Telegram-канал "ReadMe.txt" — @bookswithklishin

ReadMe.txt

22 Aug, 13:02

🪷 Вам и не снилось. Как колесница времени поплыла в СССР «с отмели к отмели»

Вы, конечно, знаете эту песню, даже если вы не смотрели подростковую драму 1981 года. «Я уплываю — и время несет меня с края на край».

Недавно мне попались конспирологические теории про то, что НА САМОМ ДЕЛЕ в песне описан страшный индийский обряд и плывет там «с отмели к отмели» вообще-то прах человека по Гангу. Ну и я, конечно, решил разобраться, что к чему.

Уровень первый. Песня — это переставленные кусками фрагменты стихотворения-перевода Аделины Адалис. Она в 1956 году для перевода романа великого бенгальского писателя Р. Тагора «Последняя поэма» перевела все стихи в этой книге — тоже про несчастную любовь двух молодых людей (они женятся на других).

Можете сами почитать перевод Адалис. Песня из фильма действительно составлена буквально из его кусков в разном порядке. При этом примерно половина образов выброшена. Вот, например, вам начало:

Слышишь ли шорох летящего времени?
Вечно его колесница в пути...
Сердца удары нам слышатся в небе,
Звезды во тьме колесницей раздавлены, —
Как не рыдать им у тьмы на груди?

Уровень второй. Это, кстати, важный кусок. У Тагора действительно много образов индийской культуры и философии. Время (Кала), мчащееся как колесница, — это центральный образ стихотворения, очень понятный в Индии. Адалис добавляет от себя еще образы реки времени (понятные в европейской культуре), которых нет в оригинале (там только «поток изменений» (parivartaner srote) и «берег прошлого» (atīter tīr)). В итоге до песни доходит уже река, а не колесница. Так что вся конспирология про Ганг мимо.

Уровень третий. При этом в тексте много прямо интересных для Индии отсылок. Например, mṛtyuñjaya (смерть побеждающий) это традиционный эпитет Шивы. У Адалис и затем в песне это уже «смерть побеждающий вечный закон это любовь моя».

Уровень четвертый. Это не единичный случай. Адалис в целом европеизирует вайбы стихотворения. Полное стихотворение (особенно вторая его половина) строит в оригинале развернутую метафору индуистской пуджи: любовь становится ритуальным arghya, возлюбленная — mūrti, совершается ārati, цветы лежат на naivedya, героиня предлагает себя как bali. Цепочка martya-mṛttikā — amṛta-mūrti означает «из моей смертной глины бессмертный образ»; Адалис уже заменяет санскритскую игру абсолютно библейскими «пеплом и прахом».

Уровень пятый. Сама Адалис — последняя фаворитка Валерия Брюсова (при живой жене), которой он посвящал стихи. Пришла к нему юной девочкой-ученицей (ему было 47), стала с ним спать (он помог ей для этого получить комнату) и употреблять наркотики (морфий). В Москве злословили: «Расскажите нам, Адалис, как вы Брюсову отдались» — у нее от него был ребенок (родился мертвым).

• Почитать английский перевод того же стихотворения (pdf, нужна 82-я страница)
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

2.6k 3 79 196

ReadMe.txt

20 Aug, 22:08

🛣️ Дураки и дороги — две извечные российские беды … с 1988 года

Спасибо современным технологиям. В полном собрании сочинений Николая Гоголя они нашли 19 употреблений леммы «дурак» во множественном числе и 85 — леммы «дорога» в множественном числе. С ранними редакциями: 30 и 90, соответственно. Но нигде и никогда они не стоят рядом.

Конструкцию «дураки и дороги» придумал сатирик Михаил Задорнов для своего монолога «Страна героев» 1980-х. Первое печатная фиксация — еще в менее благозвучной конструкции «дороги и дураки» — появилась в газете «Ригас балсс» в ноябре 1988 года (скан полосы здесь, скрин я вынес как иллюстрацию). Любопытно, что это интервью примерно на 60 процентов является пересказом этого же монолога: если вы прочитаете и то, и другое, вы увидите, что сатирик зачем-то пересказывает журналисту Владимиру Никишину свой эстрадный текст, воспроизводя куски дословно. (Кстати, фан-фэкт. Vladimirs Ņikišins — еще и будущий организатор «Голосящего КиВиНа», много лет возивший в Латвию российских артистов, от Галустяна до Моисеева. После 2014 года он переключился на недвижимость в Юрмале — в 2025 года его SIA Regacion показала почти миллион евро прибыли).

Для контекста. 15 декабря 1989 г., на II съезде народных депутатов СССР, депутат от Коми АССР Виктор Филиппов заявил с трибуны: «Николай Васильевич Гоголь почти 150 лет назад говорил, что России мешают две вещи — плохие дороги и дураки. За время перестройки мы все понемножечку поумнели, а вот с дорогами, особенно в селах, по-прежнему плохо».

• Почитать монолог Задорнова «Страна героев»
• Почитать интервью Задорнова в газете «Ригас балсс»
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

2.7k 1 55 170

ReadMe.txt

20 Aug, 01:53

🤯 Некая Анна Джейн (Анна Николаевна Потапкина, 1988 г.р.), авторка таких книг как «Школьные вампиры» и «Твое сердце будет разбито», издается в России 2026 года как Достоевский+Толстой+Пушкин вместе взятые

3.5k 0 71 261

ReadMe.txt

18 Aug, 22:43

🧥 Достоевский не говорил «Мы все вышли из “Шинели” Гоголя». Это последовательно слепленный мем, который нам вдолбили в школе

Имя Евгений Соловьев вам что-нибудь говорит? Мне тоже до недавних пор ничего не говорило. Когда Достоевский умер, Жене было 14. Они, разумеется, никогда не встречались. Через семь лет он окончит Петербургский университет. И еще через три года, в 1891 году, для павленковской серии ЖЗЛ Соловьев пишет биографию Достоевского на 96 страниц. Именно там впервые появляется фраза: «Все мы вышли из гоголевской “Шинели”, — говорил он». Оттуда она уже перекочевала в школьный канон.

В конце своей книжки Соловьев перечисляет источники: сочинения Достоевского, воспоминания Панаевых, статьи Белинского, Добролюбова, Страхова, Михайловского и другие материалы. Но среди них нет книги де Вогюэ.

Вогюэ — французский аристократ, дипломат и литературный критик (википедия называет его «популяризатором русской литературы»). Секретарь французского посольства в Петербурге в конце 1870-х — начале 1880-х годов. Он выучил русский и женился на Александре Анненковой.

