Толще твиттера

@biggakniga Нравится 0
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Анастасия Завозова. «Щегол», Storytel, «Книжный базар».
Литературные ссылки и что-то еще.
(Без рекламы и вот этого вот "Внезапно наткнулась на крутой канал".)
Гео и язык канала
Россия, Русский
Категория
Книги


Гео канала
Россия
Язык канала
Русский
Категория
Книги
Добавлен в индекс
09.05.2017 23:31
реклама
Монетизация в telegram 2021?
TAGIO.PRO это сделал еще в 2020! Присоединяйся!
Как искать фильмы в телеге?
Легко! Просто введи название фильма в нашем боте
Админ канала? Добро пожаловать!
TAGIO - Самый желанный инструмент 2021 года стартовал!
14 963
подписчиков
~8.3k
охват 1 публикации
~1.8k
дневной охват
~15
постов / месяц
55.8%
ERR %
20.18
индекс цитирования
Репосты и упоминания канала
79 упоминаний канала
15 упоминаний публикаций
250 репостов
ТОП каналов Telegram
Canal du Midi
Bookler
От авторки
Bloom's Day
Read ‘em all
Never Mind The Books
Редакторка
Прочитала
НемножкОкнижка
я читаю книжки
#содомиумора
Книжное притяжение
Абордажная кошка
Вам, чтецам
Культурный
Вкрации
я читаю книжки
Редакторка
Esquire
Катя, Книги и Вино
Дива в библиотеке
Never Mind The Books
Катя, Книги и Вино
Keep Calm & Young Adult
книжный странник
Редакторка
Never Mind The Books
Книгиня про книги
Книгиня про книги
Canal du Midi
Never Mind The Books
я читаю книжки
Мистер Дарси и бал
Книжный Лис 🦊📚
⚘Too Much Information
Редакторка
Esquire
Bloom's Day
Прочитала
suck my books
Каналы, которые цитирует @biggakniga
Рыба Лоцман
magie bizarre
Esquire
Мистер Дарси и бал
Литература и жизнь
Сапрыкин - ст.
Ксения Лурье
Литература и жизнь
Книгочервивость
Pal o' Me Heart
Storytel: что нового
тисовая улица
Книгочервивость
Важные вещи
Мистер Дарси и бал
Мистер Дарси и бал
Copy Me
Шведовед
Мистер Дарси и бал
Мистер Дарси и бал
Книгочервивость
Мистер Дарси и бал
Мистер Дарси и бал
Мистер Дарси и бал
Полка
Важные вещи
Горький
Последние публикации
Удалённые
С упоминаниями
Репосты
Вспомнила, о чем очень хотела рассказать. Год назад я прочла в фейсбуке переводчицы Алины Перловой, которая очень, очень увлеченно и интересно пишет о современной китайской литературе (и современной литературе на китайском) и ее переводах, о самом громком тайваньском романе «Райский сад первой любви Фан Сицы». По описанию это была такая полноценная «Темная Ванесса», хорошо написанный роман на режущую тему – растление учителем ученицы – в основе которого, более того, лежит реальная история, приключившаяся с написавшей этот роман Линь Ихань, которая покончила с собой вскоре после выхода книги.

Так вот, оказывается, роман издаст у нас фонд «Нужна помощь»: они прислали (правда уж месяц назад, но ремонт, ремонт!) анонс о том, что открывают издательскую программу, в рамках которой будут печатать неудобные книги о важном. Я уточнила, кто будет переводить роман (надеялась, что Алина Перлова, разумеется), но нет, мне ответили: "Роман сейчас в переводе с китайского у Натальи Власовой, которая переводила "Красный гаолян" и "Перемены" Мо Яня, "Китайский массаж" Би Фэйюй, три произведения Шэн Кэи и роман "Цветы хлопка" Те Нин".

