Я обожаю планировки
Я люблю их делать и придумывать, что ещё могло бы быть в пространстве: как иначе провести человека, что изменится, если передвинуть одну стену, где появится лишний метр или совсем другое ощущение. В каком-то смысле Arch(e)type начался именно с планировок.
Когда-то мы выиграли конкурс на концепцию офиса McKinsey именно благодаря планировке. Она оказалась настолько эффективной, что консультанты сами перевели её в цифры и посчитали экономию для компании на пять лет. А свой первый большой архитектурный проект - жилой комплекс для Level площадью 60 тысяч квадратных метров - мы выиграли, почти не имея опыта такого масштаба. Опять во многом благодаря планировочному решению.
Для меня планировка - не технический этап до «настоящей архитектуры». Планировка и есть архитектура. В ней уже заложено всё: как человек движется, что видит, где встречается с другими, где может остаться один. Человек может никогда не увидеть чертёж, но обязательно почувствует неправильную пропорцию или сбитую ось.
Мы всё ещё живём по Витрувию: прочность, польза, красота. Удобство чрезвычайно важно, но это только одна часть архитектуры. Мне не близка идея, что из хорошего пространства нужно убрать любое усилие. Иногда ради чего-то прекрасного можно пройти чуть дальше, остановиться, повернуть голову, что-то обнаружить самому. Мы не живём только ради функции. Мы живём жизнь.
В эту пятницу как раз говорили об этом в A-House на дискуссии об удобстве вместе с Т-Бизнесом, Евгением Тихоновичем, Игорем Ланцманом, Павлом Поляковым и Ольгой Решетниковой. В итоге для меня вопрос удобства всегда сводится к одному: что человек чувствует в пространстве, которое мы для него проектируем.
Я люблю их делать и придумывать, что ещё могло бы быть в пространстве: как иначе провести человека, что изменится, если передвинуть одну стену, где появится лишний метр или совсем другое ощущение. В каком-то смысле Arch(e)type начался именно с планировок.
Когда-то мы выиграли конкурс на концепцию офиса McKinsey именно благодаря планировке. Она оказалась настолько эффективной, что консультанты сами перевели её в цифры и посчитали экономию для компании на пять лет. А свой первый большой архитектурный проект - жилой комплекс для Level площадью 60 тысяч квадратных метров - мы выиграли, почти не имея опыта такого масштаба. Опять во многом благодаря планировочному решению.
Для меня планировка - не технический этап до «настоящей архитектуры». Планировка и есть архитектура. В ней уже заложено всё: как человек движется, что видит, где встречается с другими, где может остаться один. Человек может никогда не увидеть чертёж, но обязательно почувствует неправильную пропорцию или сбитую ось.
Мы всё ещё живём по Витрувию: прочность, польза, красота. Удобство чрезвычайно важно, но это только одна часть архитектуры. Мне не близка идея, что из хорошего пространства нужно убрать любое усилие. Иногда ради чего-то прекрасного можно пройти чуть дальше, остановиться, повернуть голову, что-то обнаружить самому. Мы не живём только ради функции. Мы живём жизнь.
В эту пятницу как раз говорили об этом в A-House на дискуссии об удобстве вместе с Т-Бизнесом, Евгением Тихоновичем, Игорем Ланцманом, Павлом Поляковым и Ольгой Решетниковой. В итоге для меня вопрос удобства всегда сводится к одному: что человек чувствует в пространстве, которое мы для него проектируем.