Pipes of Peace. Вообще интересно, что год начинается с настойчивых призывов к миру. Судя по разносторонней реакции околокремлевских групп, посыл был позитивно воспринят «партией мира» в верхах, что вызвало ответную контрреакцию из другого лагеря. В этом смысле попытку перехватить мирную повестку и объявить Рождественское перемирие – хороший ход со стороны Кремля. Там понимают, что запрос на мирное урегулирование идет «снизу», а значит милитаризация с дальнейшим закручиванием гаек – это уже поглаживание социума против шерсти. Общественным мнением можно манипулировать долго, но лишь до тех пор, пока это мнение готово формироваться на информационной основе. Но если в обществе накопилось достаточно усталости и тревоги, то мнение начинает формироваться исходя из базовых психологических установок выживающего населения. Забавно, но в давней схватке холодильника и телевизора в итоге побеждает третья сила – безопасность.

Конечно, до мира еще далеко, кроме того, на пути к нему возможна еще серия серьёзных эскалаций. Но в любом случае, если альтернатива заявлена, то она не может не обсуждаться. В этом смысле запрос на мир может стать уже политическим требованием. И здесь впервые элитные и народные запросы могут соприкоснуться, так как насаждаемая ультра-пропагандой эсхатологическая образность Рая-Валгаллы не слишком хорошо заходит в массы давно отчужденные от власти. Собственно, именно такой консенсус сформировался в начале нулевых и стал основой того самого «путинского большинства», которое хотело мещанского уюта и государственной защиты от бандитов 90-х. В этом смысле всегда прав условный Воланд, когда столетие за столетием фиксирует, что от поколения к поколению – это обыкновенные люди и в общем, напоминают прежних.

Поэтому сейчас в российском политическом пространстве формируется перспективная ниша для сложной игры «партии мира», которая пока себя публично не проявила, но определенно будет готова эта сделать в нужное время. В этом смысле, робкая попытка РПЦ заявиться в качестве такой силы, может рассматриваться как отправная точка для диалога. Для мира нужно искать какие-то объединяющие идеи и христианство вполне могло бы стать таковым. К тому же, Папа Римский Франциск I тоже не раз предлагал стать переговорщиком между сторонами конфликта. Но церковь может стать лишь фоном для политических процессов, без самих политиков тут обойтись не удастся.