Репост из: Мысли-НеМысли
Давно и постепенно к этому шли, и вот уже законопроект о конфискации «подозрительных» накоплений россиян и перечислении их в ПФР внесен в правительство.
Уже в декабре этого года новые нормы могут вступить в силу. После этого момента может быть конфисковано у граждан не только подозрительное имущество, в отношении которого нет доказательств о приобретении его на законные доходы, но и денежные средства, если не будет доказательств их законности. При этом в прошлом году Конституционный суд пояснил, что имущество может быть конфисковано у любых лиц, а не только у чиновников и членов их семей.
Помните все эти страшилки про контроль налоговиков за доходами и расходами граждан? Вот они и реализовались, и пока только таким способом. Минфин пока не определился ни с критериями подозрительности, ни с минимальной суммой подозрительных накоплений, так что пока под подозрение попадают вообще абсолютно все накопления граждан. А дальше постепенно придем к тому, что контролирующие органы будут сверять соотношение доходов и накоплений/расходов.
Депутаты с радостью и улюлюканьем все это поддерживают, ведь и ПФР надо укреплять, и пенсии повышать.
Генпрокурор Краснов в прошлом месяце заявил, что ПФР впервые получил средства от продажи имущества, конфискованного у чиновников, и размер этих средств составил 21,4 млрд рублей. Если учитывать, что реальный дефицит ПФР составляет около 650 млрд рублей, то силовикам предстоит много работы, ведь надо найти все эти «подозрительные» накопления.
Как мы уже писали, тренд на отслеживание доходов и расходов закономерен и неизбежен. Есть нацпроекты, есть задачи по социалке, поставленные президентом в послании Федеральному Собранию. Денег надо много, поэтому усилия налоговиков должны стать реальным подспорьем для их реализации.
Но в ближайшие годы никто не будет вводить жесткие ограничения по соотношению доходов и расходов, потому что это возымеет обратный эффект: большая часть населения и бизнеса попросту вернутся к наличным формам расчета. И не получится хвастаться высокой цифровизацией экономики и рекордными показателями безналичной оплаты товаров и услуг. Поэтому пока конфискация накоплений будет касаться только тех, в отношении кого возбуждены уголовные дела и т.п., на них систему обкатают, потому что провести тотальную проверку всех банковских счетов и тайников под матрасами нереально. Но мы к этому идем. И уж точно будут вопросы к тем, кто держит на счетах крупные суммы и не может доказать их происхождение, но это вряд ли примет массовый характер. Пока не примет.
Рано или поздно мониторинг расходов будет внедрен. Скорее всего, поздно. И поэтапно. В правительстве будут тщательно прощупывать почву. Более вероятно, что мониторинг будет введен ближе к концу работы мишустинского правительства.
Уже в декабре этого года новые нормы могут вступить в силу. После этого момента может быть конфисковано у граждан не только подозрительное имущество, в отношении которого нет доказательств о приобретении его на законные доходы, но и денежные средства, если не будет доказательств их законности. При этом в прошлом году Конституционный суд пояснил, что имущество может быть конфисковано у любых лиц, а не только у чиновников и членов их семей.
Помните все эти страшилки про контроль налоговиков за доходами и расходами граждан? Вот они и реализовались, и пока только таким способом. Минфин пока не определился ни с критериями подозрительности, ни с минимальной суммой подозрительных накоплений, так что пока под подозрение попадают вообще абсолютно все накопления граждан. А дальше постепенно придем к тому, что контролирующие органы будут сверять соотношение доходов и накоплений/расходов.
Депутаты с радостью и улюлюканьем все это поддерживают, ведь и ПФР надо укреплять, и пенсии повышать.
Генпрокурор Краснов в прошлом месяце заявил, что ПФР впервые получил средства от продажи имущества, конфискованного у чиновников, и размер этих средств составил 21,4 млрд рублей. Если учитывать, что реальный дефицит ПФР составляет около 650 млрд рублей, то силовикам предстоит много работы, ведь надо найти все эти «подозрительные» накопления.
Как мы уже писали, тренд на отслеживание доходов и расходов закономерен и неизбежен. Есть нацпроекты, есть задачи по социалке, поставленные президентом в послании Федеральному Собранию. Денег надо много, поэтому усилия налоговиков должны стать реальным подспорьем для их реализации.
Но в ближайшие годы никто не будет вводить жесткие ограничения по соотношению доходов и расходов, потому что это возымеет обратный эффект: большая часть населения и бизнеса попросту вернутся к наличным формам расчета. И не получится хвастаться высокой цифровизацией экономики и рекордными показателями безналичной оплаты товаров и услуг. Поэтому пока конфискация накоплений будет касаться только тех, в отношении кого возбуждены уголовные дела и т.п., на них систему обкатают, потому что провести тотальную проверку всех банковских счетов и тайников под матрасами нереально. Но мы к этому идем. И уж точно будут вопросы к тем, кто держит на счетах крупные суммы и не может доказать их происхождение, но это вряд ли примет массовый характер. Пока не примет.
Рано или поздно мониторинг расходов будет внедрен. Скорее всего, поздно. И поэтапно. В правительстве будут тщательно прощупывать почву. Более вероятно, что мониторинг будет введен ближе к концу работы мишустинского правительства.