Пожаловались на допрос. Получили инструкцию, как его проводить
Летом к работнику нашего доверителя приехали домой. Он был в отпуске за свой счёт, в запое, и дверь открыл в состоянии, которое причине отпуска полностью соответствовало. Ему вручили уведомление о вызове на допрос. И там же, у него дома, в тот же день допросили. Допрос писали на мобильный телефон.
(К самому работнику претензий нет. Запой дело добровольное, никто его туда не загонял.)
Проверки при этом не шло никакой. Ни камеральной, ни выездной. Допрос сам по себе, по статье 90 НК, по деятельности организации.
Мы обжаловали. Семь доводов, копию направили в прокуратуру.
Пришёл ответ. Все семь отбиты, и это не три строки: на каждое возражение спокойное, терпеливое объяснение, почему так можно.
Уведомление вручили за минуту до начала? Минимальный срок между вручением и допросом законом не установлен. Свидетель добровольно начал давать показания, возражений не заявил, об отложении не просил.
Допрашивали на дому? Показания можно получить по месту пребывания свидетеля, если он болен, стар или не в состоянии явиться, «а по усмотрению должностного лица налогового органа — и в других случаях». Перечень не закрытый. Против места свидетель не возражал.
Не было юриста? Обеспечивать свидетеля адвокатом налоговый орган не обязан, это забота самого свидетеля. Об отложении, чтобы пригласить представителя, никто не просил.
Записывали на телефон? О применении технических средств объявили до начала, подпись свидетеля стоит. Выдавать ему саму запись Кодекс не обязывает.
Семь доводов, и семь раз по сути одно и то же. Не возражал. Не просил. Подписал.
Протокол устроен так, что защищает сам себя. Под каждой отметкой в нём стоит подпись того, кого допрашивали, и всё, чего человек не заявил вслух в ту минуту, потом просто не существует. Ни для того, кто рассматривает жалобу, ни, если дойдёт, для суда.
Отдельно про опьянение, ради которого всё и затевалось. Оказывается, оно вообще не из той категории. Допрашивать нельзя тех, кто в силу малолетнего возраста, физических или психических недостатков не способен правильно воспринимать обстоятельства. Опьянение к таким недостаткам не приравнивается.
А дальше про доказывание, и это самое отрезвляющее место всего ответа. Приказ об отпуске в связи с болезненным состоянием ничего не подтверждает: он не про конкретный день. Справка о кодировании тоже: в ней нет даты. Годились бы акт медицинского освидетельствования или показания незаинтересованных лиц.
То есть доказывать надо было не то, что человек пил. А то, что он не понимал происходящего. И доказывать в тот самый день, прямо во время допроса.
В конце июля я писал, что бытовая кривизна процедуры протокол не убивает (https://t.me/Pegov_I/412). Теперь эта позиция есть у меня письменно, и не от суда, а от самого ведомства. Мы подали жалобу на семь нарушений и получили отказ методичку: как провести такой допрос, чтобы к нему потом было не подойти. Под каждым пунктом методички стоит подпись свидетеля.
А мы приезжаем потом. Когда протокол подписан, запись сделана, и человек уже плохо помнит, что именно он говорил. Всё, что нам остаётся, это красиво изложить в жалобе то, чего никто не заявил в моменте.
Свидетеля защищает не Кодекс. Свидетеля защищает то, что он успел сказать вслух и потребовал записать.
А что, по-вашему, надо было сделать в ту минуту, чтобы у жалобы появился шанс?
🔥 потребовать отложения и приглашения представителя
🤔 вписать возражения о состоянии и о месте прямо в протокол
🤷♂️ не подписывать протокол вообще
😈 вызвать врача и снять акт освидетельствования: в разгар запоя самое время подумать о доказательствах
Летом к работнику нашего доверителя приехали домой. Он был в отпуске за свой счёт, в запое, и дверь открыл в состоянии, которое причине отпуска полностью соответствовало. Ему вручили уведомление о вызове на допрос. И там же, у него дома, в тот же день допросили. Допрос писали на мобильный телефон.
(К самому работнику претензий нет. Запой дело добровольное, никто его туда не загонял.)
Проверки при этом не шло никакой. Ни камеральной, ни выездной. Допрос сам по себе, по статье 90 НК, по деятельности организации.
Мы обжаловали. Семь доводов, копию направили в прокуратуру.
Пришёл ответ. Все семь отбиты, и это не три строки: на каждое возражение спокойное, терпеливое объяснение, почему так можно.
Уведомление вручили за минуту до начала? Минимальный срок между вручением и допросом законом не установлен. Свидетель добровольно начал давать показания, возражений не заявил, об отложении не просил.
Допрашивали на дому? Показания можно получить по месту пребывания свидетеля, если он болен, стар или не в состоянии явиться, «а по усмотрению должностного лица налогового органа — и в других случаях». Перечень не закрытый. Против места свидетель не возражал.
Не было юриста? Обеспечивать свидетеля адвокатом налоговый орган не обязан, это забота самого свидетеля. Об отложении, чтобы пригласить представителя, никто не просил.
Записывали на телефон? О применении технических средств объявили до начала, подпись свидетеля стоит. Выдавать ему саму запись Кодекс не обязывает.
Семь доводов, и семь раз по сути одно и то же. Не возражал. Не просил. Подписал.
Протокол устроен так, что защищает сам себя. Под каждой отметкой в нём стоит подпись того, кого допрашивали, и всё, чего человек не заявил вслух в ту минуту, потом просто не существует. Ни для того, кто рассматривает жалобу, ни, если дойдёт, для суда.
Отдельно про опьянение, ради которого всё и затевалось. Оказывается, оно вообще не из той категории. Допрашивать нельзя тех, кто в силу малолетнего возраста, физических или психических недостатков не способен правильно воспринимать обстоятельства. Опьянение к таким недостаткам не приравнивается.
А дальше про доказывание, и это самое отрезвляющее место всего ответа. Приказ об отпуске в связи с болезненным состоянием ничего не подтверждает: он не про конкретный день. Справка о кодировании тоже: в ней нет даты. Годились бы акт медицинского освидетельствования или показания незаинтересованных лиц.
То есть доказывать надо было не то, что человек пил. А то, что он не понимал происходящего. И доказывать в тот самый день, прямо во время допроса.
В конце июля я писал, что бытовая кривизна процедуры протокол не убивает (https://t.me/Pegov_I/412). Теперь эта позиция есть у меня письменно, и не от суда, а от самого ведомства. Мы подали жалобу на семь нарушений и получили отказ методичку: как провести такой допрос, чтобы к нему потом было не подойти. Под каждым пунктом методички стоит подпись свидетеля.
А мы приезжаем потом. Когда протокол подписан, запись сделана, и человек уже плохо помнит, что именно он говорил. Всё, что нам остаётся, это красиво изложить в жалобе то, чего никто не заявил в моменте.
Свидетеля защищает не Кодекс. Свидетеля защищает то, что он успел сказать вслух и потребовал записать.
А что, по-вашему, надо было сделать в ту минуту, чтобы у жалобы появился шанс?
🔥 потребовать отложения и приглашения представителя
🤔 вписать возражения о состоянии и о месте прямо в протокол
🤷♂️ не подписывать протокол вообще
😈 вызвать врача и снять акт освидетельствования: в разгар запоя самое время подумать о доказательствах