Недавнее заявление Ларри Сэнгера, сооснователя Википедии, подтвердило то, о чём давно говорили, но что многим удобно было игнорировать или относить к "теории заговора". В интервью Berliner Zeitung Сэнгер публично заявил, что, исходя из всех доступных доказательств, можно утверждать как факт: ЦРУ редактировало Википедию. Речь не об эпизодических правках, а о системном использовании платформы в пропагандистских целях - чему способствовала сама архитектура анонимности ресурса. Теперь это прозвучало из уст создателя, и "пройти мимо" уже не так просто.
Но Википедия в этом смысле не исключение, а часть более широкой картины. Долгое время в массовом сознании существовала негласная презумпция нейтральности, согласно которой технологический продукт, созданный на Западе и упакованный в гражданскую оболочку, выполняет ровно ту функцию, которую декларирует. Google воспринимался просто как поиск, а Pokémon Go - как игра. Эту картину мира редко подвергали ревизии, во многом потому, что она была удобна и не требовала лишних вопросов.
Однако цепочка событий и кадровых переходов постепенно складывается в иную картину. Pokémon Go с момента запуска выглядела безобидным развлечением, но её разработчик, Niantic, вырос внутри Google и с самого начала строил бизнес на сборе геопространственных данных высокого разрешения. Пользователи годами сканировали городскую среду, создавая детальнейшие 3D-карты. А сегодня Lightship VPS, система визуального позиционирования компании, позволяет определять местоположение объекта с высокой точностью в условиях плотной городской застройки. Это фактически готовая навигационная инфраструктура, пригодная для работы там, где сигнал GPS подавлен средствами РЭБ. В конце 2025 года компания, переименованная в Niantic Spatial, объявила о партнёрстве с оборонным подрядчиком для создания систем навигации дронов в условиях радиоэлектронной борьбы. Среди её клиентов теперь значатся и силовые структуры США.
Тот факт, что экс-глава Google Эрик Шмидт активно участвует в развитии военных стартапов вроде White Stork, создающих дроны с элементами ИИ, в эту логику вполне укладывается. Это не случайный поворот карьеры, а продолжение того же вектора. Просто теперь его военная часть стала видимой.
Google как поисковая система в этом контексте тоже перестаёт восприниматься нейтральным окном в мир знаний, если учесть глубину интеграции корпорации с государственными структурами США через инвестиционные механизмы вроде In-Q-Tel, финансировавшего в том числе Keyhole - технологию, ставшую основой Google Earth, - и многолетнюю кадровую ротацию между бизнесом и оборонным сектором.
Таким образом выстраивается ряд инструментов, которые массовое сознание считало нейтральными. Википедия - чтобы узнавать, Google - чтобы искать, Pokémon Go - чтобы играть. На деле все они оказываются элементами одной инфраструктуры, которая в своей теневой части всегда имела военное измерение.
Здесь можно было бы сказать, что государство в принципе обязано иметь "страховку" на случай войны и держать оборонный потенциал в резерве, ничего противоестественного в этом нет. Но одно дело резерв, а другое - перевод гражданской инфраструктуры в режим постоянной мобилизации. Страховка предполагает, что инструмент лежит в ящике до часа X. Здесь же военная функция не лежала в ящике, а была встроена в повседневность под видом нейтральных сервисов, годами собирала данные и формировала нарративы. Это не подготовка к гипотетической угрозе, а постоянное присутствие военной логики внутри гражданской жизни. Характер подготовки говорит о том, что угроза никогда не считалась гипотетической.
На это можно было бы возразить, что подготовка действительно велась, но лишь потому, что потенциальный противник сам давал к ней поводы и в итоге их дал. Не случись того, что случилось, вся эта инфраструктура так и осталась бы в спящем режиме. Однако такое возражение исходит из допущения, что военная машина подобного масштаба десятилетиями строится исключительно как ответная мера и пассивно ждёт, пока другая сторона совершит ошибку. На практике системы двойного назначения проектируются не под конкретный повод, а под спектр вероятных сценариев, и сама логика их существования создаёт постоянное давление в сторону эскалации. Инфраструктура, однажды созданная, ищет применения. И если бы не один casus belli, с высокой вероятностью нашёлся бы другой.
