Договориться по Телеге, видимо, не удалось. ФСБ подводят не только мессенджер, но и самого Дурова, под уголовку о содействии террористической деятельности. «Российская газета» со ссылкой на материалы МВД России и ФСБ, пишет о преступлениях, совершенных «с использованием Telegram», число которых превысило 153 тыс. И даже теракт в «Крокус Сити Холле» координировался через мессенджер. Отмечается, что в условиях конфликта в Украине мессенджер стал главным инструментом спецслужб стран НАТО.

Ну что же, вроде бы очевидно, что сумма претензий достаточно высока, чтобы подвести телегу под блокировку также, как ранее другую продукцию «запрещенной X». Хотя, понятно, что претензии к площадке – это как претензии к мобильному телефону или доске объявлений. Сами по себе они орудия, но не причина. ФСБ же хочет полного контроля, чтобы никакая «координация» не была возможна из-за тотальной прозрачности любого разрешенного мессенджера. Разумеется, к этому все и придет. Интересно только, как это скажется на количестве преступлений. Ведь умудрялись же террористы и экстремисты прошлого действовать и вовсе без мессенджеров, а в прошлом веке – даже без телефонов. Правда, как говорил Джонатан Смолл из Шерлока Холмса, теперь для них это будет немного сложнее.

Возможность блокировки Telegram как независимой экосистемы – скорее приятный бонус. Когда-то так ушел из нашей жизни ЖЖ, перекупленный у Запада олигархами. Потом были разные соцсети, теперь вот телега, чей феномен стал возможен только в стране с острым дефицитом независимых медиа. Ну, в самом деле, привычка начинать день с чтения анонимных агрегаторов, а не лент газет и информагентств – чисто российская фишка. Помню, как пытался внедрить телеграмм немцам на выборах в Бундестаг в 2018 году, а те никак не могли понять, зачем вообще нужна такая приблуда, раз есть нормальные издания, хочешь левого, а хочешь правого толка.

Скорее всего, с закрытием Телеги (или частичной блокировки, наподобие Инсты и прочего), из нашей жизни уйдет сам феномен независимых медиа. Он переместится в область советского самиздата, актуального поговорке из 70-х годов: «никаких известий в Правде, никакой правды в Известиях». Авторизованные, национальные, прозрачные и стерилизованные мессенджеры вряд ли смогут перехватить эту функцию, став скорее имитационной площадкой, на просторах которой будут резвиться поставщики безопасных данных и цифр народного благоденствия. Многомилионная аудитория оптимистично настроенных граждан будет пристально изучать губернаторские отчеты об увеличении налоговых надоев, вечером скроля ленту полную волнующих отчетов о кубометрах проведенного благоустройства или высадки зеленых насаждений взамен утраченных из-за жука короеда.

Так или иначе, все более неизбежная блокировка Телеграмма – это очередной конец эпохи. От эпохи частных медиа 90-х к эпохе «острова Крым», каким стала телега в период сплочения вокруг флага. Сам характер независимой информации становится вопросом безопасности. А не воспользуется ли ей кто-то в корыстных целях? Не станет ли она инструментом побуждающим или наоборот – демобилизующим? Вопрос встает не столько о ее верификации, сколько об уместности использования. Ведь то, что вчера еще было полезно и разрешено, завтра уже может изменить свои свойства и маргинализироваться. Так что будущее за изменчивыми формами протеевской информполитики, где и губернаторские надои могут быть опасной формой социального взаимодействия.