Мне кажется, это какая-то важная история, потому что, судя по рассказу Алины, роман как-то ужасно рванул на родине, уровень обсуждения – 10 по шкале Янагихары, и я как-то сожалела, что вот тут уж тот случай, когда ты как читатель полностью зависишь от перевода, который еще и неизвестно, будет ли, но вот, вроде бы обещают в сентябре.
Читать полностью
Я предлагала Гале назваться «Книжный Азар», но все и так круто! https://t.me/ryba_lotsman
Мы ищем издателя, человека, который круто умеет работать с правами и другими издательствами, и авторами: покупка прав, переговоры, большие и сложные проекты. Это очень хорошая и интересная работа, а главное – мы даем много самостоятельности, и даже очень ждем, что человек будет сам придумывать и делать то, что ему хочется.
https://jobs.storytel.com/jobs/1061437-publishing-manager-to-storytel-russia
Читать полностью
Во времена позднего российского глянца, когда он уже умирал, но это еще нельзя было понять по запаху, он как за дефибриллятор держался за формат и структуру, выдуманную там, на западе, в Изумрудном городе, где, как известно, трава зеленее. Согласно формату, никакой глянцевый лонгрид не мог обойтись без двух вещей – без зачина в духе: «Мы встречаемся в лобби отеля «Эксельсиор», и на (имя героини) - футболка от Кельвина Кляйна, туфли-лодочки от Маноло, нос - от такого-то пластического хирурга, ноги – собственность модели», когда нужно было поговорить со звездой о прописных истинах, согласованных ее публицистом, и без прилагательных, если вдруг кому-то заказывали колонку.

Во всех остальных местах прилагательные нещадно резали, потому что когда в бокс с двумястами знаков надо впихнуть редакционную поддержку, цену, полное название бренда и какой-то смысл, то прилагательные моментально становились вполне себе отлагательными.

Их всех, как на совочек, сметали в колонку.

Там, обезумев от разворотных просторов (пусть даже и с картинкой на треть), они выносили себя из красной книги в красный угол. Было в этом что-то жизнеутверждающее, что-то бравурное, такой палисадничек с мальвами посреди утилитарного урбанизма. И, в общем, даже в этом была какая-то логика, какая-то завершенность, пусть вас и везут в катафалке по городу, но, как пел Вертинский, платье было надето, фиалки цвели. Check.

Почему я все это вспомнила? Потому что прочла книгу Дианы Акерман A Natural History of the Senses – и это такой вот палисадничек с мальвами, разросшийся от разворота до четырехсот страниц непрерывной, надсадной красоты. Вся книга – это набор некоторых энциклопедических сведений, донельзя украшенный рассказами Акерман о том, как она проводила время в Антарктике, в амазонских лесах, на Бермудах, в дорогой квартире, и рассказы эти невыносимо напоминают отбивки за пресс-туры, только уходящие в закат без согласования с рекламодателями.

Разумеется, книгу несколько извиняет то, что написана она была в девяностом году, когда формат еще не был лухари-дефибриллятором, а был свеж, молод и не верил ни в какое другое будущее, кроме глянцевого, но из 2021 это читается не просто дико. Это читается, увы, как некролог.
Читать полностью
Положу и сюда: мой традиционный обзор самых ожидаемых переводных новинок года. Еще раз хочу повторить, что «Азбука» наконец взялась переводить «Квартет Фредерики» А.С. Байетт, и это просто отлично, потому что и большой роман во всех смыслах, и нескучный – если любите семейные истории с культурной подкладкой.
https://esquire.ru/letters/236813-15-glavnyh-perevodnyh-romanov-2021-goda
Новый роман Салли Руни выйдет в сентябре. Судя по описанию, все, как мы любим, четверо юных друзей трогают лапками большой страшный мир, попутно разговаривая разговоры.
Когда читатель – твой психоаналитик.
https://twitter.com/FaberBooks/status/1348993180029624322?s=20
Очень хорошо почаще заглядывать в корпус, когда переводишь. Бывает, попадаются очень яркие примеры того, как формировался и «устаканивался» язык. Это 1903 год, если что.
Толще твиттера 20 Dec 2020, 18:01
Джордж Сондерс, автор букероносного романа «Линкольн в бардо», (в котором покойники на разные голоса, но строго по Бахтину, постукивают со дна живым) написал пособие по творческому письму – простите, криэйтив райтингу – в котором он, на примере рассказов четверых русских классиков (Толстого, Чехова, Тургенева и Гоголя) объясняет, как надо писать и немножко еще объясняет про все. Интересно, доедет ли это колесо до Москвы, и скажут ли в книге о том, что для того, чтобы быть Чеховым надо, как минимум, жить в Чехове, но в любом случае – вот.
https://lithub.com/the-cast-for-george-saunders-new-audiobook-is-very-cool/
Читать полностью
Толще твиттера 14 Dec 2020, 11:00
Поучаствовала в материале о том, сборет ли машинный перевод живого переводчика. В целом, конечно, как всегда говорю о том, что все будет хорошо. (Скорее всего.)

