РУ
Спасибо вам за фидбек, дорогие. Я продолжу писать свой путь бесконечных эмоциональных качелей эмиграции.
Выехали на 5 днем на море - посмотреть на меня на большом экране в фильме “Дрожания” (Tremulations) Анники Ларссон - и заодно сходить на хореографическую интервенцию вместе с мусорными службами города Киль и просто вбежать в холодное пустое море.
В фильм я попала случайно.
В перерыве между воркшопами в Гамбурге меня пригласили выехать на два дня на Балтийское море, сниматься на заброшенной военной базе. Это были очень странные два дня, где я часами писала магистерскую работу, пока снимались другие люди, часами снималась в абсолютно свободной site-specific импровизации, вдохновленной историей места и военных разработок, дрожью внутри и снаружи, прозрачностью и непрозрачностью пространства, сильным ветром и агрессивными чайками, которые защищали свое гнездо.
И в субботу мы смотрели на меня на большом экране со смешанными чувствами. Дети спрашивали, для чего я без майки, ветер вырывал у меня из рук одежду, я целовала контактный микрофон, дрожала от напряжения и спасала птенца чайки.
Примерно так и устроена жизнь.
От идиллии в airbnb, который мы сняли в бывшем Олимпийском центре, построенном в семидесятые для участников парусных регат - до дождя, холода, запаха мусора и военных разработок.
Когда мы ехали обратно, поезд дальше не пошел, объявив, что на пути животные. На языке приложения Deutsche Bahn - animals on line. Из-за неизвестных животных на путях (Овцы? Чайки? Так себе люди?) мы много пересаживались, бежали, пытаясь успеть вместе с огромной толпой людей в полностью забитый поезд.
В Германии две большие и сложные критичные зоны - это мусор и государственные железные дороги.
С мусорщиками мы в пятницу утром в 6 утра ездили на хореографическую экскурсию, и теперь я знаю, как в городе Киль мусор поделен между разными типами слюду, как часто и где и как они убирают улицы - и где бургомистр просит убирать в любое время дня.
А с поездами - с поездами проще рефреймить любое путешествие как приключение. Я могу по пальцам одной руки пересчитать, когда поезд выехал и пришел вовремя и не высадил пассажиров по пути. Но я предпочитаю верить в нынешние перестановки топ-менеджмента Deutsche Bahn.
Потому что все эти почти четыре года жизни здесь научили меня, что позитивный рефрейминг действительно помогает. Вот бы научиться еще и применять его к собственному внутреннему критику. Но мы в пути. Как животные на путях.
Спасибо вам за фидбек, дорогие. Я продолжу писать свой путь бесконечных эмоциональных качелей эмиграции.
Выехали на 5 днем на море - посмотреть на меня на большом экране в фильме “Дрожания” (Tremulations) Анники Ларссон - и заодно сходить на хореографическую интервенцию вместе с мусорными службами города Киль и просто вбежать в холодное пустое море.
В фильм я попала случайно.
В перерыве между воркшопами в Гамбурге меня пригласили выехать на два дня на Балтийское море, сниматься на заброшенной военной базе. Это были очень странные два дня, где я часами писала магистерскую работу, пока снимались другие люди, часами снималась в абсолютно свободной site-specific импровизации, вдохновленной историей места и военных разработок, дрожью внутри и снаружи, прозрачностью и непрозрачностью пространства, сильным ветром и агрессивными чайками, которые защищали свое гнездо.
И в субботу мы смотрели на меня на большом экране со смешанными чувствами. Дети спрашивали, для чего я без майки, ветер вырывал у меня из рук одежду, я целовала контактный микрофон, дрожала от напряжения и спасала птенца чайки.
Примерно так и устроена жизнь.
От идиллии в airbnb, который мы сняли в бывшем Олимпийском центре, построенном в семидесятые для участников парусных регат - до дождя, холода, запаха мусора и военных разработок.
Когда мы ехали обратно, поезд дальше не пошел, объявив, что на пути животные. На языке приложения Deutsche Bahn - animals on line. Из-за неизвестных животных на путях (Овцы? Чайки? Так себе люди?) мы много пересаживались, бежали, пытаясь успеть вместе с огромной толпой людей в полностью забитый поезд.
В Германии две большие и сложные критичные зоны - это мусор и государственные железные дороги.
С мусорщиками мы в пятницу утром в 6 утра ездили на хореографическую экскурсию, и теперь я знаю, как в городе Киль мусор поделен между разными типами слюду, как часто и где и как они убирают улицы - и где бургомистр просит убирать в любое время дня.
А с поездами - с поездами проще рефреймить любое путешествие как приключение. Я могу по пальцам одной руки пересчитать, когда поезд выехал и пришел вовремя и не высадил пассажиров по пути. Но я предпочитаю верить в нынешние перестановки топ-менеджмента Deutsche Bahn.
Потому что все эти почти четыре года жизни здесь научили меня, что позитивный рефрейминг действительно помогает. Вот бы научиться еще и применять его к собственному внутреннему критику. Но мы в пути. Как животные на путях.