Эпопея с «краб-гейтом», которой дал старт уважаемый НЕЗЫГАРЬ @russica2, достигла своей кульминации и закончилась феерическим саморазоблачением «крабовой барыни» Собчак.
Ксения Анатольевна запуталась в показаниях в лучших традициях героев ток-шоу ДОМ-2: то она заинтересовалась отраслью пять лет назад, когда всплыли проблемы рыбокомбината «Островной», то теперь она «ненастоящий сварщик» (метафора, которую Собчак употребила на лайф-допросе Соловьева, станет мемом).
Наладивший прочные связи с международной крабовой мафией Олег Кан делает все возможное, чтобы создать проблемы конкурентам через покупателей Японии и Кореи (блокирует поставки краба от конкурентом через своих зарубежных партнеров). «Монерон», «КУК» и два десятка фирм-прокладок он использует для вывода миллиардов долларов, которые на протяжении двадцати лет проплывают мимо российского бюджета. Федералы стали наступать на хвост крабовой мафии и ввели аукционы, которые сразу же встретили протесты крабовой мафии, которая стала призывать через различные ассоциации и общественных агентов к возврату рынка в 90-е. Для легализации черных доходов и возврата к старой модели передела рынка, в котором Кан чувствовал себя как рыба в воде, и понадобилось пиар-прикрытие в виде Собчак (очень странный, конечно, выбор защитника, но, видимо, все другие отказались, а Ксения не побрезговала). Она – фиктивный инвестор, доходов с корпоративов, конечно же, не хватит и на десятую часть покупки доли крабового бизнеса в 4 миллиарда рублей.
Собчак позволила вовлечь себя в рискованную игру с криминальным душком в надежде получить от Кана барыши. Деньги, конечно, не пахнут, но не в этом случае. По нашей информации, сейчас Ксения в истерике требует у «крабового короля» денег за работу и сверхурочные (компенсацию) на решение проблем, которые светят ей и Людмиле Нарусовой. Между фиктивными партнерами наметился разлад, крабовая афера развалилась. Приняв осознанное решение стать частью международной крабовой мафии, она противопоставила себя и свою мать интересам России. Ксения разыгрывает плохую комедию в духе «ничего не знаю», но она, конечно, все понимает, потому и пятиться как краб назад. Спасти и реабилитировать оскандалившееся благородное семейство сейчас может только высокое заступничество.
Ксения Анатольевна запуталась в показаниях в лучших традициях героев ток-шоу ДОМ-2: то она заинтересовалась отраслью пять лет назад, когда всплыли проблемы рыбокомбината «Островной», то теперь она «ненастоящий сварщик» (метафора, которую Собчак употребила на лайф-допросе Соловьева, станет мемом).
Наладивший прочные связи с международной крабовой мафией Олег Кан делает все возможное, чтобы создать проблемы конкурентам через покупателей Японии и Кореи (блокирует поставки краба от конкурентом через своих зарубежных партнеров). «Монерон», «КУК» и два десятка фирм-прокладок он использует для вывода миллиардов долларов, которые на протяжении двадцати лет проплывают мимо российского бюджета. Федералы стали наступать на хвост крабовой мафии и ввели аукционы, которые сразу же встретили протесты крабовой мафии, которая стала призывать через различные ассоциации и общественных агентов к возврату рынка в 90-е. Для легализации черных доходов и возврата к старой модели передела рынка, в котором Кан чувствовал себя как рыба в воде, и понадобилось пиар-прикрытие в виде Собчак (очень странный, конечно, выбор защитника, но, видимо, все другие отказались, а Ксения не побрезговала). Она – фиктивный инвестор, доходов с корпоративов, конечно же, не хватит и на десятую часть покупки доли крабового бизнеса в 4 миллиарда рублей.
Собчак позволила вовлечь себя в рискованную игру с криминальным душком в надежде получить от Кана барыши. Деньги, конечно, не пахнут, но не в этом случае. По нашей информации, сейчас Ксения в истерике требует у «крабового короля» денег за работу и сверхурочные (компенсацию) на решение проблем, которые светят ей и Людмиле Нарусовой. Между фиктивными партнерами наметился разлад, крабовая афера развалилась. Приняв осознанное решение стать частью международной крабовой мафии, она противопоставила себя и свою мать интересам России. Ксения разыгрывает плохую комедию в духе «ничего не знаю», но она, конечно, все понимает, потому и пятиться как краб назад. Спасти и реабилитировать оскандалившееся благородное семейство сейчас может только высокое заступничество.