"У нас есть крутые и талантливые переводчики, но не хватает как раз крутых ремесленников и хороших редакторов, способных просто хорошо делать книги среднего уровня.

А не хватает их потому, что эта работа не очень высоко оплачивается, и издатели просто не могут платить много за перевод, иначе книга просто не окупится. В общем, пока мне непонятно, куда все это движется, быть может, машинный перевод действительно нас всех спасет, и какой-нибудь средний селф-хелп «Как я год лечился лыжной мазью и бобровым жиром» будет звучать куда лучше в исполнении машинного переводчика. А может быть, и нет. В общем, здесь, как в анекдоте о том, какова вероятность встретить динозавра на улице. Пятьдесят на пятьдесят, или встретишь, или нет."

https://novayagazeta.ru/articles/2020/12/13/88357-mashina-vs-chelovek
Читать полностью
Толще твиттера 6 Dec 2020, 14:06
Англоязычные авторы традиционно рекомендуют лучшие книги, которые они прочитали в этому году, и вот, что я отсюда выцепила:
- новую историю ацтеков, в основе которой лежат исторические документы, написанные на языке науатль,
- восьмисотстраничный сборник ирландских рассказов самых разных авторов, тут и 19 век, и народные рассказки, и Салли Руни с Доналом Райаном,
- пять биографий известных английских литературных женщин, живших между войнами в районе Мекленбург-сквер или как-то связанных с этим адресом, в том числе Дороти Сейерс и, конечно, Вирджинии Вулф.
https://www.theguardian.com/books/2020/dec/06/the-best-books-of-2020-picked-by-our-acclaimed-guest-authors
Читать полностью
Толще твиттера 19 Nov 2020, 23:03
Shuggie Bain Дугласа Стюарта, мутный, темный и тяжелый, идущий из самых кишок рассказ о безнадежной любви мальчика к маме-алкоголичке на фоне бетонных восьмидесятых в не менее серой Шотландии, в общем, очень хороший роман, (потому что настоящий, хоть и несовершенный) взял Букеровскую премию 2020 года. На мой взгляд, лучше в шортлисте ничего и не было, так что это даже своего рода ура.
(Нет, роман, правда, хороший, с молотковым таким, очень плотным стилем, но в 2019 году его еще можно было как-то вынести, а сейчас уже сил нет. )
https://thebookerprizes.com/booker-prize/news/shuggie-bain-wins-2020-booker-prize
Читать полностью
Толще твиттера 15 Nov 2020, 13:23
С некоторым недоумением читаю «Семь смертей Эвелины Хардкасл», фантастический роман о временной петле в декорациях условного британского детектива, с подгнивающей изнутри аристократией, ветшающим поместьем, разлитым в воздухе сусальноватым гюисмансовским декадансом и сюжетной схемой, которая пытается впихнуть в себя сразу и механизм работы герметичного детектива, и принципы квестовой игры «выйди за час из комнаты».

Хотя я понимаю, что в целом роман сработал для широкой аудитории, для меня это все не работает совершенно, потому что при попытке натянуть один жанр на другой, один из жанров неизменно проседает, и в нынешнем случае это мой любимый детектив, который здесь трещит по швам от несоблюдения самых простейших условий. Например, для герметичного детектива нужно сразу очертить весь круг подозреваемых, а здесь расследование движется скорее по схеме процедурала, когда и на 60 процентах в книге появляются новые и новые подозреваемые, и невозможно даже попытаться решить загадку, потому что у тебя до сих пор нет всех ключей.