В отличие от гимназиста Жени, он с Достоевским он был знаком. Дневники фиксируют три встречи, где они в частности спорили о России и Европе: Достоевский злился и доказывал, что русские могут понять европейский гений, а европейцы не могут понять русский гений (oh, sweet irony, кто бы говорил, да?). Про «Шинель» нигде речь не шла.

В 1885 году Вогюэ написал статью о Достоевском. В ней есть такая фраза: «Мы все вышли из “Шинели” Гоголя, — справедливо говорят русские писатели». Затем в статье о Гоголе тоже от 1885 года Вогюэ снова пишет эту фразу и добавляет, что услышал ее от одного из русских писателей. Следующее предложение начинается: «Если взять, например, Достоевского…». Затем он снова вставляет эту фразу в книгу 1886 года про «Русский роман» — и снова обобщенно.

В 1887 году в Москве вышел русский перевод Вогюэ. Переводчик передал фразу так: «Русские писатели справедливо говорят, что все они вышли из “Шинели” Гоголя».

***

В целом связка Достоевский — «Шинель» Гоголя существовала как публицистическое клише сильно раньше. Например, Салтыков-Щедрин в 1860-х постоянно через эту формулу атаковал братьев Достоевских и их журнал «Время». Их сентиментальничанье, писал он, — это «тысячекратно повторяемое трясение гоголевской “Шинели”». В его сатирических стихах появляется «самонадеянный Федя, который “Шинелью” Гоголя играл» — и этой «канителью “Время” наполнял». В 1864 году он пишет суперзлую статью «Журнальный ад», где пишет, что Достоевский выкроил из «Шинели» тысячу дырявых фуфаек (цензура зарубит статью целиком).

***

А что сам Достоевский? Я нашел только пару косвенных источников, и оба от 1861 года.

1) Достоевский напечатал фельетон «Петербургские сновидения в стихах и прозе». Это автобиографически окрашенный рассказ о том, как у молодого Достоевского возникали петербургские литературные видения и герои — и все выходят, как вы догадались, из «Шинели».

2) В том же году выходит его «Ряд статей о русской литературе», где Достоевский пишет про Гоголя: «Он из пропавшей у чиновника шинели сделал нам ужасную трагедию».

Какой тут вывод? Не надо слепо верить в разные школьные клише.

• Почитать тот самый ЖЗЛ Евгения Соловьева про Достоевского от 1891 года
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

4.7k 2 61 259

ReadMe.txt

5 Aug, 23:18

🐎 Макроэкономика лора «Анна Карениной» — и почему портному можно не платить?

У патронов этого канала в «Патреоне» и «Бусти» есть отдельный чат со мной и недавно (ну, некоторое время назад) поступил запрос разобраться, что там с долгами у Вронского в «Карениной». Пока разбирался узнал много нового про экономику 1870-х.

I. Долги Вронского

В третьей части «Анны Карениной», в главе XIX, Вронский наутро после катастрофы на скачках (бедная Фру-Фру) садится разбирать свои денежные дела. Такие ревизии он проводит примерно пять раз в год и называет по-французски faire la lessive — «устроить стирку».

Итог неприятный:

• Общий долг — больше 17 000 рублей.
• Наличными и на банковской книжке — 1 800 рублей.
• До нового года новых поступлений не ожидается.

Но Вронский распределяет кредиторов по своей системе.

• Первая очередь — 4000 рублей. Из них 1500 он должен за лошадь, еще 2500 — шулеру, которому проигрался его товарищ Веневский. Сам Вронский не играл, но устно поручился за долг. Поэтому деньги должны быть готовы немедленно: задержка ударит по его слову и офицерской чести.

• Вторая очередь — 8000 рублей. Это долги конюшни: за овес, сено, работу англичанина и шорника. Полностью рассчитываться необязательно, но примерно 2000 следует раздать сейчас, чтобы поставщики успокоились и продолжали обслуживать хозяйство.

• Третья очередь — 5000 рублей. Магазины, гостиницы и портной. Об этих долгах, решает Вронский, пока «нечего думать»: такие кредиторы не угрожают его репутации в свете и могут подождать.

Итого немедленно нужны 6000 рублей. У Вронского есть только 1800: дефицит составляет 4200. Он решает занять у ростовщика 10 000, сократить расходы и продать скаковых лошадей.

При этом общество считает, что Вронский получает 100 000 рублей в год. В действительности он уступил большую часть семейного дохода брату и оставил себе 25 000. Раньше мать добавляла 20 000, поэтому он привык тратить 45 000 в год. После его связи с Анной мать прекратила выплаты.

Кстати, портной так и не появляется больше в романе. Так что мы не знаем, заплатил ему в итоге Вронский или нет.

II. Денежная лестница «Анны Карениной»

🪙 1 копейка — пожертвование крестьянина в церкви. (Часть VIII, глава 15.)

📨 1 рубль — телеграмма Облонского. Это 100 крестьянских пожертвований. (VI, 31.)

🚕 5 рублей — карета для Кити на четверть версты с четырехчасовым ожиданием. Это 5 телеграмм. (VII, 2.)

🍽️ 14 рублей — Левин и Облонский ели устриц, суп-прентаньер, тюрбо под соусом «Бомарше», ростбиф и каплунов; пили шампанское. Общий счет 26 рублей, доля Левина составила 14 рублей. Это почти три поездки в карете с ожиданием. (I, 11.)

🥩 28 рублей — продукты для обеда Левиных в Москве — Константина и Кити, устроенного для их родственников. Это 2 ресторанных обеда Левина. (VII, 2.)

🌾 70 рублей — заработок сезонного рабочего за все лето. Это 2,5 семейных обеда в Москве. (II, 13.)

🧥 100 рублей — ливреи лакею и швейцару. Это примерно полтора названных сезонных заработка; сам Левин сравнивает эту сотню с оплатой двух летних работников. (VII, 2.)

🤝 200 рублей — деньги, которые Вронский отдает семье погибшего железнодорожного сторожа. Это 2 комплекта ливрей. (I, 18.)

🐎 1500 рублей — лошадь Вронского. Это 7,5 таких пожертвований семье погибшего. (III, 19.)

💼 6000 рублей — годовое жалованье Облонского. Это 4 лошади Вронского. (I, 5.)

📒 17 000 рублей — совокупные долги Вронского. Это почти 3 годовых жалованья Облонского. (III, 19.)

🌲 38 000 рублей — цена леса Долли, проданного Облонским. Это в два раза больше всех долгов Вронского. (II, 16.)

🏥 больше 100 000 рублей — больница Вронского. Это в 2,5 раза дороже леса Долли. (VI, 18.)

🎗️ около 1 миллиона рублей — общественные пожертвования на сербскую кампанию. Это порядка 10 больниц Вронского — или около 167 годовых жалований Облонского. (VIII, 2.)

