Толще твиттера

biggakniga Нравится 0
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Язык канала
Русский

Категория
Книги

Язык канала
Русский
Категория
Книги
Добавлен в индекс
09.05.2017 23:31
Последнее обновление
18.02.2018 14:10
Telegram Info
Последние новости о Telegram. Читать →
Telegram Analytics
Самые свежие новости сервиса TGStat. Подписаться →
@TGStat_Bot
Бот для получения статистики каналов не выходя из Telegram
12 600
подписчиков
~12.7k
охват 1 публикации
~3.6k
дневной охват
~2
постов / нед.
101.2%
ERR %
53 + 26
репосты+упоминания
Репосты и упоминания канала
репостнул запись
14 Feb, 12:22
репостнул запись
14 Feb, 11:55
репостнул запись
14 Feb, 11:45
репостнул запись
14 Feb, 11:45
репостнул запись
29 Jan, 15:47
репостнул запись
23 Jan, 14:05
репостнул запись
23 Jan, 14:01
репостнул запись
23 Jan, 13:31
репостнул запись
16 Dec, 16:15
репостнул запись
15 Dec, 07:52
репостнул запись
15 Dec, 02:18
репостнул запись
15 Dec, 02:18
репостнул запись
15 Dec, 01:03
репостнул запись
15 Dec, 01:02
репостнул запись
12 Dec, 13:29
репостнул запись
12 Dec, 13:24
репостнул запись
12 Dec, 12:42
репостнул запись
8 Dec, 01:34
репостнул запись
8 Dec, 01:32
репостнул запись
7 Dec, 22:02
репостнул запись
21 Nov, 14:37
репостнул запись
18 Oct, 22:22
репостнул запись
5 Oct, 14:39
репостнул запись
5 Oct, 14:11
репостнул запись
18 Aug, 19:09
репостнул запись
15 Aug, 11:53
репостнул запись
15 Aug, 11:53
репостнул запись
25 Jul, 18:48
репостнул запись
15 Jul, 15:38
репостнул запись
1 Jul, 21:40
репостнул запись
1 Jul, 21:16
репостнул запись
23 Jun, 14:34
репостнул запись
20 Jun, 07:46
Последние публикации
Как я люблю такие истории. Дизайнер рассказывает, как она делала обложку к одному из самых модных романов года (как "Маленькая жизнь", только в цвете – про латино-трансвеститов в Нью-Йорке 90-х, в общем, много блеска и блёсток). И вот она делала-делала обложку, и вдруг нашла идеальное фото, и фотограф-то дал согласие, но тут они решили спросить модель, написали модели огромное проникновенное письмо, а им в ответ буквально: "Не, мы пас". И дизайнер ужасно расстроилась, но фотография была такая роскошная, что она решила переснять ее с тем же фотографом, и пересняла, и вышло еще лучше.
В материале - и эскизы обложек, и раскадровка фото для обложки, и сама обложка.
http://lithub.com/when-you-have-to-kill-the-perfect-book-cover/
В этот раз написала свой отчет о книгах, которые я прочла в 2017 году, с запозданием на целый месяц, но все-таки написала.
"2017 я начала с рассольного, постмайонезного Джона Грина, а дальше никакого плана у меня не было, но мне удалось добраться до, например, превосходного «Пнина» – редкого академического романа, где главный герой не жалок, а всего лишь до печеночек трогателен. До брызжущей алфавитом и трагическими компликациями Веры Ивановны Крыжановской-Рочестер и до сусалящего обескровленную Русь словарным золотом Бориса Зайцева.
Вообще, если уж выцеплять из намеренно бесцельного путешествия по 2017 хоть какие-то опорные, допустим, итоговые точки, то тут я буду совершенно не оригинальна и соглашусь со всеми, кто уже сказал, что это был и для меня тоже – во многом – год русскоязычной литературы. Мало того, что современная русская литература, кажется, начала поднимать веки – особенно, наконец, двадцать первый, после долгого цепляния за хрестоматийный девятнадцатый, так я для себя еще и открыла некоторую ужасно свежую прелесть, так сказать, промежуточной литературы, торчащей в сколах истории и наполовину забытой. Литературы с музейным языком, в котором как в янтаре сохранились «парфетки» и «мовешки» и прочая милейшая, но очень живая дурновкусица. Ну и поскольку в этом году представители англоязычной и скандинавской литературы шли по-прежнему ровно, но без сюрпризов, давайте все-таки выпьем за наших. За то, чтобы нам, знаете, не показалось."
http://biggakniga.ru/2018/02/09/a-year-in-reading-2017/
Иногда буду появляться вот на этом сайте с разговорами о книгах и около.
