⬆️⬆️⬆️
Главным бенефициаром войны с Украиной также является женщина. Поверьте мне, если баба не захочет, чтоб её мужик что-то делал (например, шёл на войну), то он не будет этого делать. Она просто найдёт миллион способов и ухищрений, чтобы не пустить его. Но им это выгодно, потому что государство за мужей платит очень хорошие отступные. А за каждым СВОшником стоит минимум две бабы — жена и мать. Это несколько миллионов женщин. СВОшник — это долбоёб, с него проку никакого, кто куда его пошлёт, туда он и покатится перекати-полем. Его мнение вообще ничего не стоит. Поэтому государство заключает контракт даже не с ним — с его женой. Ибо вот если баба восстанет — то это уже страшно. Миллион бунтующих баб — это непреодолимая сила. Просто потому, что баб ты танками не подавишь — тяжело морально. Мужиков — легко. Баб — нет. А бабы умеют бунтовать, когда кто-то наступает на их интересы, уж я-то видел, как это происходит. Память о Бабьих бунтах в Российской Империи ещё жива в исторической хронологии, ведь именно они и выступили основным триггером революции. Как отмечал социолог Питирим Сорокин, именно гнев женщин сокрушил вековые устои, став истинным зачинщиком тектонических сдвигов в истории. Ситуация сегодня коренным образом не изменилась: женщины остаются скрытыми регуляторами государственных потрясений и главными выгодоприобретателями любых масштабных кризисов.
В архитектуре жёстких диктатур действует ровно то же правило: внешняя маскулинность режима часто оказывается лишь фасадом, за которым скрывается женская воля. Мужчин на тронах авторитаризма действительно большинство, но обусловлено это исключительно спецификой социально-биологического функционала: политика как прямое противостояние традиционно меньше интересует женщин в их массе. Однако, получая в свои руки реальные рычаги власти, женщина демонстрирует склонность к выстраиванию ещё более изощрённых и бескомпромиссных моделей тоталитаризма.
Более того, за иными диктаторами-мужчинами напрямую женщины и стоят, в то время как мужчины являются непосредственными выразителями их воли. За примерами далеко ходить не надо: жена Николая Второго, требовавшего от него всё более жёстких мер при подавлении рабочих восстаний, жена Слободана Милошевича Мира Маркович (Милошевич — никчёмная тряпка, каблук и ничтожество, именно Мира была основным зачинщиком югославской резни, в то время как Милошевич даже пернуть без её разрешения боялся), жена Чеушеску — Елена. Собственно, их обоих потому и расстреляли, что всем было известно, что она играла не меньшую роль в зверствах режима, чем сам Николае (ей же нравилось шубки носить, как-никак).
Но самое поразительное в этом то, что даже в системе порабощения/угнетения самих женщин женщины наравне с мужчиной играют не менее важную роль.
Религия и патриархальные догмы здесь ни при чём — порабощение женщины в архаичных обществах является жёстким эволюционным механизмом выживания популяции. Женской психике глубоко чужды абстрактные концепты вроде «чистоты крови» или «величия РОДа». Женщина мыслит исключительно рационально и прагматично: её цель — обеспечить максимальную жизнеспособность потомства и получить доступ к лучшему генетическому материалу. Перспектива к 30 годам превратиться в измождённую старуху с десятком детей у иссохшей груди, стирающую бельё в ледяной реке захудалого аула, едва ли способна кого-то вдохновить. Архаичные туземцы фатально проигрывают в конкуренции цивилизованному человеку с «Большой земли». Дай молодым девушкам свободу выбора — и они при первой же возможности сбегут из бесперспективной глуши туда, где есть ресурсы и генетическое разнообразие. Популяция без женщин попросту обречена на вымирание. Отсюда и рождаются жестокие традиции контроля, закрепощения и так называемые «суды чести».
⬇️⬇️⬇️
Главным бенефициаром войны с Украиной также является женщина. Поверьте мне, если баба не захочет, чтоб её мужик что-то делал (например, шёл на войну), то он не будет этого делать. Она просто найдёт миллион способов и ухищрений, чтобы не пустить его. Но им это выгодно, потому что государство за мужей платит очень хорошие отступные. А за каждым СВОшником стоит минимум две бабы — жена и мать. Это несколько миллионов женщин. СВОшник — это долбоёб, с него проку никакого, кто куда его пошлёт, туда он и покатится перекати-полем. Его мнение вообще ничего не стоит. Поэтому государство заключает контракт даже не с ним — с его женой. Ибо вот если баба восстанет — то это уже страшно. Миллион бунтующих баб — это непреодолимая сила. Просто потому, что баб ты танками не подавишь — тяжело морально. Мужиков — легко. Баб — нет. А бабы умеют бунтовать, когда кто-то наступает на их интересы, уж я-то видел, как это происходит. Память о Бабьих бунтах в Российской Империи ещё жива в исторической хронологии, ведь именно они и выступили основным триггером революции. Как отмечал социолог Питирим Сорокин, именно гнев женщин сокрушил вековые устои, став истинным зачинщиком тектонических сдвигов в истории. Ситуация сегодня коренным образом не изменилась: женщины остаются скрытыми регуляторами государственных потрясений и главными выгодоприобретателями любых масштабных кризисов.
В архитектуре жёстких диктатур действует ровно то же правило: внешняя маскулинность режима часто оказывается лишь фасадом, за которым скрывается женская воля. Мужчин на тронах авторитаризма действительно большинство, но обусловлено это исключительно спецификой социально-биологического функционала: политика как прямое противостояние традиционно меньше интересует женщин в их массе. Однако, получая в свои руки реальные рычаги власти, женщина демонстрирует склонность к выстраиванию ещё более изощрённых и бескомпромиссных моделей тоталитаризма.
Более того, за иными диктаторами-мужчинами напрямую женщины и стоят, в то время как мужчины являются непосредственными выразителями их воли. За примерами далеко ходить не надо: жена Николая Второго, требовавшего от него всё более жёстких мер при подавлении рабочих восстаний, жена Слободана Милошевича Мира Маркович (Милошевич — никчёмная тряпка, каблук и ничтожество, именно Мира была основным зачинщиком югославской резни, в то время как Милошевич даже пернуть без её разрешения боялся), жена Чеушеску — Елена. Собственно, их обоих потому и расстреляли, что всем было известно, что она играла не меньшую роль в зверствах режима, чем сам Николае (ей же нравилось шубки носить, как-никак).
Но самое поразительное в этом то, что даже в системе порабощения/угнетения самих женщин женщины наравне с мужчиной играют не менее важную роль.
Религия и патриархальные догмы здесь ни при чём — порабощение женщины в архаичных обществах является жёстким эволюционным механизмом выживания популяции. Женской психике глубоко чужды абстрактные концепты вроде «чистоты крови» или «величия РОДа». Женщина мыслит исключительно рационально и прагматично: её цель — обеспечить максимальную жизнеспособность потомства и получить доступ к лучшему генетическому материалу. Перспектива к 30 годам превратиться в измождённую старуху с десятком детей у иссохшей груди, стирающую бельё в ледяной реке захудалого аула, едва ли способна кого-то вдохновить. Архаичные туземцы фатально проигрывают в конкуренции цивилизованному человеку с «Большой земли». Дай молодым девушкам свободу выбора — и они при первой же возможности сбегут из бесперспективной глуши туда, где есть ресурсы и генетическое разнообразие. Популяция без женщин попросту обречена на вымирание. Отсюда и рождаются жестокие традиции контроля, закрепощения и так называемые «суды чести».
⬇️⬇️⬇️