Печальные новости из перинатального центра
За последнюю неделю нам написали несколько человек по поводу вещей ужасных, до сих пор происходящих в перинатальном центре.
В первом случае, роженицу неправильно «подшили» зашивая разрыв промежности. Через некоторое время рана нагноилась и для мамы возникла очень серьезная угроза здоровью. Когда родственники забили тревогу, в перинатальном центре на осмотре сказали, что всё хорошо, чисто, мажьте мазью Вишневского.
Через две недели у роженицы образовались гнойные полости и свищ, и её осмотрел проктолог, который сказал, что, когда её зашивали, то пропороли прямую кишку, и затем неправильно зашили. Поэтому встал вопрос о повторной операции и ударной дозе антибиотиков.
Вторая ситуация была ещё хуже. 12 июня сего года, на дежурстве Мамусиной Юлии Владимировны, случилась очередная смерть младенца.
Ключевой момент наступил во втором периоде родов. В 19:05 зафиксирован совместный осмотр с ответственным дежурным врачом Мамусиной Ю.В. В записи прямо указано: патологический тип КТГ, поздние пролонгированные децелерации до 90–95 уд/мин, потуги малоэффективные.
В 19.11 было принято решение применить вакуумный экстрактор, но в 19.13 младенец родился на 0 баллов по шкале Апгара (то есть, без признаков жизни). Ребёнок при этом был доношенный: 39 недель 5 дней, масса 3620 г. И несмотря на некоторые факторы риска никаких серьёзных проблем роды не предвещали.
Не будем детально расписывать как это произошло, отметим только два момента. Во-первых, если верить записям в системе регистрации истории родов, дежурный врач и акушер не смогли вовремя, по КТГ, диагносцировать страдание плода. Во-вторых, по факту, они не смогли оперативно провести наиболее правильное родоразрешение. Опять, как при Сонголовой, тянули до последнего, пока ситуация не превратилась в катастрофу.
Почему это не последняя смерть младенцев в перинатальном центре?
Первое. Дело в том, что после ухода членов «банды Мартиросяна» Екатерины Сонголовой и Алёшки Ксенофонтова не было сделано никаких оргвыводов и переосмысления происходящего в роддоме.
Никто открыто не извинился перед роженицами и обществом, не признал наличие проблем, не представил пути оздоровления системы родовспоможения в общем, и перинатально центра, в частности. Молчание ягнят. Как будто ничего два года не происходило.
Второе. Большая часть неопытных или неквалифицированных врачей и акушерок, которая пришла при Сергее Мартиросяне, продолжает работать.
Третье. Никто из медработников, замешанных в дюжине смертей младенцев и сотне случаев массивных кровотечений не был привлечён к ответственности. Во всяком случае об этом ничего неизвестно.
Четвертое. Насколько нам известно, ни один сотрудник перинатального центра, который работал здесь до Мартиросяна не вернулся обратно.
И, дураку понятно, если не делать выводы из страшных уроков прошлого, то эти страшные случаи будут продолжаться с регулярной частотой. Тут даже к бабке не ходи.
P.S. Кстати, Мамусина Юлия Владимировна в перинатальный центр прибыла из Гусевской больницы, как говорят, по протекции своей близкой подруги замминистра Минздрава Ольги Герцог (которая была в этой же больнице главврачом). Оба врача приехали к нам из Красноярска.
За последнюю неделю нам написали несколько человек по поводу вещей ужасных, до сих пор происходящих в перинатальном центре.
В первом случае, роженицу неправильно «подшили» зашивая разрыв промежности. Через некоторое время рана нагноилась и для мамы возникла очень серьезная угроза здоровью. Когда родственники забили тревогу, в перинатальном центре на осмотре сказали, что всё хорошо, чисто, мажьте мазью Вишневского.
Через две недели у роженицы образовались гнойные полости и свищ, и её осмотрел проктолог, который сказал, что, когда её зашивали, то пропороли прямую кишку, и затем неправильно зашили. Поэтому встал вопрос о повторной операции и ударной дозе антибиотиков.
Вторая ситуация была ещё хуже. 12 июня сего года, на дежурстве Мамусиной Юлии Владимировны, случилась очередная смерть младенца.
Ключевой момент наступил во втором периоде родов. В 19:05 зафиксирован совместный осмотр с ответственным дежурным врачом Мамусиной Ю.В. В записи прямо указано: патологический тип КТГ, поздние пролонгированные децелерации до 90–95 уд/мин, потуги малоэффективные.
В 19.11 было принято решение применить вакуумный экстрактор, но в 19.13 младенец родился на 0 баллов по шкале Апгара (то есть, без признаков жизни). Ребёнок при этом был доношенный: 39 недель 5 дней, масса 3620 г. И несмотря на некоторые факторы риска никаких серьёзных проблем роды не предвещали.
Не будем детально расписывать как это произошло, отметим только два момента. Во-первых, если верить записям в системе регистрации истории родов, дежурный врач и акушер не смогли вовремя, по КТГ, диагносцировать страдание плода. Во-вторых, по факту, они не смогли оперативно провести наиболее правильное родоразрешение. Опять, как при Сонголовой, тянули до последнего, пока ситуация не превратилась в катастрофу.
Почему это не последняя смерть младенцев в перинатальном центре?
Первое. Дело в том, что после ухода членов «банды Мартиросяна» Екатерины Сонголовой и Алёшки Ксенофонтова не было сделано никаких оргвыводов и переосмысления происходящего в роддоме.
Никто открыто не извинился перед роженицами и обществом, не признал наличие проблем, не представил пути оздоровления системы родовспоможения в общем, и перинатально центра, в частности. Молчание ягнят. Как будто ничего два года не происходило.
Второе. Большая часть неопытных или неквалифицированных врачей и акушерок, которая пришла при Сергее Мартиросяне, продолжает работать.
Третье. Никто из медработников, замешанных в дюжине смертей младенцев и сотне случаев массивных кровотечений не был привлечён к ответственности. Во всяком случае об этом ничего неизвестно.
Четвертое. Насколько нам известно, ни один сотрудник перинатального центра, который работал здесь до Мартиросяна не вернулся обратно.
И, дураку понятно, если не делать выводы из страшных уроков прошлого, то эти страшные случаи будут продолжаться с регулярной частотой. Тут даже к бабке не ходи.
P.S. Кстати, Мамусина Юлия Владимировна в перинатальный центр прибыла из Гусевской больницы, как говорят, по протекции своей близкой подруги замминистра Минздрава Ольги Герцог (которая была в этой же больнице главврачом). Оба врача приехали к нам из Красноярска.