Актуально об оппозиции: Игорь Скурлатов @skurlatovlive специально для @bigtransfer2024
1. Несистемной оппозиции в лице коалиции «Третья Сила», а также МГК и ЦК КПРФ впервые отказали в проведении «Русского марша» 4 ноября и мероприятий в честь Октябрьской революции 1917 года 7 ноября.
При этом представители коалиции до 31 октября вели напряжённые переговоры с АП (мэрия в этих вопросах давно уже играет техническую роль), пытаясь согласовать хотя бы небольшую демонстрацию ко Дню народного единства. В итоге власти приняли «соломоново» решение – запретить не только оппозиционные акции, но и Парад Победы на Красной площади 7 ноября. Основание незаконных отказов в проведении акций обычное – борьба с ОРВИ. Однако представить доказательство существования эпидемии власти отказались. Ибо эпидемия – это как минимум 5% заболевших от населения региона. То есть для Москвы это не 5 тысяч, а 500 (пятьсот) тысяч хворающих. Таким образом, коронабесие выполняет свою основную изначальную задачу – стать барьером на пути массовых протестов в стране.
2. Тем не менее в городах, где нет столь значительной «силовой» концентрации в виде ВВ, ОМОНа и прочего, но сильны протестные настроения, массы выходят без всяких разрешений. Так, восставший Хабаровск в прошедшую субботу опять вывел несколько тысяч демонстрантов под лозунгами, которые постепенно радикализуются: от возврата Фургала и отставки Дегтярева с местным мэром до жёстких антипутинских призывов. В целом, уличные активисты в РФ внимательно наблюдают за белорусским кейсом, стараясь не допускать тех многочисленных ошибок, которые совершаются в Минске местной оппозицией.
3. Оппозиционные партии выторговывают себе квоты в составе будущей Госдумы. Именно выторговывают, поскольку в условиях превращения избирательных процедур в симулякровый фарс остаётся только одно – выпрашивать «проценты присутствия» у Кириенко и других ответственных лиц, принимающих решение по указанному вопросу. И дела здесь у парламентской оппозиции неважные. Как поделить 20–25%, «выделяемых» на «оппозицию», куда, помимо КПРФ, СР и ЛДПР, будут входить «Новые люди» и «За правду», а также ещё несколько малых партий, судорожно пытающихся выбить себе «место под солнцем» (в Думе), включая «партию» Навального, которая тоже выдвигает ряд кандидатов: жену Алексея Юлию, Любу Соболь и других. Таким образом, вместо публичной «схватки» выборы превратились в аппаратную борьбу, скрытую от СМИ и народа. В центральной власти фиксируются сильные настроения лишить КПРФ статуса «второй партийной силы». Представителям Навального и вовсе не планируется «выделение» какого-либо места.
4. Навальный пока не принял решения о дате возвращения в Москву. Но весной он уж точно появится: избирательная кампания не даст возможности расслабиться за границей на курортах.
5. Политическая турбулентность не утихает в связи с усугубляющимся социально-экономическим кризисом и неспособностью Кремля наладить внятный диалог с оппозиционными группами и их лидерами. Парадоксально, но факт: Кремль сам моделирует будущие потрясения и народные волнения, ошибочно полагая, что трансфер власти уже завершён и можно «передохнуть». Чистой воды преступная политическая близорукость.
1. Несистемной оппозиции в лице коалиции «Третья Сила», а также МГК и ЦК КПРФ впервые отказали в проведении «Русского марша» 4 ноября и мероприятий в честь Октябрьской революции 1917 года 7 ноября.
При этом представители коалиции до 31 октября вели напряжённые переговоры с АП (мэрия в этих вопросах давно уже играет техническую роль), пытаясь согласовать хотя бы небольшую демонстрацию ко Дню народного единства. В итоге власти приняли «соломоново» решение – запретить не только оппозиционные акции, но и Парад Победы на Красной площади 7 ноября. Основание незаконных отказов в проведении акций обычное – борьба с ОРВИ. Однако представить доказательство существования эпидемии власти отказались. Ибо эпидемия – это как минимум 5% заболевших от населения региона. То есть для Москвы это не 5 тысяч, а 500 (пятьсот) тысяч хворающих. Таким образом, коронабесие выполняет свою основную изначальную задачу – стать барьером на пути массовых протестов в стране.
2. Тем не менее в городах, где нет столь значительной «силовой» концентрации в виде ВВ, ОМОНа и прочего, но сильны протестные настроения, массы выходят без всяких разрешений. Так, восставший Хабаровск в прошедшую субботу опять вывел несколько тысяч демонстрантов под лозунгами, которые постепенно радикализуются: от возврата Фургала и отставки Дегтярева с местным мэром до жёстких антипутинских призывов. В целом, уличные активисты в РФ внимательно наблюдают за белорусским кейсом, стараясь не допускать тех многочисленных ошибок, которые совершаются в Минске местной оппозицией.
3. Оппозиционные партии выторговывают себе квоты в составе будущей Госдумы. Именно выторговывают, поскольку в условиях превращения избирательных процедур в симулякровый фарс остаётся только одно – выпрашивать «проценты присутствия» у Кириенко и других ответственных лиц, принимающих решение по указанному вопросу. И дела здесь у парламентской оппозиции неважные. Как поделить 20–25%, «выделяемых» на «оппозицию», куда, помимо КПРФ, СР и ЛДПР, будут входить «Новые люди» и «За правду», а также ещё несколько малых партий, судорожно пытающихся выбить себе «место под солнцем» (в Думе), включая «партию» Навального, которая тоже выдвигает ряд кандидатов: жену Алексея Юлию, Любу Соболь и других. Таким образом, вместо публичной «схватки» выборы превратились в аппаратную борьбу, скрытую от СМИ и народа. В центральной власти фиксируются сильные настроения лишить КПРФ статуса «второй партийной силы». Представителям Навального и вовсе не планируется «выделение» какого-либо места.
4. Навальный пока не принял решения о дате возвращения в Москву. Но весной он уж точно появится: избирательная кампания не даст возможности расслабиться за границей на курортах.
5. Политическая турбулентность не утихает в связи с усугубляющимся социально-экономическим кризисом и неспособностью Кремля наладить внятный диалог с оппозиционными группами и их лидерами. Парадоксально, но факт: Кремль сам моделирует будущие потрясения и народные волнения, ошибочно полагая, что трансфер власти уже завершён и можно «передохнуть». Чистой воды преступная политическая близорукость.