• Перечитать «Анну Каренину»
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

5.8k 1 58 1 318

ReadMe.txt

2 Aug, 09:56

⚡️ 2 августа

— Как ничего не доказывает? — пробормотал изумленный Павел Петрович. — Стало быть, вы идете против своего народа?

— А хоть бы и так? — воскликнул Базаров. — Народ полагает, что когда гром гремит, это Илья-пророк в колеснице по небу разъезжает. Что ж? Мне соглашаться с ним? Да притом — он русский, а разве я сам не русский?

[И. С. Тургенев. Отцы и дети]

6.1k 0 15 205

ReadMe.txt

30 Jul, 13:00

🔫 Гимназист Паустовский и внучка Тютчева (и воспитательница царских дочерей) стали свидетелями покушения на Столыпина в киевской опере

1 сентября 1911 года по старому стилю — 14 сентября по новому. Киевская опера, дают «Сказку о царе Салтане», антракт перед последним действием.

Партер почти опустел. Перед первым рядом, спиной к рампе, стоит премьер Петр Столыпин и говорит с министром двора и польским графом Потоцким. Николай II и его дочери Ольга и Татьяна ушли пить чай в аванложу.

В этот момент в опере есть еще два человека.

Константину Паустовскому — девятнадцать лет. Он ученик последнего класса Первой киевской гимназии (на два года старше там же учился Булгаков). Старшеклассников привезли в театр и заперли на галерке под присмотром жандармов. В антракте Паустовский выбирается к барьеру и смотрит вниз на зал.

Софье Ивановне Тютчевой — сорок один год. Она внучка Федора Тютчева, фрейлина и воспитательница царских дочерей. Она сидит в ложе, соседней с царской.

Оба оставили воспоминания об этом дне удивительно синхронно, записали в 1946 году.

Последние секунды до выстрела видит именно Тютчева. В проходе появляется молодой человек. Он смотрит на пустую царскую ложу и быстро идет к Столыпину. Паустовский этого с высоты не замечает: он видит только министров у оркестрового барьера и почему-то притихших музыкантов, которые вопреки обыкновению не настраивают инструменты.

Затем оба слышат одно и то же — но еще не понимают, что именно.

У Паустовского: «Вдруг раздался резкий треск. Треск повторился. Я не сообразил, что это выстрелы».

У Тютчевой: «Раздался какой-то треск… и крик в оркестре».

Паустовскому стоявшая рядом гимназистка показывает на Столыпина. Тот уже сидит на полу у барьера, пытаясь ухватиться за него руками и подняться. Вокруг него на мгновение образуется пустота. Паустовский видит и уходящего по проходу молодого человека во фраке — Богрова. «Он шёл совсем спокойно, не торопясь». Затем офицер спрыгивает из ложи и хватает убийцу.

Тютчева после выстрелов бросается в царскую ложу. Неразбериха. Кто-то думает, тчо обрушилась ложа, кто-то — что разбился бинокль. Раздается вопрос: «А почему же Пётр Аркадьевич в крови?»

Последний акт не сыграли. Оркестр сыграл «Боже, царя храни» и всех вывели.

• Читать К. Паустовский, «Далекие годы», глава «Выстрел в театре»
• С. Тютчева, «За несколько лет до катастрофы»
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

6.8k 0 25 172

ReadMe.txt

28 Jul, 15:47

❗️ Венедикт Ерофеев — иностранный агент

— Венька, признайся, что ты иностранный агент. Я же вижу.

Март 1957 года. Венедикту Ерофееву — восемнадцать лет. Его только что отчислили из МГУ (он почти исчез с занятий), а месяц назад 8 февраля его со скандалом выселили из общежития на Стромынке. Жить негде. Он только что устроился разнорабочим в «Ремстройтрест» Краснопресненского района и получил койку в общежитии. Там бывший золотой медалист таскает кирпичи, много пьет и еще больше читает.

В «Записках психопата» (это беллетризированный дневник-автофикшн) Ерофеев в эти дни постоянно записывает хор голосов из рабочего общежития. Один рабочий восхищается тем, как умно юноша рассуждает о политике. Другой поражается количеству выпитого им. Анна С. дает ему характеристику: «Темный человек… все у него поперек, все не так». Следом появляется Анна Бабенко с репликой про иностранного агента. А Владимир А. добавляет: «Тюрьмы ему не миновать».

Почему иностранный агент? Через два дня Ерофеев записывает большой разговор с той же Бабенко, и становится понятно, почему она называет его так.

Анне девятнадцать. Рабочий день близится к концу; она думает о новом платье и танцах. Ерофеев принимается экзаменовать ее: неужели вся жизнь должна состоять из работы, замужества, детей и тихой смерти без копейки в кармане? Сам он говорит, что при такой перспективе давно предпочел бы умереть.

Бабенко отвечает просто: ей хотя бы есть хочется. Чтобы заработать десять рублей, подсчитывает Ерофеев, надо за смену перетаскать почти 25 тонн кирпича. Хочешь не только хлеба, но еще одежды и нормальной еды — таскай втрое больше. И все это, замечает он, «в пределах законности».

Дальше он начинает раскручивать ее жалобу вверх по административной цепочке. Непосредственный начальник получает указания от следующего, тот — ещё от одного, пока виновным не оказывается само государство. Вы против Советской власти, спрашивает он? Вы не доверяете Ленину? Бабенко отвечает, что Ленину она доверяет «слишком». Ерофеев резюмирует: «Вы без ума от Никиты Хрущева — и тем не менее вам хочется кушать, видите ли!»

— Шпион… — отвечает Анна.

Государство уже отказалось повысить рабочим расценки. Остаётся вдохновляться тем, объясняет Ерофеев, что когда-нибудь счастливо заживут их потомки.

— А мне — срать на потомство, — говорит Бабенко.

Наконец, вы заговорили как пролетарка, радуется Веничка и предлагает Анне заняться проституцией у Белорусского вокзала.

— «О, кто бы ты ни был, прохожий, пади на грудь мою! Отумань разум мой! Исцелуй меня всю! „О, сжимай меня в страстных объятьях“! (Ведь не жрать же мне соевые бобы, в конце концов!) Раствори меня в себе, о прохожий! Я утопаю в… целуй меня! Еще! Еще! Один рубль! Два рубля! Три! Пачка маргарина! Полкило колбасы! Ах!»

Контекст. Отец Ерофеева получил в 1945 году пять лет лагерей по делу об «антисоветской агитации» (умер летом 1956 года). Старший брат Юрий получил пять лет в 1947 году за кражу хлеба. Сам Венедикт шесть лет провел в детском доме — квартира сгорела, дети болели цингой, мать без продуктовой карточки уехала в Москву на заработки, а старшая сестра сдала его в детдом.

