Парадоксы поколения Z (1/2)
На «Москвич Mag» вышел материал о мировоззрении зумеров и их социально-политическом феномене – с моими комментариями.
🟢 Россия находится на периферии западного мира, а на периферии перемены начинаются позже, зато почти всегда в более ярком виде. В связи с этим зумеры в России значительно больше времени проводят в интернете и соцсетях. Российское поколение Z в целом сходно по ценностям и привычкам со своими сверстниками в Европе и США, однако российская молодежь меньше уверенна в личной свободе и контроле над своей жизнью. Ключевые ценности зумеров во всем мире – автономия и самовыражение, возможность самостоятельно управлять своей жизнью и социальным окружением. Именно в этой части российские зумеры оказались наиболее уязвимы.
🟢 У каждого поколения есть свои практики и точки сборки. У пенсионеров никто не отнимает их главные площадки поддержания социального взаимодействия – лавочку у подъезда и поликлинику. Для поколения Z площадки для взаимодействия сокращаются: социальные платформы блокируются, современные молодежные субкультуры на государственном уровне признаются деструктивными или экстремистскими. Оффлайновые точки сборки – учебные заведения и уличные общественные пространства – становятся более формальными, ужесточаются требования к поведению и внешнему виду в них.
🟢 С одной стороны, Москва не отстает от глобальных трендов. Ежедневная жизнь здесь насыщена и дает много возможностей, а развитие важной для молодых людей инфраструктуры сильно опережает не только другие города, но и страны. С другой стороны, жизнь в столице становится дорогой. Рост цен и большой разрыв в доходах создают фрустрацию, несоответствие реальности высоким запросам и красивой картинке в соцсетях. Экономические реалии и цены на жилье сужают горизонт планирования и ограничивают комфорт. Все это обостряется санкциями, уходом западных брендов и блокировками в интернете. И молодежь сильнее других ощущает контраст между глобальным уровнем личного комфорта и потребления и сужающимися возможностями здесь и сейчас.
🟢 Поколения живут в разном измерении времени. Для молодых время течет медленнее, у них вся жизнь еще впереди, у старшего поколения – значительно быстрее, самое важное в жизни уже произошло или вряд ли уже произойдет. Отсюда и разное восприятие реальности. Застой и отсутствие возможностей вызывают недовольство, несогласие с политикой, которая в авторитарных режимах ориентирована на пенсионеров, бюджетников, армию и полицию. В отличие от молодежи, которая еще не успела обзавестись собственностью, положением в социальной иерархии, семьей и работой, этим группам есть что терять, поэтому они заинтересованы в поддержании Status quo. Молодежь же острее чувствует бесперспективность, она менее терпелива и более бескомпромиссна.
🟢 Молодые люди часто становятся участниками протестов и инициаторами перемен. Так было во времена Великой французской революции и студенческих волнений 1968 года, так было на площади Тяньаньмэнь, при цветных революциях на постсоветском пространстве и «Арабской весне». Но это события с разными исходами. Результат зависит от того, набирается ли критическая масса, какова реакция властей, поддерживают ли требования перемен другие поколения. Скажем, успех 1968 года зависел от поддержки студентов интеллектуальной элитой, которая легитимировала требования перемен и переводила их в реализуемое практическое измерение. Там, где этого не было или было недостаточно протест маргинализировался или переходил в формат партизанской войны. По этой же причине современные протесты по климатической повестке, движения BLM и Me Too превращаются в медийный шум или скатываются в культуру отмены, не трансформируясь в практические решения и позитивные перемены.
На «Москвич Mag» вышел материал о мировоззрении зумеров и их социально-политическом феномене – с моими комментариями.
🟢 Россия находится на периферии западного мира, а на периферии перемены начинаются позже, зато почти всегда в более ярком виде. В связи с этим зумеры в России значительно больше времени проводят в интернете и соцсетях. Российское поколение Z в целом сходно по ценностям и привычкам со своими сверстниками в Европе и США, однако российская молодежь меньше уверенна в личной свободе и контроле над своей жизнью. Ключевые ценности зумеров во всем мире – автономия и самовыражение, возможность самостоятельно управлять своей жизнью и социальным окружением. Именно в этой части российские зумеры оказались наиболее уязвимы.
🟢 У каждого поколения есть свои практики и точки сборки. У пенсионеров никто не отнимает их главные площадки поддержания социального взаимодействия – лавочку у подъезда и поликлинику. Для поколения Z площадки для взаимодействия сокращаются: социальные платформы блокируются, современные молодежные субкультуры на государственном уровне признаются деструктивными или экстремистскими. Оффлайновые точки сборки – учебные заведения и уличные общественные пространства – становятся более формальными, ужесточаются требования к поведению и внешнему виду в них.
🟢 С одной стороны, Москва не отстает от глобальных трендов. Ежедневная жизнь здесь насыщена и дает много возможностей, а развитие важной для молодых людей инфраструктуры сильно опережает не только другие города, но и страны. С другой стороны, жизнь в столице становится дорогой. Рост цен и большой разрыв в доходах создают фрустрацию, несоответствие реальности высоким запросам и красивой картинке в соцсетях. Экономические реалии и цены на жилье сужают горизонт планирования и ограничивают комфорт. Все это обостряется санкциями, уходом западных брендов и блокировками в интернете. И молодежь сильнее других ощущает контраст между глобальным уровнем личного комфорта и потребления и сужающимися возможностями здесь и сейчас.
🟢 Поколения живут в разном измерении времени. Для молодых время течет медленнее, у них вся жизнь еще впереди, у старшего поколения – значительно быстрее, самое важное в жизни уже произошло или вряд ли уже произойдет. Отсюда и разное восприятие реальности. Застой и отсутствие возможностей вызывают недовольство, несогласие с политикой, которая в авторитарных режимах ориентирована на пенсионеров, бюджетников, армию и полицию. В отличие от молодежи, которая еще не успела обзавестись собственностью, положением в социальной иерархии, семьей и работой, этим группам есть что терять, поэтому они заинтересованы в поддержании Status quo. Молодежь же острее чувствует бесперспективность, она менее терпелива и более бескомпромиссна.
🟢 Молодые люди часто становятся участниками протестов и инициаторами перемен. Так было во времена Великой французской революции и студенческих волнений 1968 года, так было на площади Тяньаньмэнь, при цветных революциях на постсоветском пространстве и «Арабской весне». Но это события с разными исходами. Результат зависит от того, набирается ли критическая масса, какова реакция властей, поддерживают ли требования перемен другие поколения. Скажем, успех 1968 года зависел от поддержки студентов интеллектуальной элитой, которая легитимировала требования перемен и переводила их в реализуемое практическое измерение. Там, где этого не было или было недостаточно протест маргинализировался или переходил в формат партизанской войны. По этой же причине современные протесты по климатической повестке, движения BLM и Me Too превращаются в медийный шум или скатываются в культуру отмены, не трансформируясь в практические решения и позитивные перемены.