просто победила другую?! Бред какой-то!
Продолжение
Ознакомиться с каналом.
#психиатрия #ликбез #краткоблять
Вы заметили, что как-то наша психиатрия совсем не выглядит карательной? И лоботомию в Союзе запретили раньше всех, и электросудорожную терапию пытались законодательно исключить (не исключили, конечно, но на десятилетия убрали в дальний ящик). Нет, был у нас, конечно, эксклюзивный препарат мажептил, но одного его мало. А есть ли в нашей любимой репрессивной медицине что-нибудь вот прям наше-нашенское, исконно-посконное? Есть. И более того, это направление "карательной психиатрии" тесно связывают именно что с советским периодом нашей истории. Ну и, конечно, "кровавые соффки" для лечения психически больных подавления инакомыслия и стремлений к свободной свободе использовали инфернальные силы самого ада!
Но начнём мы, как водится, издалека, очень издалека, с библейских времён. С древности люди замечали интересную закономерность - тяжёлая болезнь, протекающая с сильным подъёмом температуры, иногда приводила к улучшению состояния душевнобольных. Первым дошедшим до нас документальным свидетельством этого были труды Гиппократа, тогда он отметил, что лихорадка значительно улучшает состояние страдающих от меланхолии (в современном понимании это была бы эндогенная депрессия). Объяснял это "отец современной медицины" в рамках своей теории, считая, что лихорадка приводит к выведению из организма чёрной желчи. Впрочем, дальше фиксации этого факта и умозрительных объяснений клиническая мысль не шла ещё очень долго. В средневековье просто повторением и популяризацией тезисов Гиппократа отметился Парацельс, а в Новом Времени испанский врач Руис де Исла отмечал положительное влияние лихорадки на течение сифилиса. Такая картина пассивного наблюдения продолжалась аж до второй половины XIX века.
В конце лета 1875 года в Одесской городской больнице случился не самый приятный случай - неизвестным образом возникла вспышка малярии. В те времена душевнобольных особо лечить-то и не умели, и большинство пациентов обрекалось на пожизненное пребывание в лечебнице, более походящей на тюрьму: обитые железом толстенные дубовые двери, зарешёченные окна, мордовороты-санитары и смирительные рубашки. В психиатрическом отделении больницы заболели сразу шесть человек, и их лечащий врач - Александр Самойлович Розенблюм - уже готовился вызывать священника для отпевания, так как все шестеро страдали от прогрессивного паралича (нейросифилиса), считавшегося тогда неизлечимым. Казалось бы, малярия с её высоченной температурой должна была гарантированно свести бедняг в могилу, но врачебный долг - есть врачебный долг, и пациентов попытались вылечить, хоть надежды на их выживание и не было.
К удивлению всех, а больше всего - самого Александра Самойловича, больные не только выжили, но ещё и их сумасшествие куда-то отступило. Случайность? Возможно, что и случайность, но не шесть же раз! Первым подозреваемым в качестве нового чудо-лекарства от сумасшествия был хинин, которым тогда лечили малярию. Розенблюм перерыл городскую библиотеку, но ни нашёл ни строчки о том, что кто-то так лечил психические болезни. Доктор уже готов был испытать горькую гадость на других пациентах, но тут пришла новая напасть - на сей раз в больнице обнаружили возвратный тиф. И вот чудеса какие - переболевшие тифом неожиданно начинали здраво рассуждать, у них прояснялась память и отступали бредовые идеи. Ни один из новых больных хинина не получал, так из-за чего же они выздоровели? Не может же быть такого, что одна болезнь просто победила другую?! Бред какой-то!
Продолжение
Ознакомиться с каналом.
#психиатрия #ликбез #краткоблять