Репост из: НЕЗЫГАРЬ
Миграцию переводят на ручное управление
Сокращение притока из Центральной Азии компенсируется корпоративным набором работников из визовых стран
Поток трудовых мигрантов из Центральной Азии в Россию сокращается, хотя пока не радикально. Главное изменение заключается не столько в масштабах миграции, сколько в ее модели: стихийный въезд постепенно уступает место организованному набору через предприятия и контролируемые государством каналы.
В первом полугодии 2026 года из Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана в Россию въехало менее 2 млн человек против 2,3 млн за аналогичный период 2025 года. По данным Совбеза, всего за шесть месяцев страну посетили 4,8 млн иностранных граждан — на 8% меньше, чем годом ранее. Численность иностранцев, находящихся в России, сократилась на 10%, до 5,7 млн человек.
Особенно заметно снижение притока из Кыргызстана. Страна входит в ЕАЭС, поэтому ее гражданам не требуется патент для работы в России. Однако им все активнее предлагаются альтернативные направления трудовой миграции — Турция, государства Азиатско-Тихоокеанского региона и Великобритания.
Сокращение стихийного потока, оцениваемое в 15%, сопровождается расширением управляемых каналов миграции. Растет число работников, приезжающих по запросам предприятий и в рамках государственных квот. В первой половине 2026 года разрешений на работу для граждан визовых стран было выдано на 42% больше, чем за тот же период 2024 года.
Таким образом, происходит не столько отказ от иностранной рабочей силы, сколько замещение одних миграционных потоков другими. На смену самостоятельному приезду и поиску работы приходит организованный набор, контролируемый работодателями и силовыми ведомствами.
Одним из главных стимулов такой перестройки остается фискальный фактор. Поступления бюджета, связанные с миграционной политикой, достигли 172 млрд руб., увеличившись за год на 39%. При этом количество выданных патентов выросло лишь на 9%. Разрыв между этими показателями указывает на существенное увеличение фискальной нагрузки в расчете на одного мигранта.
Одновременно меняется социальная структура миграции. Доля несовершеннолетних мигрантов сократилась на 25%. Трудовые мигранты все чаще отказываются от переезда вместе с семьями, а возможности долгосрочной адаптации с последующим получением российского гражданства сужаются.
Быстрее всего растет организованный набор работников из Индии. В первом полугодии 2026 года гражданам этой страны было выдано 56,5% всех разрешений на работу, а их количество увеличилось на 56%.
Российская экономика лишь отчасти снижает зависимость от иностранной рабочей силы. Основным процессом становится перераспределение миграционных потоков. Доля выходцев из Центральной Азии уменьшается как из-за появления альтернативных рынков труда, так и вследствие усиления опасений, связанных с религиозным экстремизмом. В значительной степени ужесточение контроля стало следствием теракта в «Крокус Сити Холле» в марте 2024 года.
В результате государство последовательно переводит трудовую миграцию в управляемый режим. Такая модель позволяет ограничивать неконтролируемый въезд, перераспределять набор в пользу нужных предприятиям работников и одновременно увеличивать бюджетные поступления.
Сокращение притока из Центральной Азии компенсируется корпоративным набором работников из визовых стран
Поток трудовых мигрантов из Центральной Азии в Россию сокращается, хотя пока не радикально. Главное изменение заключается не столько в масштабах миграции, сколько в ее модели: стихийный въезд постепенно уступает место организованному набору через предприятия и контролируемые государством каналы.
В первом полугодии 2026 года из Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана в Россию въехало менее 2 млн человек против 2,3 млн за аналогичный период 2025 года. По данным Совбеза, всего за шесть месяцев страну посетили 4,8 млн иностранных граждан — на 8% меньше, чем годом ранее. Численность иностранцев, находящихся в России, сократилась на 10%, до 5,7 млн человек.
Особенно заметно снижение притока из Кыргызстана. Страна входит в ЕАЭС, поэтому ее гражданам не требуется патент для работы в России. Однако им все активнее предлагаются альтернативные направления трудовой миграции — Турция, государства Азиатско-Тихоокеанского региона и Великобритания.
Сокращение стихийного потока, оцениваемое в 15%, сопровождается расширением управляемых каналов миграции. Растет число работников, приезжающих по запросам предприятий и в рамках государственных квот. В первой половине 2026 года разрешений на работу для граждан визовых стран было выдано на 42% больше, чем за тот же период 2024 года.
Таким образом, происходит не столько отказ от иностранной рабочей силы, сколько замещение одних миграционных потоков другими. На смену самостоятельному приезду и поиску работы приходит организованный набор, контролируемый работодателями и силовыми ведомствами.
Одним из главных стимулов такой перестройки остается фискальный фактор. Поступления бюджета, связанные с миграционной политикой, достигли 172 млрд руб., увеличившись за год на 39%. При этом количество выданных патентов выросло лишь на 9%. Разрыв между этими показателями указывает на существенное увеличение фискальной нагрузки в расчете на одного мигранта.
Одновременно меняется социальная структура миграции. Доля несовершеннолетних мигрантов сократилась на 25%. Трудовые мигранты все чаще отказываются от переезда вместе с семьями, а возможности долгосрочной адаптации с последующим получением российского гражданства сужаются.
Быстрее всего растет организованный набор работников из Индии. В первом полугодии 2026 года гражданам этой страны было выдано 56,5% всех разрешений на работу, а их количество увеличилось на 56%.
Российская экономика лишь отчасти снижает зависимость от иностранной рабочей силы. Основным процессом становится перераспределение миграционных потоков. Доля выходцев из Центральной Азии уменьшается как из-за появления альтернативных рынков труда, так и вследствие усиления опасений, связанных с религиозным экстремизмом. В значительной степени ужесточение контроля стало следствием теракта в «Крокус Сити Холле» в марте 2024 года.
В результате государство последовательно переводит трудовую миграцию в управляемый режим. Такая модель позволяет ограничивать неконтролируемый въезд, перераспределять набор в пользу нужных предприятиям работников и одновременно увеличивать бюджетные поступления.