"Недавно я дослушала одну книгу. Ее название вряд ли кому-то что-то скажет, потому что книга, не успев выйти, тихонечко провалилась в тот самый литературный аид, куда попадают книги, о которых нечего сказать даже отделу маркетинга."
https://horoshiy-text.ru/talks/6/86/2893/
Ого, Николь Кидман сыграет в экранизации "Щегла", если верить The Bookseller. Кого именно, не пишут, но для нее вариант один – миссис Барбур.
https://www.thebookseller.com/news/goldfinch-film-adaptation-steps-stranger-things-cast-member-711826
Составила свой список самых ожидаемых романов 2018. Обратите внимание на "Пробуждение" Кейт Шопен – роман удивительной, старомодной красоты, несмотря на острейшую до сих пор тему.
https://esquire.ru/letters/39702-20-foreign-novels-2018/
"В двенадцать были они готовы. Ретизанов надел на гостя шубу, они вышли.
Наняли на углу резвого, запахнулись полостью и покатили. Рысак правда шел резво, но сбивался; снег скрипел; Москва была уже пустынна; по небу, освещенные снизу, летели белые облака, и провалы между ними казались темны.
Закутавшись, Христофоров глядел вверх, как в этих глубинах, темно-синих, являлись золотые звезды, вновь пропадали под облаками, вновь выныривали. Привычный взор тотчас заметил Вегу. Она восходила. Часто заслоняли ее дома, но всегда он ее чувствовал."
В поисках русского языка прочла повесть Бориса Зайцева «Голубая звезда» – очень новогоднее, кстати, чтение, хоть и несколько фантастическое. У него там действие происходит примерно за несколько лет до того, как Россия начнет харкать кровью во все стороны, но в повести об этом ни полсловечка, ни намека, одна золотая и синяя Русь с теплеющими лампадками и молочными московскими фонарями.
Но для переводчика вещь очень нужная, конечно, потому что у переводчика художественной литературы общее иссякание русского языка в организме наступает очень быстро, и его нужно постоянно откуда-то подкачивать в жилы. И вот язык Зайцева – донельзя концентрированный, донельзя осязаемый и даже жирный, иногда, конечно, похожий на засохшие комья гуаши на холсте – очень спасает, как гематоген в бескровную минуту.
Почитайте, повесть миленькая, нежненькая, там есть барышня по имени Машура, бледный дагерротип князя Мышкина и затейница-социалитешка Фанни, которая в качестве обращения использует слово «милун». Милун!
Слушаю исследование Деборы Латц о викторианстве и новом эротизме. Если очень коротко, то это книга о том, как прерафаэлиты и их круг общения повлияли на порно- и эротическую культуру того времени.
Узнала, например, что с 1840 по 1880 гг. самым масштабным и самым распространенным видом порно (всё - от романов до стихов и графических романов) было порно, посвященное флагелляции, то бишь, порке. Сам рассказ при этом мог и не содержать непосредственного описания полового акта или оргазма - главным было подробное повествование о том, как кого-нибудь собираются пороть, за которым следовало медленное обнажение "белых ангельских полушарий" и т.д. Флагелляционный экстаз доходил, кстати, до того, что в газеты пачками слали письма из серии "и тут маменька положила меня на колено", правда, все они, в основном, оказывались протоэротическими выдумками.
Совершенно неудивительно, конечно, что именно порка пользовалась таким спросом. Чарлз Алджернон Суинберн, известный поэт, который буквально сломал викторианскую культуру своими стихами то ли о цветах, то ли о половых органах (сейчас они, разумеется, кажутся удивительно невинными), так вот, Суинберн, регулярно посещавший особые заведения, где его бойко пороли мамзельки с "золотыми волосами и нарумяненными щеками" писал о том, что в школе его могли пороть чуть ли не раз в три дня, а то и каждый день. При этом порка в школах была публичной - в смысле, любой мог прийти и посмотреть, как мальчика охаживают розгами.
Кроме того, Латц пишет о том, что раз уж викторианская культура зажимала мужика в таких строгих рамках: он по умолчанию должен был всегда контролировать происходящее, быть активной и доминирующей частью пары, то многие мужчины во взрослом возрасте продолжали обожать порку просто потому, что телесные наказания позволяли им на какое-то время терять контроль над своим телом и над происходящим.
Оцифровали и выложили в сеть архив Габриэля Гарсии Маркеса. У меня с его книгами не очень сложилось – я прониклась только, пожалуй, "Любовью во время холеры", какая-то удивительно нездешняя книга – но вдруг кому-то пригодится.
https://hrc.contentdm.oclc.org/digital/collection/p15878coll51/
Какие хорошие новости. В сентябре 2018 выйдет новый роман Кейт Аткинсон Transcription ("Расшифровка"). Описание пока очень скудное - что-то там о девушке, которая во время войны была вторым помощником никого на задворках спецслужб, а потом устроилась работать на Би-Би-Си, но это совершенно неважно. Я пока не прочла у Кейт Аткинсон ни одного откровенно провального или скучного романа, даже "Человеческий крокет", который еще лопается от остаточной дебютности и ее писательской свежести, все равно остается книгой, на которую не жалко времени.