Если же читателю принять, что это не детектив, а исключительно фантастический роман в сеттинге, от которого чуть несет прокисшим духом другого жанра, то и опять же для меня это не срабатывает: на 60 процентах по-прежнему не очень понятно, как работает этот мир, по каким он движется законам, все, что мы видим, это попытки человека выйти из комнаты, примеряя на себя разные тела, в основном, с подчеркнуто замедляющей ход мысли телесностью (жир, старость, блуд, тупость, увечья) и всякий раз обнаруживая, что -– что ничего.

В целом, это, конечно, дивная попытка, практически образцовая постмодернистская игра в переломанные об коленку читательские ожидания, но я все равно не знаю, как дочитать оставшиеся 40 процентов, потому что за деревьями не видно леса, а аз игрой – живой истории.
Читать полностью
Толще твиттера 13 Nov 2020, 18:00
Джонатан Франзен написал трехтомную семейную сагу с – вроде бы – отсылками к элиотовскому «Мидлмарчу». По крайней мере, называться будет трилогия «Ключ ко всем мифологиям», как и вечное творение Казобона, а первый том – «Перекрестки» – выйдет в октябре 2021 года.
Капсулка из нулевых просто. Благословен будь, вот мои деньги.
https://lithub.com/10-cool-facts-about-jonathan-franzens-next-novel-coming-fall-2021/
Читать полностью
Толще твиттера 21 Oct 2020, 21:25
Прочла свежий роман Дэвида Митчелла и – при всей моей любви к романам Дэвида Митчелла – осталась скорее недовольна.
"В остальном же — это, как я уже сказала, роман, который был многим, а стал ничем, потому что это множество разных историй, склеенных в одну, пожалуй, лишь огромной любовью автора к музыке шестидесятых. Если эту любовь не разделять, то роман начинает разваливаться на глазах — и это при том, что это все равно ужасно хороший текст, с живыми и понятными людьми, только существуют они в заданном пространстве как бы против самих себя, все время сталкиваясь и расходясь друг с другом, ради того, чтобы Дэвид Митчелл дрожащими от любви руками мог ввести в текст Дэвида Боуи и отрисовать идеальное камео Дженис Джоплин или Леонарду «Ленни» Коэну.

Истории же четверых музыкантов, которые стекаются в одну точку, чтобы образовать ярко вспыхнувшую на один год группу «Утопия авеню», зачастую до обидного прерывисты. Пропадает и появляется удивительно интересная сестра вокалистки и клавишницы Эльф Холлоуэй, Беа, которой поначалу уделяется много времени. История ударника Гриффа сводится к одной главе, после чего он снова переходит в разряд говорящей с пролетарским выговором мебели. Басист Дин все время претендует на роль главного героя, но вечно промахивается. И Джаспера де Зута спасают только описания осеннего Амстердама и — в прямом смысле — хронофаги с абырвалгами. Это очень толкучечный, обрывочный роман, в котором все время кто-то приходит и уходит буквально на полуслове, и какие-то истории и сюжеты вечно остаются недосказанными, а сама книга оканчивается тоже обрывом, зажевыванием пленки, которую потом автор подклеивает хоть и во всех отношениях приятным эпилоговым скотчем, но все-таки — слишком недостаточным."

http://biggakniga.ru/2020/10/17/utopia-avenue-by-david-mitchell/
Читать полностью
Толще твиттера 18 Oct 2020, 18:44
Читая роман "Американская грязь", поняла наконец, отчего же так запылало у мексиканского народа и к ним примкнувшим.

Потому что представьте себе, например, что вы читаете современный роман о России, где все русские, позавтракав blinis и скользнув взглядом по золотым церковным куполам, непременно виднеющимся из каждого окна, выходят из дому, старательно отводя глаза от маленького мальчика, которого прямо у них под дверью вместо завтрака расстреливает из автомата злой putin. Если этим русским нужно поговорить, то их разговор выглядит примерно так: "Let's take kids to the dacha, Ivan. We'll grab some morozhenoe on our way. We'll get there k obedu".