• Читать «Записки психопата» (записи от 18 и 20 марта 1957 года)
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

7.4k 1 45 222

ReadMe.txt

26 Jul, 22:33

💤 Девочка придумывает своего Телемаха. Дочь Чуковского каждый вечер с шести лет читала ему по 3-4 часа, чтобы тот уснул

1913 год, Куоккала. Шестилетняя Лида Чуковская каждый вечер читает отцу перед сном. Через два-три часа Корней Иванович наконец начинает ровно дышать.

Девочка гасит свечу, но замолкать нельзя: тишина будит. Поэтому она идет к в полной темноте и продолжает «Одиссею» по памяти (это мы знаем из ее воспоминаний):

«Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос», — а потом невесть что, лишь бы соблюсти размер: «Тут Телемах застрелил наповал женихов богоравных…»

Что вообще происходит?

Будущий автор «Мойдодыра» страдал тяжелой бессонницей. После работы он не мог остановить мысли: в голове продолжали сочиняться статьи, начала, концовки и переходы. Бром, микстура Бехтерева, гипноз, физический труд не помогали. Помогал чужой голос.

Но голос должен был звучать правильно: монотонно, без излишней выразительности — и одновременно заинтересованно, чтобы чтец не заснул первым. В Куоккале Лида читала почти ежедневно с восьми до десяти или одиннадцати: «До хрипоты, до ряби в глазах».

Перед чтением шестилетняя девочка укутывает отца. Он капризно просит: «Спинушка и ноженьки!», брыкается, называет себя «бедным мальчиком». Она наставительно велит ему лежать смирно и угрожает уйти, если он будет разговаривать.

Лидия позднее сама нашла для этого точную формулу: «Я играла с ним в “дочки-матери”, причем распоряжалась я, а он меня слушался».

Утром Лида первой бежала узнавать: папа спал или не спал. Иногда он отвечал: она его усыпила, но он проснулся, как только она ушла.

Реакция девочки: «Значит, это я виновата! Надо было мне еще почитать! И час, и два».

Она следила за дыханием, намеренно называла время на полчаса меньше, чтобы отец не испугался, стояла за дверью и проверяла, не проснулся ли он. Иногда он притворялся спящим, испытывая, не бросит ли его дочь. Лидия заключает: «Он так боялся остаться один!»

Мать Лидии, Мария Борисовна, по словам дочери, она была «слишком нервозною женщиной», чтобы успокаивать мужа. Брат Коля не умел скрывать зевоту. А Лида «во имя его сна готова была хоть всю ночь напролет притворяться бодрой».

Чуковский одновременно превратил все это в грандиозный курс литературы. За четыре года дочь прочитала ему Гоголя, Марка Твена, Диккенса, Гюго, Некрасова, Лермонтова, «Калевалу», «Гайавату», Жуковского и «Одиссею». Как пишет Лидия, для него занятие было медицинским, для нее — литературно-педагогическим.

Но «курс» не кончился вместе с детством. В 1919 году Чуковский записал в дневнике: «Лида мне читает по вечерам, чтобы я уснул, — иногда 3, иногда 4 часа».

А 24 января 1926 года он описал гораздо более страшную сцену. Лидии уже восемнадцать. Однажды она отказывается читать: у неё в гостях Ирина, ей нужно принять ванну. Чуковский приходит в ярость: «Стал страшным голосом кричать на Лиду, ругал ее последними словами, швырнул в нее какую-то вещь».

Лидия молча надевает пальто и убегает. Ванна и встреча с подругой сорваны. Чуковскому становится стыдно, он плачет; жена долго упрекает его за «отвратительный характер».

Контекст. Однажды маленькая Лида поздоровалась с Репиным, не сняв перчатку. Отец сорвал ее с руки, бросил в снег и закричал:

«Ничтожество! Кому ты под нос суешь рукавицу? Ведь он этой самой рукой написал “Не ждали” и “Мусоргского”. Балда!»

Потом поднял перчатку и от злости стал колотить ею дочь по плечу. Самое поразительное — взрослая Лидия пишет, что благодарна ему за эту «несправедливо нанесенную обиду»: так он якобы научил ее преклоняться перед искусством.

В другой раз он на два-три часа выставил шестилетнюю дочь в коридор петербургской гостиницы и дважды запер дверь: ему нужно было переделать лекцию. Затем собирался оставить ее одну на ночь, предлагал скрыть это от матери и называл плачущего ребенка «глупой, надоедливой трусихой».

• Читать воспоминания о Чуковском
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

6.2k 0 151 410

ReadMe.txt

23 Jul, 14:19

📨 «В ответ на слёзы мне — “Колхозы”». Цветаева рассказывает о не-встрече с Пастернаком в Париже

В ноябре 2018 года на аукционе «Кристи» продали письмо Марины Цветаевой за 61,250 фунтов. Его скан полностью доступен здесь. Вторую страницу с увеличениями я приложил как иллюстрацию к этому посту.

Мы с вами уже разбирали, что принуждаемый быть первым поэтом СССР Пастернак летом 1935 года практически вынужденно посетил антифашистский слет литераторов в Париже. Посреди всей своей депрессии он встретился с Цветаевой. После долгих лет эмоционально насыщенной переписке получился пшик. «Невстреча», как назвала ее Цветаевой.

И Цветаева пишет письмо не Пастернаку, нет. А Николаю Тихонову, другому советскому поэту, который был в Париже и которого Цветаева видела впервые. Тихонов — советский литературный функционер без лишних рефлексий, в 1944 году он возглавит Союз писателей. Но для Цветаевой он тут почти интимный собеседник, которому она пришла пожаловаться.

Она так описывает разговор с Пастернаком, где он на вопрос Цветаевой, стоит ли ей возвращаться, немного невпопад обещает, что ей понравятся колхозы:

[МЦ]— Почему ты плачешь?
[БП] — Я не плачу, это глаза плачут.
— Если я сейчас не плачу, то п[отому].ч[то]. решил всячески удерживаться от истерии и неврастении. (Я так удивилась — что тут же перестала плакать.)
— Ты — полюбишь Колхозы!

…В ответ на слёзы мне — «Колхозы»,
В ответ на чувства мне — «Челюскин»!

Словом, Борис в мужественной роли Базарова, а я — тех старичков — кладбищенских.

А плакала я потому, что Борис, лучший лирический поэт нашего времени, на моих глазах предавал Лирику, называя всего себя и всё в себе — болезнью.

