А вот ещё я посмотрел в Deutsches Theater спектакль Apocalypse tomorrow. Потому что не всё же на Серебренникова ходить. Но, выходит, всё время на Кукушкина.

Евгений Кулагин и Иван Естегнеев продолжают исследовать человеческий дух через человеческое тело. Метафизику через физику. Сознание через материю. Потому что вопроса о том, что первично, а что вторично, не стоит. Если, конечно, речь не про половые признаки. И они, кстати, в спектакле тоже мелькают, но, будучи вписаны в ужасающий контекст, радости почти не вызывают.

Шестеро незнакомцев в уставленном цветочными горшками пространстве ждут конца света. Какого конкретно — непонятно, но он наступит через час, и его приближение обозначается тревожными взглядами поверх зрительских голов, а под конец ещё и электронными часами с обратным отсчётом. Как только они появились, подумал: о, сейчас будут дебаты. Совсем уже.

Дебаты, впрочем, были. Актёры при помощи танцевальных и атлетических ухищрений, а также просто при помощи английских слов пытались объяснить другу другу, а больше самим себе, кто они вообще такие и что от них останется на этой земле, кроме силуэтов после атомного взрыва. Объяснение проходило бурно, все запыхались и вспотели, порой лилась кровь (искусственная). А когда часы обнулились (спойлер-спойлер), всех поглотила природа.

Рейв, песни, истошные вопли, сумасшествие, попытки заняться сексом и обнимашки. Пишут, что драматург Михаил Дурненков создавал пьесу, глядя на актёрские импровизации. Так что у текста тут скорее вспомогательная функция. Но английский всё равно лучше бы знать. Это мой совет не про спектакль, а так, по жизни. А мне уже спать пора, надеюсь, апокалипсис не завтра.