Земную жизнь пройдя до сорокета
Ты вспомнил про свои семнадцать лет
Большой Каретный, туса без билета
Прокуренный оббитый туалет

Цветные вены и синдром тоннельный
Развратный окисляющий закат
В зрачках твоей подруги беспредельных
Той громкой, что увёл потом твой брат

Отвёл в сторонку, улещил на ушко
И всё, красотка: родине привет
Потом и под обоями прослушка
И паранойно-радикальный бред

Клинический бунтовщик на полставки
«Я здесь чужой, мне супер не вполне!»
Тебе совет — как мёртвому припарки
Тебе совет — как в те же годы мне

Ты сам всё знаешь, как что надо делать
Где все учились, ты преподавал
Ты даже знаешь рифму к слову «делать»
Но ты ебал весь этот карнавал

Теперь ты тот, кем стать решил однажды
Когда дерзнул с судьбою пошутить
Мы все умрём, однако же не каждый
Сподобится до этого дожить, а ну-ка, блядский глаз, не расходимся, Дедович у аппарата, упасть-отжаться-оставить, садитесь на пол, ящики сегодня на реставрации, давайте установим атмосферу тотального понималова и пообщаемся на уровне ауры, благородные разбойники, давайте договоримся не продавать свою агрессию ни за какие ковриги, поколение дрип-кофе, обновлений требуют наши сердца, ободранные рок-звёздочки святой России, и, как говорят: смерть — не птица, в забор не вонзится — поэтому: предложку лейте (мало — пиздец), и вайбанём по-чёрному, давайте это — не это.

Враг хорошего и худший редактор Дедович

Делай худо вместе с нами

Нет худа без добра

И помни: всё будет хуй знает как!