Письмо написано в старой орфографии. В посткриптуме Цветаева объясняет — это не политический жест, а скорее воспоминание детства. И красивая шпильке всей эмиграции:

А орѳографія — въ порядкѣ приверженности къ своему до-семилѣтію: послѣ 7 л. ничего не полюбила.

Большинство эмиграціи давно перешло на е.
Это ей не помогло.

• Лот на сайте «Кристис»
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

5.3k 1 19 144

ReadMe.txt

23 Jul, 10:17

Друзья, привет!

У канала сейчас больше 12 тысяч подписчиков. Я правда очень рад, что все это задротство кому-то еще кроме меня интересно, но вместе с тем я хочу еще раз напомнить про донаты.

У канала сейчас 11 (одиннадцать) донатеров в Бусти и 8 (восемь) в Патреоне. Это 0,15 процента от всех подписчиков.

В среднем одному посту предшествуют недели чтения статей, материалов, книг, пдфкок и проч. Копания в архивах и языковых корпусах. Если вам кажется, что за это можно поддержать автора, если вам интересно все это читать, найдите сегодня минуту времени и подпишитесь. Можно на самую скромную сумму. Спасибо!

Get more from ReadMe.txt on Patreon

5.7k 0 4 135

ReadMe.txt

22 Jul, 22:44

🎩 В 1844 году она воскресила Грушницкого и выбесила Николая I этой книгой (но по другой причине)

Кратко напомню. У Лермонтова Печорин вызвал Грушницкого на дуэль и убил его. Мы это знаем … со слов самого Печорина.

Через четыре года после «Героя нашего времени» одна женщина решилась оспорить это. В книге «Проделки на Кавказе» (1844) Екатерина Лачинова вывела вполне себе живого Грушницкого. И тот говорит: никакой дуэли и смерти не было — Печорин все это придумал, ведь он ненадежный рассказчик. Этакий радикальный фанфик с переписыванием канона.

Эту почти постмодернистскую игру придумала жена русского генерала, жившая на Кавказе (они были separated с мужем, много лет мучительно она пыталась получить развод — и нет). Лачинова хорошо знала военную среду и все ее грязные инсайды. Не романтический, а циничный и коррумпированный Кавказ.

Еще при жизни Леронтова Лачинова уже устроила другой скандал. В 1838 году она напечатала под именем Клеопатры Леонидовой повесть «Некоторые факты и мысли о мужьях и супружеском счастии». Это шокирующая своей риторикой переписка двух женщин, которые постепенно обнаруживают, что любой блестящий брак способен превратиться в ад измен, насилия и одиночества.

Для 1838 года повесть говорит почти невозможные вещи. Ревнивых мужей авторка предлагает выставлять у позорного столба. Европейский брак сравнивается с гаремом и рабством, а измена женщины объясняется равнодушием мужа, который буквально толкает ее в объятия любовника.

Забавно, что мы только недавно узнали, что именно она авторка книги.

Весной 1840 года в Тифлис приехала Анна Листер. Сегодня это героиня сериала Gentleman Jack (НВО) — «первая лесбиянка» XIX века. Она вела гигантский дневник, частично записанный шифром, и подробно описывала секс с женщинами и отношения с ними.

В апреля 1840 года Листер познакомилась с Лачиновой в Тифлисе (та покорила ее своим английским). Они пили чай, встречались в обществе, ходили в Сионский собор и на Мтацминду, к церкви Святого Давида и могиле Грибоедова. Лачинова рассказала англичанке о несчастливом браке, литературных занятиях и призналась, что публиковалась как Клеопатра Леонидова.

Пока Листер и Лачинова беседовали в Тифлисе, Лермонтов был в Петербурге под арестом и следствием после дуэли с Эрнестом де Барантом. Одновременно выходил «Герой нашего времени».

В сентябре Листер умрет в Кутаиси. В следующем году на дуэли погибнет Лермонтов.

Так что с ее книгой, где есть Грушницкий-то? В 1844 году Лачинова публикует «Проделки на Кавказе» под новым псевдонимом — Е. Хамар-Дабанов. Это не только и не столько фанфик по Лермонтову, это фактически анонимный телеграм-канал XIX века. Роман с ключом прочитывают все очень даже правильно. Жандармы изымут 900 книг из 1200 опубликованных, цензора накажут, за Лачиновой установят полицейский надзор.

• Читать «Проделки на Кавказе»
• Читать «Некоторые факты и мысли о мужьях и супружеском счастии»
• Как мы уже в 2020-х узнали, что Клеопатра Леонидова это Лачинова
• Поддержать автора в Бусти и Патреоне

5.7k 2 169 311

ReadMe.txt

20 Jul, 08:46

🏔️ Новые монологи пишет тот, у кого старые плохие. Как Лермонтов занимался автокопипейстом!

В 1836 году без особых надежд на публикацию и тем более постановку Лермонтов дописывает пьесу «Два брата».

Юрий — идеалист, а его брат Александр — разочарованный циник. Они оба были влюблены в Веру, но та вышла замуж за князя Лиговского (восходит к Варваре Лопухиной, в которую был влюблен Лермонтов и которая вышла замуж за Николая Бахметева).

Вера перекочует в «Княгиню Лиговскую», где уже появится Григорий Печорин. Затем оба персонажа в переработанном виде переедут в «Героя нашего времени».

А вот реплики Веры из «Двух братьев» достаются Мери. Собеседник тоже меняется — не Александр, а Печорин. По сути Лермонтов, сильно не заморачиваясь, копирует сам у себя целую сцену.

Ключевой, на мой взгляд, измененный акцент такой.

Было: Моя бесцветная молодость протекла в борьбе с судьбой и светом. Лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубину сердца… они там и умерли.

Стало: Моя бесцветная молодость протекла в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли.

Печорин уже борется с собой, а не с судьбой, как прото-Печорин, Александр.

• Прочитать про первую постановку «Двух братьев» в Мариинке в 1915 году
• Читать «Два брата». Если вам интересно поискать копипейст, открывайте сразу действие второе
• Подписаться на этот канал в Бусти и Патреоне (и поддержать автора)

4.8k 1 34 167

ReadMe.txt

19 Jul, 15:38

⛵ «Утомительное однообразие и стукотня». К дискуссии про «Одиссею» подключается Иван Тургенев

В июне 1851 года Тургенев отвечает двадцатилетнему Константину Леонтьеву. Тот прислал литературной звезде несколько своих рукописей, в том числе поэму гекзаметром. Это побуждает Ивана Сергеевича пуститься вообще в обзор гекзаметров в русской поэзии:

…Гнедич в переводе «Илиады» часто весьма удачно изменял полную форму. Очень жаль, что Жуковский не понадеялся на свое уменье владеть стихом и всю «Одиссею» перевел полными гекзаметрами, что производит утомительное однообразие и стукотню. Конечно, оно легче, удобнее и, положим, даже правильнее — но, повторяю, лучше тогда совсем бросить этот размер. Только, разумеется, надобно умеючи вводить долгие слоги (правильнее, слоги с удареньем, потому что количественно долгих слогов в новейших языках нет — но мы для краткости будем их называть долгими).

