Сахалин первым из регионов России пришёл к углеродной нейтральности, а о промежуточных итогах эксперимента планируется сообщить миру на Глобальном саммите ООН в сентябре.

Однако означает ли это автоматическое признание мировым сообществом? Вовсе нет: это отдельная большая задача.

Об уроках, которые можно извлечь из международного опыта развития систем торговли выбросами (СТВ) — колонка генерального директора Earthood Russia @earthoodrus Андрея Коменданта специально для @esgworld:

Проводя анализ промежуточных результатов реализации Сахалинского эксперимента, стоит не только оглянуться назад, в ретроспективу, но и посмотреть по сторонам — то есть провести так называемый бенчмарк-анализ того, как это работает в мире.

Региональные СТВ – это повсеместная практика, которая позволяет государствам принимать решения о распространении данного опыта на территории всей страны.

Также данный механизм является прекрасным инструментом для донастройки отдельных направлений национального углеродного менеджмента.

Приведу несколько релевантных механизмов, которые можно учесть и в нашей Сахалинской системе.

В большинстве СТВ предусмотрено ограничение по доле выбросов, которые можно погасить за счёт углеродных единиц от климатических проектов.

Это позволяет поддерживать цены на квоты на адекватном уровне и создаёт дополнительные стимулы для декарбонизации прямыми, некомпенсационными способами.

Так, в Калифорнийской СТВ (США) этот показатель составляет 8%. Квотирование на основе отраслевого подхода, когда показатель по сокращению выбросов устанавливается на основе гибкого секторального подхода, а для расчёта целевых показателей используются лучшие практики.

Такой подход реализован в СТВ провинции Альберта (Канада). Особенно он актуален для России с учётом региональной специфики промышленного производства.

Ещё один важный вопрос – международное признание и имплементация СТВ. Такой механизм был реализован в 2014 году между Квебеком (Канада) и Калифорнией (США).

Это стало возможным благодаря институциональной совместимости – обе системы разработаны в рамках Western Climate Initiative, имеют сходную архитектуру как cap-and-trade модель, вовлечённые сектора и методы учёта, а также общий политический курс.

Все эти фундаментальные основания позволили преодолеть различия в правовых системах, особенностях трансграничной торговли квотами, валютные вопросы и проблему доступности для всех участников рынка и, таким образом, взаимно признать квоты.

Этот опыт может быть полезен для дальнейшего развития Сахалинского эксперимента в рамках работы по гармонизации углеродного законодательства странами БРИКС.

Стоит также упомянуть европейскую СТВ 2 – пример того, как система может развиваться после отработки всех стандартных механизмов. А именно, речь о включении таких секторов, как дорожный транспорт, коммунальное хозяйство и присоединение к системе малых эмитентов от 25 тыс т CO₂.

И в заключение стоит сказать, что для международного признания необходима сторонняя верификация, именно по международным стандартам.

Это и работа по валидации методологий климатических проектов, это и верификация результатов количественной оценки выбросов ПГ по глобальным стандартам и, конечно же, проверка соответствия климатической стратегии региона, например, стандарту GHG Protocol Mitigation Goal Standard, Countries and Cities

#Экспертиза #Netzero

👍 ESG World