Есть правда в этом мире и клевые русские, они отлично говорят по-английски и торгуют не справками из ПНД и частями тела, а книгами, и когда злые putins расстреливают всю собравшуюся на shashliki семью честного журналиста, то выживают только те русские, которые вмири зкасок тоже любили мерриам-вебстер. Только они смогут добежать до границы с normalny mir, где их точно примут за своих и не перепутают с медведем, потому что они этого достойны.
Читать полностью
Толще твиттера 11 Oct 2020, 16:08
В очень внятной книжке Мэгги Лэйн Jane Austen and Food, которую я сейчас читаю, как-то очень наглядно показано, насколько смысл и контекст старых романов ускользает от нас против нашей воли, потому что он прячется в таких деталях, на которые можно даже не обратить внимания. Например, в «Гордости и предубеждении» Лиззи, получив утром во время завтрака письмо от сестры о том, что она заболела и вынуждена остаться в Незерфилде, идет пешком ее навестить. В Лонгборне она уже успела одеться, позавтракать, поспорить с матерью, дождаться, пока соберутся сестры, которые решили пройтись с ней до Меритона, но когда Лиззи приходит в Незерфилд, то тамошнее общество только садится завтракать – и в этой маленькой детали кроется огромное различие между социальным положением двух семей и столичностью/провинциальностью.
Беннеты завтракают рано (ранний завтрак - это 9, а здесь скорее всего, 8.30 утра), а Бингли и Дарси садятся есть, когда уже за 10, потому что так было заведено среди высшего общества. То же самое – со временем обеда. Семьи победнее обедали в 3-4 часа дня, чтобы слуги могли приготовить еду при свете дня и не тратить понапрасну свечи, а те, кто мог себе позволить потратиться на свечи, садились обедать довольно поздно – в 6, а то и в 7 вечера. (Предлагать, например, гостям ужин через несколько часов после обеда считалось моветоном, исключение – бал, где ужин, скажем, в час ночи считался обязательной частью бала. Миссис Беннет в книге как раз конфузится, предлагая Дарси и Бингли отужинать после пышного обеда.)
Иными словами, чем более распорядок дня был ориентирован на световой день, тем более бедной (старомодной, провинциальной, etc) считалась (или была ей в самом деле) семья. Мисс Бингли была бы порядком шокирована, узнай она, что мир в итоге все-таки достался жаворонкам.
Читать полностью
Толще твиттера 8 Oct 2020, 17:30
Моя колонка о Нобелевской премии 2020 для Esquire.
"Неожиданное решение Шведской Академии присудить Нобелевскую премию по литературе американской поэтессе Луизе Глик на самом деле не такое уж и неожиданное. Более того, оно превосходно сочетается со всей предыдущей политикой Нобелевского комитета в отношении литературы, девизом которой могло бы стать избитое крылатое латинское выражение о том, что жизнь коротка и преходяща, а искусство вечно. И, мог бы добавить Нобелевский комитет, не надо путать одно с другим.

После того как лауреатом 2019 года был объявлен безупречный с точки зрения качества прозы, но политически и репутационно весьма неоднозначный — чтобы не сказать сомнительный — Петер Хандке, от Нобелевского комитета по литературе ждали как минимум долгого медийного стояния коленками на горохе. Например, поэт Кристоффер Леандор, покинувший Нобелевский комитет после присуждения премии Хандке, объяснил свой уход именно несогласием с внутренней политикой комитета, нежеланием вместе с Хандке смотреть на мир «с вершины чистой литературы» в то время, как внизу, у подножья этой очищенной от всего наносного и сиюминутного горы, рвет мир на части острейшая, зубастая актуальность. Грубо говоря, Леандор считает, что хоть Хандке и, вне всякого сомнения, достоин Нобелевки, сейчас не то время, чтобы вручать ее человеку, который уже успел громко публично обляпаться. Хороших писателей много, хороших людей гораздо меньше, и в наши трудные времена давайте уже давать премию сразу за все хорошее, по совокупности заслуг."