То есть Тургенев считал, что русский гекзаметр не должен звучать как метроном. В древнегреческом стихе чередовались легкие и тяжелые стопы — строка то ускорялась, то замедлялась. Но в русском языке нет долгих и кратких слогов, как в греческом, поэтому этот эффект приходится передавать ударениями. Если все шесть стоп строить одинаково — «ТА-та-та, ТА-та-та», — возникает, по выражению Тургенева, «утомительное однообразие и стукотня».

Если станете под Нолана перечитывать (или читать) «Одиссею», можете сверить впечатления.

• Читать «Одиссею» в переводе Жуковского
• Читать «Одиссею» в переводе Вересаева
• Подписаться на Бусти и Патреон

4.5k 6 32 140

ReadMe.txt

19 Jul, 11:58

🤔 «Меня, под влиянием Запада, страшно раздували». Пастернак благодарит Сталина за то, что он больше не поэт номер один в СССР. Что?

Как мы с вами вчера разобрали, в ноябре 1935 года Ахматова при помощи целой литературной сети и других вытаскивает своих родных на свободу (пусть и временно).

Пастернак тогда отправил короткую приписку на четыре строчки. «Однажды Вы упрекнули меня в безразличии к судьбе товарища», — написал он в ней, отсылая к телефонному звонку Сталина про Мандельштама.

Пастернак недоволен этим письмом. И спустя месяц он пишет снова Сталину: «Я сперва написал Вам по-своему, с отступлениями и многословно, повинуясь чему-то тайному, что помимо всем понятного и всеми разделяемого, привязывает меня к Вам. Но мне посоветовали сократить и упростить письмо, и я остался с ужасным чувством, будто послал Вам что-то не свое, чужое».

Он благодарит «за чудесное молниеносное освобождение родных Ахматовой». И отправляет вышедший том «Грузинских лириков» (он работал над переводами несколько лет): «Я давно мечтал поднести Вам какой-нибудь скромный плод моих трудов».

А вот дальше самый интересный кусок:

… В заключение горячо благодарю Вас за Ваши недавние слова о Маяковском. Они отвечают моим собственным чувствам, я люблю его и написал об этом целую книгу. Но и косвенно Ваши строки о нем отозвались на мне спасительно. Последнее время меня, под влиянием Запада, страшно раздували, придавали преувеличенное значение (я даже от этого заболел); во мне стали подозревать серьезную художественную силу.

Теперь, после того, как Вы поставили Маяковского на первое место, с меня это подозрение снято, и я с легким сердцем могу жить и работать по-прежнему, в скромной тишине, с неожиданностями и таинственностями, без которых я бы не любил жизни.

Именем этой таинственности
горячо Вас любящий и преданный Вам
Б. Пастернак

Около года Пастернак успел побыть на весьма неуютном для себя первом месте в пантеоне советских поэтов. В августе 1934 года на Первом съезде писателей главред «Известий», уже полуопальный, но еще влиятельный Николай Бухарин в своем докладе провозглашает: Пастернак — «один из замечательнейших мастеров стиха в наше время, не только нанизавший на нити своего творчества целую вереницу лирических жемчужин, но и давший ряд глубокой искренности революционных вещей». Месседж такой — просто клепать агитки уже недостаточно.

Самому Пастернаку все это не очень нравится. На том же съезде он говорит: «При огромном тепле, которым окружает нас народ и государство, слишком велика опасность стать социалистическим сановником. Подальше от этой ласки во имя ее прямых источников, во имя большой, и реальной, и плодотворной любви к родине и нынешним величайшим ее людям, на деловом и отягченном делами и заботами от них расстоянии. Каждый, кто этого не знает, превращается из волка в болонку».

Летом 1935 года Пастернака в качестве фронтмена советской поэзии шлют на антифашистский конгресс писателей в Париж, интересно, что его буквально выпихивают туда (хотя это даст возможность повидать Цветаеву и других). Сам он в глубокой депрессии («я даже от этого заболел» — это про это).

Наконец, 24 ноября 1935 года Лиля Брик жалуется Сталину — книги Маяковского не издали полностью, в продаже их нет, музей задерживают, переименования площади тоже.

Сталин пишет Ежову: «Очень прошу Вас обратить внимание на письмо Брик. Маяковский был и остается лучшим и талантливейшим поэтом нашей советской эпохи. Безразличие к его памяти и к его произведениям – преступление. Жалобы Брик, по-моему, правильны».

И эту внутреннюю резолюцию (фрагмент) публикуют в «Правде» 5 декабря 1935 года. К ней и отсылает Пастернак. Любопытно, что 5 декабря газета написала «лучшим, талантливым». А затем 17 декабр поправила свою же цитату Сталина на «талантливейшим».

Если вам интересно читать этот канал, поддержите его, пожалуйста, в Бусти и Патреоне. Вы можете подписаться на любую, самую маленькую сумму — это очень мотивирует и дальше вместе с вами вести литературные расследования!

5.2k 1 17 161

ReadMe.txt

18 Jul, 16:20

📩 Ахматова написала письмо Сталину — и сына с гражданским мужем освободили. А как вообще можно было написать Сталину?

«В России нет закона. А — столб, а на столбе — корона», — 9 сентября Булгаков ставит точку в пьесе «Пушкин» — в ней Пушкин вообще не появляется, а вместо того мы видим, как его убивает атмосфера ненависти, слежки и произвола.

Эти строки читают Дубельт и Бенкендорф Николаю I. Стихи (кстати, реальная анонимная эпиграмма), по сюжету, нашли при обыске у студента.

В те же дни, в сентябре 1935 года, в ленинградском НКВД речь идет о других стихах другого студента — сына Ахматовой. В мае студент Борин, однокашник Льва Гумилева, идет доносить на Пунина, гражданского мужа Ахматовой, — тот по пьяни шутит про убийство Сталина. Проходит лето, берут самого Борина. Тот «раскалывается» на целую террористическую организацию — дескать, Гумилев-младший и бомбами грезил, и писал антисталинские стихи.

Стихи, кстати, так и не нашли при обыске, но НКВД все равно. 23 октября его и Пунина забирают. Ахматова раздавлена и едет в Москву.

Она ночует у молодой подруги. И на следующий день, 30 октября та ведет Анну Андреевну в кооперативный дом писателей на Фурманова (Нащокинский переулок). Ахматова идет к Булгаковым. Именно они могут помочь советом. Булгаков так написал письмо правительству в 1930 году, что ему перезвонил Сталин («может, мы и правда вам надоели?»)

