Ошибки мышления, в тч политического мышления — первоисточник всех остальных ошибок, и сюжет со статьёй Медведчука и «группой товарищей» прекрасная тому иллюстрация.
Статья эта — эталонный образчик сугубо «геополитического» стиля мышления, и её язык — это язык «Шахматной доски». Вот есть игроки, вот есть их интересы, есть карта мира, они вот так между собой её делят и вступают между собой в такие-сякие отношения.
При том, что события 2022 — это практически образцовый провал «геополитического» подхода. Он, как выясняется, в некоторых ситуациях просто не работает. Субъекты сплошь и рядом действуют явно в ущерб своим же собственным интересам, балансы влияния оказываются пустым звуком, а язык торговли внезапно сменяется языком ценностей, т.е. фактически чего-то вроде «религиозной войны».
Но даже к отдельно взятой Украине. Если вынести за скобки разные кадровые и организационные ошибки, самый большой многолетний системный дефект «кремлёвского» взгляда на неё — это как раз именно то, что её рассматривали исключительно в той самой геополитической логике. Вот есть укрозапад, он прозападный, есть укровосток, он провосточный, есть центр, он типа между, давайте договариваться.
В наблюдаемой реальности имела место совсем другая картина. Степень лояльности украинскому государству его граждан зависела главным образом от того, насколько им было «жить хорошо» при этой самой постсоветской Украине. Иными словами, расклад был не слева направо по карте, а сверху вниз по социальной пирамиде. Да, «нижние слои» в западных регионах не были «пророссийскими», но и и их лояльность Киеву была всегда весьма условной. В то время как элиты Юго-Востока, несмотря на всю свою русскоязычность, готовы были драться за независимую Украину всегда, задолго даже до первого Майдана. Равно как и вполне себе русскоязычный город Киев и его средний класс, для которого с самого начала выбор был не между вышиванкой и ватником, а между жизнью в одной из европейских столиц или в областном центре РФ.
Заметьте, в руководстве ЛДНР в итоге не оказалось ни одного представителя тех «донецких» и «луганских», которые рулили этими территориями в украинские времена. И даже в Крыму всплыл в итоге Аксёнов — далеко не из «политического класса».
Соответственно, единственный шанс на успех у России был не в том, чтобы договориться с какой-то частью элит. А в том, чтобы работать «понизу», в принципиально антиэлитном ключе. Чтобы проект возвращения в Россию оказался одновременно и проектом перевзвеса «верха» и «низа», своего рода социальной революции — последние станут первыми. Тут, правда, возникал риск совсем другого плана: «нельзя бросаться камнями в стеклянном доме» — страны, конечно, разные, и даже «национальности» разные, но народ-то один…
Но, повторяю: «классовая» логика давала шансы. «Геополитическая» — не давала вообще никаких.
Статья эта — эталонный образчик сугубо «геополитического» стиля мышления, и её язык — это язык «Шахматной доски». Вот есть игроки, вот есть их интересы, есть карта мира, они вот так между собой её делят и вступают между собой в такие-сякие отношения.
При том, что события 2022 — это практически образцовый провал «геополитического» подхода. Он, как выясняется, в некоторых ситуациях просто не работает. Субъекты сплошь и рядом действуют явно в ущерб своим же собственным интересам, балансы влияния оказываются пустым звуком, а язык торговли внезапно сменяется языком ценностей, т.е. фактически чего-то вроде «религиозной войны».
Но даже к отдельно взятой Украине. Если вынести за скобки разные кадровые и организационные ошибки, самый большой многолетний системный дефект «кремлёвского» взгляда на неё — это как раз именно то, что её рассматривали исключительно в той самой геополитической логике. Вот есть укрозапад, он прозападный, есть укровосток, он провосточный, есть центр, он типа между, давайте договариваться.
В наблюдаемой реальности имела место совсем другая картина. Степень лояльности украинскому государству его граждан зависела главным образом от того, насколько им было «жить хорошо» при этой самой постсоветской Украине. Иными словами, расклад был не слева направо по карте, а сверху вниз по социальной пирамиде. Да, «нижние слои» в западных регионах не были «пророссийскими», но и и их лояльность Киеву была всегда весьма условной. В то время как элиты Юго-Востока, несмотря на всю свою русскоязычность, готовы были драться за независимую Украину всегда, задолго даже до первого Майдана. Равно как и вполне себе русскоязычный город Киев и его средний класс, для которого с самого начала выбор был не между вышиванкой и ватником, а между жизнью в одной из европейских столиц или в областном центре РФ.
Заметьте, в руководстве ЛДНР в итоге не оказалось ни одного представителя тех «донецких» и «луганских», которые рулили этими территориями в украинские времена. И даже в Крыму всплыл в итоге Аксёнов — далеко не из «политического класса».
Соответственно, единственный шанс на успех у России был не в том, чтобы договориться с какой-то частью элит. А в том, чтобы работать «понизу», в принципиально антиэлитном ключе. Чтобы проект возвращения в Россию оказался одновременно и проектом перевзвеса «верха» и «низа», своего рода социальной революции — последние станут первыми. Тут, правда, возникал риск совсем другого плана: «нельзя бросаться камнями в стеклянном доме» — страны, конечно, разные, и даже «национальности» разные, но народ-то один…
Но, повторяю: «классовая» логика давала шансы. «Геополитическая» — не давала вообще никаких.