https://esquire.ru/letters/213123-nobelevskuyu-premiyu-po-literature-poluchila-amerikanskaya-poetessa-luiza-glik-pochemu-ona-obyasnyaet-literaturnyy-kritik-anastasiya-zavozova/
Читать полностью
Толще твиттера 15 Sep 2020, 18:08
Сделала небольшой гид по детективам Агаты Кристи, которые не просто детективы.
https://blog-russia.storytel.com/relax/bolshe-chem-prosto-detektiv/
Больше чем просто детектив: книги Агаты Кристи, которые выходят за привычные жанровые рамки — блог компании Storytel
Талант Агаты Кристи заключался не только в том, что она умела ловко выстраивать детективную интригу, но и в том, что не боялась выходить за жанровые рамки – когда считала это нужным. О книгах, в которых к детективному сюжету добавляются элементы приключенческого, исторического и даже мистического романа, рассказывает главный редактор Storytel Анастасия Завозова.
Толще твиттера 15 Sep 2020, 15:28
Не будет у Хилари Мантел третьего Букера, ее роман
The Mirror & the Light не вошел в объявленный сегодня (вот только что) короткий список. Из того, что там есть, остается болеть за кишечно-полостной роман Shuggie Bain о любви мальчика к маме-алкоголичке, он очень хороший, но его надо читать, например, на собственной яхте, если живете в хрущобе, в особенности, если жили в хрущобе в восьмидесятых, то вы скорее всего, и не такое видели. (Впрочем, это не отменяет того, что роман хороший.)
https://thebookerprizes.com/booker-prize/news/2020-booker-prize-shorlist-announced
Читать полностью
Толще твиттера 8 Sep 2020, 17:41
И не могу не поделиться своей самой любимой (одной из тыщи) цитатой из «Популярной музыки»:

«Провожая старуху в последний путь, говорили много и обильно. Заверяли, что покойница трудилась в поте лица, жила постом и молитвами. Таскала и поднимала, поднимала и таскала, ходила за коровами и детьми, управлялась с сеном почище кобылы с тремя боронами, наткала полкилометра половиков, собрала три тыщи ведер ягод, натаскала сорок тыщ ведер воды из колодца, вырубила добрый остров леса, выстирала гору белья, без единой жалобы выкачала бочки дерьма из выгребной ямы, а когда копала огород, строчила картошкой в ведро, как из пулемета. И это лишь малая часть.

В последние годы, прикованная к постели, она осьмнадцать раз прочла библию от корки до корки - разумеется, в старом финском переводе, которого не коснулась скверна этих новомодных безбожников из комиссий по современному переводу Библии. Писание, конечно, не идет ни в какое сравнение со Словом Живым - тем, что двуострым мечем разит скверну во время молитв, - но раз уж у бабули было время…

Как обычно бывает на похоронах выдающихся турнедальцев, проповедники в основном говорили об адских муках. Живописали вечно пылающую угольную дыру, где грешники и маловеры шипят, как шкварки в кипящем смоляном котле, а сам хозяин Преисподней прокалывает их вилами, чтобы стек сок. Народ на лавках скорчился, старухины дочки с накрученными волосами и в модных тряпках, те так вообще лили крокодиловы слезы, а жестокосердые зятья беспокойно ерзали на месте. Однако теперь им дается шанс одним махом разнести семена раскаяния и милости чуть не по всему земному шару, и нет прощения тому, кто не использует этот шанс. А кроме того, бабушка оставила после себя целую тетрадку записей, где подробно расписала, как ее следует хоронить; пожелала, чтобы в проповедях было побольше Наставлений, поменьше Евангелия. Ну, и чтобы никаких дешевых отпущений направо и налево.

И вот, наконец, небесные врата отворились, и хоры ангелов сладостным дыханием осенили Паяльскую церковь - земля содрогнулась, и бабушка была допущена к Отцу Небесному. Тут тетушки в платках задрожали, зарыдали и бросились лобызаться во имя тела и крови Христовой, в проходах и на скамьях запахло свежим сеном, здание церкви оторвалось на полвершка от фундамента и, гулко громыхнув, встало на место. А праведным явился также свет, райский свет, как если сквозь сон на мгновение открыть глаза в безмолвную полярную ночь - вы выглядываете в окно и на ночном небосклоне видите зарницу полярного солнца, лишь один миг, и снова закрываете глаза. А когда просыпаетесь поутру, вас распирает какое-то великое, небывалое чувство. Наверное, любовь.


После панихиды всех позвали пить кофе с выпечкой. Тоска сразу улетучилась, появилась даже какая-то беспечность. Бабушка-то теперь у Христа за пазухой. Можно расслабиться».
Читать полностью