31 октября Ахматову везут к Лидии Сейфуллиной, популярной официальной писательнице и, что важно, члену правления Союза писателей (с 1934 года). Сейфуллина звонит Поскребышеву. Тот заведовал Особым сектором ЦК и канцелярией Сталина. Практически вся предназначенная Сталину информация проходила через него.

Поскребышев велит быть назавтра к 10 утра прибыть к кремлевской комендатуре у Кутафьей башни. Спойлер: по сути он и положит письмо Ахматовой на стол Сталину.

Ахматова возвращается к Булгаковым и переписывает письмо еще раз. По совету Булгакова — от руки.

Глубокоуважаемый Иосиф Виссарионович,

зная Ваше внимательное отношение к культурным силам страны и, в частности, к писателям, я решаюсь обратиться к Вам с этим письмом.

23 октября в Ленинграде арестованы НКВД мой муж

Николай Николаевич Пунин (профессор Академии художеств) и мой сын

Лев Николаевич Гумилев (студент ЛГУ).

Иосиф Виссарионович, я не знаю, в чем их обвиняют, но даю Вам честное слово, что они ни фашисты, ни шпионы, ни участники контрреволюционных обществ.

Я живу в ССР с начала Революции, я никогда не хотела покинуть страну, с которой связана разумом и сердцем. Несмотря на то, что стихи мои не печатаются и отзывы критики доставляют мне много горьких минут, я не падала духом; в очень тяжелых моральных и материальных условиях я продолжала работать и уже напечатала одну работу о Пушкине, вторая печатается.

В Ленинграде я живу очень уединенно и часто подолгу болею. Арест двух единственно близких мне людей наносит мне такой удар, который я уже не могу перенести.

Я прошу Вас, Иосиф Виссарионович, вернуть мне мужа и сына, уверенная, что об этом никогда никто не пожалеет.
Анна Ахматова
1 ноября 1935

Ахматову везет к Кутафьей башне на собственной машине — роскошь! — Борис Пильняк. Она передаёт своё письмо. Пастернак также пишет Сталину — оба обращения датированы 1 ноября. Как именно было передано письмо Пастернака, мы точно не знаем. Глеб Морев реконструирует, что Поскрёбышев передал Сталину оба письма вместе, вероятно 2 ноября. Доказательств, что Сталин прочитал и письмо Пастернака, нет. Зато сохранилась его резолюция на машинописной копии письма Ахматовой:

Т. Ягода. Освободить из-под ареста и Пунина, и Гумилева и сообщить об исполнении.
И. Сталин.

3 ноября в 22:00 Пунина и Гумилева действительно освобождают.

Льва Гумилева снова арестуют в 1938, а затем в 1949 году. Пунина снова арестуют в 1949 году, он не вернется из лагерей. Мужа популярной официальной писательницы Сейфуллиной расстреляют в 1938 году. Жену Поскрёбышева расстреляют в 1941 году.

Подпишитесь на Бусти и Патреон и поддержите канал. Я буду вам очень признателен!

4.7k 2 39 221

ReadMe.txt

16 Jul, 17:32

И еще один бонусный материал. Населенным пунктам без памятника Толстому в те же дни повезло меньше. В соседнем Шелковском районе той же осенью 1999 года федеральная авиация почти полностью уничтожила поселок Рунное (Коги) — погибли три женщины и двое детей.

2 сентября 1999 года в 17:15 два российских штурмовика Су-25 атаковали Рунное. Это было небольшое ногайское поселение из тридцати домов на севере равнинной Чечни, рядом с границей Дагестана.

Как следует из материалов ЕСПЧ (а Россия проиграла в 2011 году), самолеты сделали четыре захода, обстреливая посёлок и сбрасывая боеприпасы. Погибли пять человек: три женщины и два мальчика — восьми и двух лет. Все дома были уничтожены или серьезно повреждены. Выжившие пешком бежали в дагестанское село Кумли. Позднее федеральные военнослужащие разобрали руины построек.

Российское правительство признало, что удар нанесли федеральные Су-25 и что именно он привел к гибели жителей. При этом власти утверждали, что получили сведения о базе боевиков и наносили «точечный» удар. Подтверждений присутствия вооруженных формирований в ЕСПЧ представлено не было.

Россия тогда еще исполняла решения ЕСПЧ и выплатила 1,5 млн евро компенсаций.

HUDOC - European Court of Human Rights

The HUDOC database provides access to the case-law of the Court (Grand Chamber, Chamber and Committee judgments and decisions, communicated cases, advisory opinions and legal summaries from the Case-Law Information Note), the European Commission of Human Rights (decisions and reports) and the Commit...

4.7k 1 15 106

ReadMe.txt

16 Jul, 16:48

Вообще очень много материала и все катастрофически не влезает в формат телеграмного поста. Например, в той же Старогладской Толстой в декабре 1853 года формулирует правила жизни:

• Запоминать и записывать все полезные сведения и мысли.
• Не начинать ни нового чтения, ни нового сочинения, не окончив старого. Исключая Р[оман] Р[усского] П[омещика].
• Стараться делать движение как можно регулярнее.
• Не составляй себе мнения о человеке до тех пор, пока твой первый взгляд не изменится.
• Поступки людей объясняй не своими чувствами, а теми, которые ты в них предполагаешь.
• Не гадай.
• Дурно ли, хорошо — всегда работать.
• Вставать рано — до солнца.
• По субботам пересматривать все сделанное в продолжение недели.
• Писать всегда и все четко и ясно.
• Быть воздержным в питье и пище.
• Не давать и не занимать денег.
• Начатое, даже дурное дело не оставлять, не окончив.
• С утра определять занятия на день и стараться исполнять их.
• Не верить мыслям, родившимся в споре.
• Жить всегда одному.
• Не повторять чужих мыслей.
• Не брать карт в руки.
• Стараться сделать приятною жизнь людей, связанных со мною.
• Избегать блядей и пьяниц.
• Записывать приход и расход.
• Верить первому побуждению.
• Каждый день перечитывать все правила.
• Каждый месяц из дневника выписывать правила.

5.1k 1 68 194

ReadMe.txt

16 Jul, 15:53

🤯 Как чеченцы спасли музей Льва Толстого в 1999 году от … обстрелов российской армии

Осень 1999 года. Федералы после авианалетов перешли в наступление и идут по равнинной части Чечни. Из станицы Старогладовской, которую еще не взяли, но регулярно обстреливают, на машине выезжает странная делегация. Школьная учительница местной школы, старейшина, глава администрации, директор совхоза и директор … музея Льва Толстого Хусейн Загибов. Они доезжают до ближайшего блок-поста и просят отвести к начальству (мы все это знаем из рассказа сына Загибова «Российской газете» в 2013 году).