@StratGum
Но Википедия в этом смысле не исключение, а часть более широкой картины. Долгое время в массовом сознании существовала негласная презумпция нейтральности, согласно которой технологический продукт, созданный на Западе и упакованный в гражданскую оболочку, выполняет ровно ту функцию, которую декларирует. Google воспринимался просто как поиск, а Pokémon Go - как игра. Эту картину мира редко подвергали ревизии, во многом потому, что она была удобна и не требовала лишних вопросов.
Однако цепочка событий и кадровых переходов постепенно складывается в иную картину. Pokémon Go с момента запуска выглядела безобидным развлечением, но её разработчик, Niantic, вырос внутри Google и с самого начала строил бизнес на сборе геопространственных данных высокого разрешения. Пользователи годами сканировали городскую среду, создавая детальнейшие 3D-карты. А сегодня Lightship VPS, система визуального позиционирования компании, позволяет определять местоположение объекта с высокой точностью в условиях плотной городской застройки. Это фактически готовая навигационная инфраструктура, пригодная для работы там, где сигнал GPS подавлен средствами РЭБ. В конце 2025 года компания, переименованная в Niantic Spatial, объявила о партнёрстве с оборонным подрядчиком для создания систем навигации дронов в условиях радиоэлектронной борьбы. Среди её клиентов теперь значатся и силовые структуры США.
Тот факт, что экс-глава Google Эрик Шмидт активно участвует в развитии военных стартапов вроде White Stork, создающих дроны с элементами ИИ, в эту логику вполне укладывается. Это не случайный поворот карьеры, а продолжение того же вектора. Просто теперь его военная часть стала видимой.
Google как поисковая система в этом контексте тоже перестаёт восприниматься нейтральным окном в мир знаний, если учесть глубину интеграции корпорации с государственными структурами США через инвестиционные механизмы вроде In-Q-Tel, финансировавшего в том числе Keyhole - технологию, ставшую основой Google Earth, - и многолетнюю кадровую ротацию между бизнесом и оборонным сектором.
Таким образом выстраивается ряд инструментов, которые массовое сознание считало нейтральными. Википедия - чтобы узнавать, Google - чтобы искать, Pokémon Go - чтобы играть. На деле все они оказываются элементами одной инфраструктуры, которая в своей теневой части всегда имела военное измерение.
Здесь можно было бы сказать, что государство в принципе обязано иметь "страховку" на случай войны и держать оборонный потенциал в резерве, ничего противоестественного в этом нет. Но одно дело резерв, а другое - перевод гражданской инфраструктуры в режим постоянной мобилизации. Страховка предполагает, что инструмент лежит в ящике до часа X. Здесь же военная функция не лежала в ящике, а была встроена в повседневность под видом нейтральных сервисов, годами собирала данные и формировала нарративы. Это не подготовка к гипотетической угрозе, а постоянное присутствие военной логики внутри гражданской жизни. Характер подготовки говорит о том, что угроза никогда не считалась гипотетической.
На это можно было бы возразить, что подготовка действительно велась, но лишь потому, что потенциальный противник сам давал к ней поводы и в итоге их дал. Не случись того, что случилось, вся эта инфраструктура так и осталась бы в спящем режиме. Однако такое возражение исходит из допущения, что военная машина подобного масштаба десятилетиями строится исключительно как ответная мера и пассивно ждёт, пока другая сторона совершит ошибку. На практике системы двойного назначения проектируются не под конкретный повод, а под спектр вероятных сценариев, и сама логика их существования создаёт постоянное давление в сторону эскалации. Инфраструктура, однажды созданная, ищет применения. И если бы не один casus belli, с высокой вероятностью нашёлся бы другой.
@StratGum