Репост из: Камертон
От Иерусалима до Масады: хроника иудейского восстания
ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Недавно я написал рассказ «Пятый прокуратор». Он увидел свет в журнале «Камертон». И сразу посыпались письма, с вопросами:
— А дальше?
— Продолжение будет? — И тому подобные.
Как сказал классик Михаил Михайлович Жванецкий: «Паровоз — не для машиниста; и театр не для актёров», и писатель создаёт тексты исключительно для... тебя, дорогой читатель! Поэтому — слово читателя для меня — закон!
Тридцать шестой год нашей эры
В этот год пятому прокуратору пришлось вплотную «заняться» самаритянами1. [Ему донесли, мол, большая группа этих людей собралась на горе Гаризим, и утверждают, что в её окрестностях спрятаны священные артефакты.] И после жестокой резни в резиденцию римского легата (наместника) — Луция Вителлия (обладающего всеми полномочиями отзывать наместников и отправлять их в столицу — для объяснений) посыпались многочисленные жалобы. Итог рассмотрения «челобитных» — Понтий Пилат получил предписание: «Незамедлительно отправиться в Рим на суд самого императора Тиберия!» – На прежнее место работы он не вернулся.
Вместо него в эту «проклятую провинцию» временно исполняющим обязанности epimeletesа (то есть надзирателя) Луций послал своего друга — Марцелла. Через год его на этом посту сменил — Марулл. А затем новый император Клавдий передал часть непокорной Иудеи в управление царю Агриппе Перовому, но ненадолго. Вскорости этой неспокойной землёй вновь стали управлять ставленники Рима — прокураторы.
Шестидесятые годы нашей эры. Форпост империи на Ближнем Востоке — Иерусалим
Огромный (по тем временам) город захватила волна насилия. И виной тому стали... сикарии (от sica — «кинжал»), группа мятежников, не желавших подчиняться ни римлянам, ни тем более исполнять навязанные ими законы.
***
Город кишит римскими воинами. И местные жители вынуждены ежедневно переносить издевательство и побои завоевателей. Любое, даже малое нарушение закона, жестоко каралось, зачастую — смертной казнью. Такое поведение завоевателей порождало одно — лютую ненависть! По городу прокатилась череда загадочных нападений и убийств римлян, а также евреев — сборщиков налогов. Налётчики ставили пред собой простую и понятную цель — освободить иудею от захватчиков насильственными методами. На улицах и площадях шептались: это дело рук сикариев, неуловимых и хладнокровных повстанцев — защитников истинной веры, а заодно и всех иудеев. Судачили, что они не признают никакую власть, кроме как самого Яхве (имя Бога в иудаизме), и поклялись, что освободят землю обетованную от любой скверны. И каждый из них готов с радостью отдать жизнь за истинную веру!
ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Недавно я написал рассказ «Пятый прокуратор». Он увидел свет в журнале «Камертон». И сразу посыпались письма, с вопросами:
— А дальше?
— Продолжение будет? — И тому подобные.
Как сказал классик Михаил Михайлович Жванецкий: «Паровоз — не для машиниста; и театр не для актёров», и писатель создаёт тексты исключительно для... тебя, дорогой читатель! Поэтому — слово читателя для меня — закон!
Тридцать шестой год нашей эры
В этот год пятому прокуратору пришлось вплотную «заняться» самаритянами1. [Ему донесли, мол, большая группа этих людей собралась на горе Гаризим, и утверждают, что в её окрестностях спрятаны священные артефакты.] И после жестокой резни в резиденцию римского легата (наместника) — Луция Вителлия (обладающего всеми полномочиями отзывать наместников и отправлять их в столицу — для объяснений) посыпались многочисленные жалобы. Итог рассмотрения «челобитных» — Понтий Пилат получил предписание: «Незамедлительно отправиться в Рим на суд самого императора Тиберия!» – На прежнее место работы он не вернулся.
Вместо него в эту «проклятую провинцию» временно исполняющим обязанности epimeletesа (то есть надзирателя) Луций послал своего друга — Марцелла. Через год его на этом посту сменил — Марулл. А затем новый император Клавдий передал часть непокорной Иудеи в управление царю Агриппе Перовому, но ненадолго. Вскорости этой неспокойной землёй вновь стали управлять ставленники Рима — прокураторы.
Шестидесятые годы нашей эры. Форпост империи на Ближнем Востоке — Иерусалим
Огромный (по тем временам) город захватила волна насилия. И виной тому стали... сикарии (от sica — «кинжал»), группа мятежников, не желавших подчиняться ни римлянам, ни тем более исполнять навязанные ими законы.
***
Город кишит римскими воинами. И местные жители вынуждены ежедневно переносить издевательство и побои завоевателей. Любое, даже малое нарушение закона, жестоко каралось, зачастую — смертной казнью. Такое поведение завоевателей порождало одно — лютую ненависть! По городу прокатилась череда загадочных нападений и убийств римлян, а также евреев — сборщиков налогов. Налётчики ставили пред собой простую и понятную цель — освободить иудею от захватчиков насильственными методами. На улицах и площадях шептались: это дело рук сикариев, неуловимых и хладнокровных повстанцев — защитников истинной веры, а заодно и всех иудеев. Судачили, что они не признают никакую власть, кроме как самого Яхве (имя Бога в иудаизме), и поклялись, что освободят землю обетованную от любой скверны. И каждый из них готов с радостью отдать жизнь за истинную веру!