«Как я сюда попал? Не знаю. Зачем? Тоже», — пишет Лев Толстой в 1851 году в этой самой Старогладовской. Его старая жизнь скучна и полна карточных долгов, и он едет за братом на Кавказ. Живет сначала странным туристом на войне. Только потом поедет в Тифлис сдавать экзамен и зачисляться на службу — и только к 1854 году станет офицером и поедет в Севастополь писать те самые рассказы.

А пока он играет в карты и упрашивает иногда взять его «на дело», чтобы что-то почувствовать (он дословно пишет в дневнике — была перестрелка, были «ощущения»). В лагере есть 19-летний чеченец Садо — переводчик, тот не умеет читать и писать, но любить играть в карты. Офицеры постоянно обманывают бедного Садо, и Толстой вступается за парня. В итоге оба становятся «кунаками». Садо дарит шашку, а Толстой — часы. Садо отыгрывает карточные долги Толстого на 500 рублей и рвет вексели. А во время боя Садо отдает Толстому хорошего коня, себе оставляя тихохода.

В 1914 году, перед первой мировой, жители Старогладовской на сходе решат дать местному училищу имя Толстого. В 1965 году в этом же здании — школа. В ней откроют краеведческий музей. В 1978 году во дворе поставят памятник Льву Толстому. В 1985 года музеем Толстого руководил Хусейн Загибов.

Первая чеченская. Загибов с сыновьями ночует в музее, чтобы его не разграбили, — без света и тепла. Зарплату ему не платили с 1997 года, он продолжал работать в музее все равно.

Возвращаемся в 1999 год.

Делегация из села, в том числе Загибов, пришла к российским военным. И попросила не бомбить станицу, потому что в ней только мирные жители. И вообще они угрожают музею Толстого. Российские военные не поверили. И поехали с Загибовым в Старогладовскую. Осмотрели музей и памятник, после чего действительно перестали обстреливать.

А теперь плот-твист. Это был 9-й танковый батальон, 131-й отдельная мотострелковая бригада. А комбригом у них был Владимир Зарудницкий, сейчас он начальник академии Генштаба. Недавно он написал заметку, в которой обещал большую войну России и Европы.

Подпишитесь на Бусти и Патреон и поддержите канал. Я буду вам очень признателен!

3.9k 1 58 207

ReadMe.txt

14 Jul, 12:45

🤔 Опа! Иван Тургенев пойман с поличным. Заказал «рекламу» своему другу — немецкому критику, а затем вставил ее же статью про то, что иностранцы, мол, правильно поняли «Отцы и дети», а российская молодежь — нет

В июне 1869 года Тургенев в Баден-Бадене пишет заметку на тему буквально, что хотел сказать автор — «По поводу “Отцов и детей”» (для предисловия будущего собрания сочинений). Это максимально забавный текст, в котором Иван Сергеевич, ссылаясь даже на свои дневники, пытается объяснить, как надо ПРАВИЛЬНО понимать Базарова и вообще сам роман, потому что … «господа критики, вообще, не совсем верно представляют себе то, что происходит в душе автора».

В целом все это напоминает современный жанр «звезда почитала хейтеров в интернете»: «У меня, по поводу “Отцов и Детей”, составилась довольно любопытная коллекция писем и прочих документов. Сопоставление их не лишено некоторого интереса. В то время, как одни обвиняют меня в оскорблении молодого поколения, в отсталости, в мракобесии, извещают меня, что с “хохотом презрения сжигают мои фотографические карточки”, — другие, напротив, с негодованием упрекают меня в низкопоклонстве перед самым этим молодым поколением».

Но нас с вами здесь интересует скромный комментарий под цифрой 5. Там Тургенев любопытно обобщает: Иностранцы никак не могут понять беспощадных обвинений, возводимых на меня за Базарова. «Отцы и Дети» были переведены несколько раз на немецкий язык; вот что пишет один критик, разбирая последний перевод, появившийся в Риге — «цитата критика».

А теперь следите за руками.

3 июня 1869 года Тургенев пишет своему немецкому другу господину Пичу и «клянчит рекламу» (это цитата): «Пусть одна из [рецензий] будет сдержанной и строгой — но выразите в ней Ваше недоумение и удивление по поводу того, что молодое русское поколение восприняло образ Базарова как обидную карикатуру, как клеветнический памфлет. Больше того, укажите на то, что я задумал этого молодца даже чересчур героически идеализированным (так оно и есть) и что у русской молодежи слишком чувствительная кожа. Из-за Базарова забросали меня таким количеством грязи и гадостей (и продолжают забрасывать)».

И добавляет: Если Вы пожелаете исполнить мою просьбу, то сделайте это поскорее, чтобы перевод наиболее важных мест этой рецензии я мог добавить к моим литературным воспоминаниям, которые должны скоро выйти

Пич работает быстро. Уже 10 июня заметка выходит в немецкой газете Vossische Zeitung (закрыта в 1934 году нацистами) под названием Kunst, Wissenschaft und Literatur. Väter und Söhne von Iwan Turgenjew.

Критик старательно отрабатывает ТЗ: «Непредвзятому... читателю остаётся совершенно непостижимым, как именно радикальная молодежь России могла до такой степени распалиться яростью против этого духовного представителя своего же направления (Базарова), своих убеждений и стремлений — каким его изобразил Т[ургенев], — что фактически объявила писателя вне закона и осыпала его всяческой бранью. Можно было бы, напротив, ожидать, что всякий современный радикал с радостным удовлетворением узнает в столь гордой фигуре, обладающей такой мощью характера, такой полной свободой от всего мелкого, тривиального, гнилого и лживого, — типический портрет самого себя и своих единомышленников».

Вот такая вот незамысловатая медиаманипуляция — сейчас подобным образом любит условная «Раша Тудей» писать заметки «На Западе восхитились чем-то российским…»

Чтобы мы с вами вывели на чистую воду всех, подпишитесь на Бусти и Патреон и поддержите канал. Я буду вам очень признателен!

5.5k 1 59 279

Купить живых подписчиков

ИИ-агент сам находит вам клиентов

Лиды из Телеграм по 600 рублей

ReadMe.txt

Гео и язык канала

Категория

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

ReadMe.txt

12 225

Популярное в канале

Язык сайта

Купить живых подписчиков

ИИ-агент сам находит вам клиентов

Лиды из Телеграм по 600 рублей

ReadMe.txt

Гео и язык канала

Категория

12 225

Популярное в канале