О том, что госпожа Собчак неровно дышит к дальневосточным крабам и дружна с опальным «крабовым королем» Олегом Каном, БАМ писал задолго до уважаемого @russica2 Незыгаря, когда мы обсуждали списки системообразующих предприятий. Сейчас Ксения Анатольевна возмущается решением городского суда Южно-Сахалинска об аресте долей компаний «Курильский универсальный комплекс» и «Монерон» (а она выложила, по ее же признанию, «значительную сумму» за 40% акций этих ООО), фактически выступая против Следственного комитета. У следствия есть много поводов сомневаться в том, что реальными бенефициарами являются Пашов и Ледукова, а сбежавший в конце 2018 года на личном самолете Кан не при делах. Рулить компаниями, во главе которых стоят давние приятели, можно и из Южной Кореи.

«Честные и порядочные люди», как вы тут пишете, не сбегают из страны, Ксения Анатольевна. А Кан это делал не единожды. В 2010 году бизнесмена обвинили в организации убийства конкурента Валерия Пхиденко, которого нашли застреленным во Владивостоке. Тогда «крабовый король» тоже предпочел не сотрудничать со следствием, но что-то сыграло ему на руку – расследование приостановили (в итоге дело реанимировали, в феврале Кана заочно арестовали). А потом всплыли схемы с контрабандой камчатского краба и занижением стоимости поставок. Получился неплохой отмыв в 210 миллионов рублей. Решение суда по «КУК» и «Монерону» при продолжающемся расследовании выглядит крайне логичным.

Компании с приличной квотой в 10 тысяч тонн краба и общей выручкой в 23 миллиарда рублей – лакомый кусок для крабовой мафии. Поэтому "крабовая барыня" Собчак для лоббирования совместного с экс-вице-президентом «Роснефти» Соглаевым бизнес-проекта не постеснялась подключить свою мать Людмилу Нарусову. Конфликт между влиятельным семейством и силовиками вышел в открытую фазу, передел крабового рынка может вылиться в политическую войну. Ну а вам мы советуем не переключать канал - БАМ для вас по этой вкусной теме припас еще множество политических деликатесов.