Телевестник "Щегла" продолжает работу: нашли актрису на роль Ксандры, как бы мачехи Тео, перепергидроленной женщины с тяжелой судьбой (http://variety.com/2017/film/news/sarah-paulson-the-goldfinch-adaptation-at-warner-bros-1202615775/).
Между тем, кое-где лопнул мешочек со сплетнями и литературный мир тоже немножко разорвало новостью о том, что Тартт уволила своего агента Аманду Урбан, после того, как та выбила ей три миллиона долларов за продажу прав на экранизацию "Щегла". И все такие - ой-ёй-ёй, она ей три миллиона, а Тартт ей, значит, винтажным оксфордом под зад (https://pagesix.com/2017/11/16/donna-tartt-drops-her-agent-shocks-literary-community/).
Но тут такое дело, от трех миллионов агент, как мы понимаем, откусила свой кусок и в обиде не осталась, а вот то, что в результате у Тартт после продажи прав нет, простите за повтор, почти никаких прав на фильм - это очень плохо. Ей не дали написать сценарий (ну ок, это понятно, она бы его писала 20 лет, тут без обид), но ее - самое важное - даже не сделали producer, то есть, грубо говоря, агент не выбила ей никаких особых прав на участие в производстве фильма, а взяла деньгами. Для читателей это скорее плохие новости. Если Тартт потеряла права на присмотр за ходом съемок, это значит, что в кино наш щегол может вполне отрастить себе какие-нибудь жареные ноги. Это, конечно, внученьки, чтобы их удобнее было откидывать.
250 миллионов долларов выложили Amazon Studios за права на бесконечную телеэкранизацию "Властелина колец", включая потенциальные преквелы и вбоквелы. Непонятно, будет ли там играть стареющий Орландо Блум, или уже новое поколение эльфов повывелось, но великое коммерческое око снова смотрит в твою сторону, телезритель.
http://deadline.com/2017/11/amazon-the-lord-of-the-rings-tv-series-multi-season-commitment-1202207065/
Продолжаю испытывать тихий, ровный восторг от чтения почти-букеровского романа Пола Остера "4 3 2 1". Поскольку там под тысячу страниц, читаю его, правда, вторую неделю, но это скорее от нехватки времени, читается он очень быстро.
И вот, чем больше читаю, тем больше думаю вот о чем. Во-первых, сколько бы ни присыпали Диккенса перегноем времени, сколько бы ни скидывали его с корабля современности за сентиментализм, излишнее воодушевление и увлажнившиеся глаза простого читателя, он все равно прорастает через всё модное и актуальное, потому что это такой писатель – бессмертник, которого, когда все плохо, нужно именно что прикладывать к ранке. В литературе он, грубо говоря, вместо мамы, которая подует где бо-бо и все пройдет. И вот это желание читателя побыть наедине с простой историей о жизни условного дэвида копперфильда, который родился и пригодился, оно никогда не умрет и не кончится, потому что см.выше - Джоном Бартом раскалывающийся мир не починишь, а Диккенсом-то легко, на то он и пластырь.
Ну и во-вторых, Остер, который на бесконечные поминки по роману пришел с этим самым Диккенсом, которому - как лосю Алёше - здесь не рады, делает по отношению к роману как к жанру то самое огромное и нужное дело, передавая его "буквально из рук в руки, звучно выкликая промеж осколков времени следующее поколение тех, кто будет любить их, и тех, кто придет за ними".
На сайте "Прочтение" выложили отрывок из романа "Девочки" Эммы Клайн, который я перевела. Он выйдет на следующей неделе и тогда я расскажу о нем поподробнее, а пока что могу сказать, наверное, одно. Меня этот роман привлек сначала довольно сложной переводческой задачей: нужно было изобразить очень концентрированный, немного вывернутый словесный стиль девочки-подростка, которая никому не нужна и никому не интересна, а ей хочется быть такой, знаете, приметной, загадочной, необычной, не такой как все - понятно, в общем, четырнадцать лет в полный рост. И вот она, в отчаянной попытке хоть как-то выделиться, начинает выписывать вокруг своей жизни словесные кренделя, правда недолго – по мере того, как жизнь встречает ее ногой в лицо, ее стиль проясняется, теряет красоту и переполняется сухим отчаянием.
http://prochtenie.ru/passage/29117
Нашли актера на роль Бориса в "Щегле".
http://variety.com/2017/film/news/aneurin-barnard-goldfinch-boris-1202587544/