#Пятничное
@aioborНа Урале, говорят, всякий камень с секретом. Один золото держит, другой медь, третий просто лежит и начальство изображает.
А на одном секретном заводе, где самое секретное делают, был секрет особенный — искусственный разум.
Звался он «Стратегический вычислительный комплекс предиктивного реагирования СКАЗ-7». А работяги звали проще — Сказ.
Умён был Сказ необычайно. Мог спутник распознать по трём пикселям, маршрут беспилотника рассчитать, помеху от сигнала отличить и даже определить, почему принтер в бухгалтерии опять не печатает.
За это его особенно уважало руководство.
Только был у Сказа недостаток.
Не любил он неожиданностей.
Пока всё шло по инструкции — работал как часы. А случись чему неположенному — задумывался.
Однажды мышь кабель перегрызла.
Сказ думал семь минут. И перегрелся.
Другой раз техник Василий поставил кружку на стойку номер шестнадцать.
Сказ объявил кружку неопознанным объектом, поднял тревогу и потребовал подтвердить её отечественное происхождение.
А когда однажды уборщица тётя Нюра выдернула важный штепсель из розетки, чтобы пылесос включить, Сказ вообще решил, что началась новая форма войны.
Собрали тогда учёных.
Главный академик, бородатый да важный, сказал:
— Это энтропия.
Рабочие переглянулись.
— А где она?
— Везде.
— Так поймать её надо.
Академик обиделся:
— Энтропию поймать невозможно. Согласно второму началу термодинамики она возрастает.
Слесарь Федот почесал затылок:
— Стало быть, плохо прикручена.
И началась борьба с энтропией.
Поставили резервный сервер.
Он сломался первым.
Провели две независимые линии питания. Электрик обе подключил к одному автомату.
Поставили систему бесперебойного питания, систему охлаждения системы бесперебойного питания и систему наблюдения за системой охлаждения системы бесперебойного питания.
После этого завод впервые остался без электричества.
Сказ молчал.
Академики писали отчёты.
Генералы хмурились.
Энтропия росла.
Вызвали старого мастера Кузьмича. Был он из тех людей, про которых неизвестно, сколько им лет. Может, семьдесят восемь, а может, ещё Ермаку сеть настраивал.
Поглядел он на Сказ.
— Хорошая машина.
Академик говорит:
— Это не машина. Это интеллектуальная система, построенная на принципах мультимодального…
— Ясен пень. А чего не работает?
Объяснили ему про энтропию.
Прихватил Кузьмич синюю изоленту и полез во внутрь.
Глядь — разъём болтается.
Замотал.
Кабель провис — примотал.
Датчик вибрирует — подложил кусочек изоленты.
И заработал Сказ.
Все ахнули!
А Кузьмич говорит:
— Вы, академики, энтропию неправильно понимаете.
Энтропия — это когда всё, что может отвалиться, когда-нибудь отвалится. А тут у нас неожиданность — когда оно отваливается не когда-нибудь, а сейчас.
Так родилась на заводе Теория неожиданностей Кузьмича.
Первый закон гласил:
Если деталь может отвалиться — она отвалится.
Второй:
Если деталь отвалиться не может — значит, плохо смотрели.
Третий:
Если деталь все рано не может отвалиться — она отвалится вместе с тем, к чему прикручена.
А главный закон был такой:
Сложность системы растёт быстрее способности человека понимать, что в ней сейчас дребезжит.
После этого синюю изоленту официально включили в состав СКАЗ-7.
Академики, конечно, возражали.
— Это антинаучно!
Кузьмич отвечал:
— Зато держится.
Провели испытания.
Трясли стойки.
Морозили.
Грели.
Подавали неправильные данные.
Запускали вирусы.
Один раз даже позвали полковника из приемки и разрешили ему самому что-нибудь нажать.
Сказ выдержал всё.
Но не завис.
Потому что Кузьмич заранее примотал все, что может отвалиться, синей изолентой.
Так синяя изолента стала ключевым элементом оборонного искусственного интеллекта.
Не потому, что защищает от помех.
И даже не потому, что синяя.
Просто человечество долго пыталось победить энтропию вычислительной мощностью, резервированием и искусственным интеллектом.
А потом выяснилось, что энтропия тоже не дура.
Она всегда идёт туда, где её не ждали.
С тех пор возле главной стойки СКАЗа висит моток синей изоленты.
Под ним табличка:
«Последний рубеж обороны».
