🌐 Julius Baer: как одно исключение из KYC стало частью системной проблемы
Швейцарский регулятор FINMA завершил исполнительное производство в отношении Julius Baer и установил серьезные нарушения требований к управлению рисками и противодействию отмыванию денег.
Особенно показателен эпизод с клиентами, связанными с двумя российскими PEP — политически значимыми лицами.
🧩 Это практически готовый учебный кейс о том, как не должен работать риск-ориентированный комплаенс.
⚠️ Что установила FINMA
Клиенты относились к категории повышенного риска, однако, по выводам регулятора, банк в течение нескольких лет:
- недостаточно проверял происхождение активов;
- недостаточно критично оценивал негативные публикации;
- неадекватно реагировал на подозрительное поведение клиентов;
- нарушал обязанности по направлению сообщений в рамках AML-законодательства.
Но наиболее интересная часть — внутреннее исключение из правил.
❤️ В 2019 году банк применил к одному из клиентов механизм KYC Exception-to-Policy — отступление от стандартной процедуры KYC. Основанием стала рекомендация сотрудника банка.
🔀 Позже выяснилось, что этот сотрудник имел тесные личные связи с семьей PEP-клиента.
Несмотря на последующие проверки отношений с клиентом, сама логика этого исключения, по данным FINMA, критически не переоценивалась.
🚩 Вот где находится главный красный флаг
Решение о смягчении контроля было фактически поддержано человеком, независимость которого сама требовала оценки.
Получается опасная конструкция: повышенный риск клиента, исключение из процедуры, рекомендация сотрудника, личная связь сотрудника с клиентом.
Контроль, который должен был компенсировать риск, оказался зависим от еще одного риска.
👁️ Проблема оказалась шире одного клиента
FINMA одновременно выявила серьезные недостатки и в прямом финансировании Julius Baer.
С 2019 года банк предоставил одной европейской группе и ее основателю восемь кредитов. В 2022–2023 годах их общий объем превышал CHF 1 млрд.
Регулятор указал на недостаточные внутренние правила, контрольные механизмы, кадровые ресурсы, концентрацию рисков и конфликты интересов.
Оставшаяся на конец 2023 года задолженность примерно CHF 586 млн впоследствии была полностью списана.
✅ Что последовало
FINMA обязала банк, среди прочего:
- отчитываться о развитии риск- и комплаенсе-культуры до 2032 года;
- временно поддерживать дополнительные собственные средства в размере CHF 250 млн;
- предварительно согласовывать с FINMA выплаты акционерам, включая дивиденды;
- перечислить около CHF 10 млн прибыли, полученной в связи с нарушениями по двум группам PEP-клиентов.
Отдельные производства начаты в отношении трех бывших сотрудников.
При этом FINMA отмечает и предпринятые банком меры: Julius Baer прекратил прямое финансирование, сократил кредитование, усилил контрольные функции, пересмотрел систему вознаграждения и корпоративное управление.
Решение FINMA пока не вступило в законную силу.
💡 Что из этого взять российскому комплаенсу
1. Исключение из процедуры должно усиливать контроль, а не отменять его.
Чем выше риск клиента, тем более серьезным должно быть обоснование для исключений из правил.
2. Нельзя доверять рекомендации, не проверив рекомендующего.
Если инициатор исключения связан с клиентом личными или экономическими отношениями, возникает самостоятельный конфликт интересов.
3. Негативная информация — не формальность.
Негативная информация должна получать документированную оценку: источник, достоверность, связь с клиентом, влияние на риск-профиль и принятое решение.
4. Исключение должно иметь срок жизни.
Любое отступление от KYC-процедуры должно периодически пересматриваться независимо от инициатора первоначального решения.
5. Контролировать нужно и культуру принятия решений.
Главный урок дела Julius Baer — проблема возникла не только из-за отдельных процедур. FINMA прямо связывает нарушения с недостатками комплаенс культуры .
🧩 Поэтому для зрелой системы вопрос звучит не только так: «Есть ли у нас KYC-процедура?» Но и так: «Кто может сделать из нее исключение, кто проверит его независимость и кто сможет сказать “нет”?»
#МироваяПрактика #КомплаенсКонструктор
Швейцарский регулятор FINMA завершил исполнительное производство в отношении Julius Baer и установил серьезные нарушения требований к управлению рисками и противодействию отмыванию денег.
Особенно показателен эпизод с клиентами, связанными с двумя российскими PEP — политически значимыми лицами.
🧩 Это практически готовый учебный кейс о том, как не должен работать риск-ориентированный комплаенс.
⚠️ Что установила FINMA
Клиенты относились к категории повышенного риска, однако, по выводам регулятора, банк в течение нескольких лет:
- недостаточно проверял происхождение активов;
- недостаточно критично оценивал негативные публикации;
- неадекватно реагировал на подозрительное поведение клиентов;
- нарушал обязанности по направлению сообщений в рамках AML-законодательства.
Но наиболее интересная часть — внутреннее исключение из правил.
❤️ В 2019 году банк применил к одному из клиентов механизм KYC Exception-to-Policy — отступление от стандартной процедуры KYC. Основанием стала рекомендация сотрудника банка.
🔀 Позже выяснилось, что этот сотрудник имел тесные личные связи с семьей PEP-клиента.
Несмотря на последующие проверки отношений с клиентом, сама логика этого исключения, по данным FINMA, критически не переоценивалась.
🚩 Вот где находится главный красный флаг
Решение о смягчении контроля было фактически поддержано человеком, независимость которого сама требовала оценки.
Получается опасная конструкция: повышенный риск клиента, исключение из процедуры, рекомендация сотрудника, личная связь сотрудника с клиентом.
Контроль, который должен был компенсировать риск, оказался зависим от еще одного риска.
👁️ Проблема оказалась шире одного клиента
FINMA одновременно выявила серьезные недостатки и в прямом финансировании Julius Baer.
С 2019 года банк предоставил одной европейской группе и ее основателю восемь кредитов. В 2022–2023 годах их общий объем превышал CHF 1 млрд.
Регулятор указал на недостаточные внутренние правила, контрольные механизмы, кадровые ресурсы, концентрацию рисков и конфликты интересов.
Оставшаяся на конец 2023 года задолженность примерно CHF 586 млн впоследствии была полностью списана.
✅ Что последовало
FINMA обязала банк, среди прочего:
- отчитываться о развитии риск- и комплаенсе-культуры до 2032 года;
- временно поддерживать дополнительные собственные средства в размере CHF 250 млн;
- предварительно согласовывать с FINMA выплаты акционерам, включая дивиденды;
- перечислить около CHF 10 млн прибыли, полученной в связи с нарушениями по двум группам PEP-клиентов.
Отдельные производства начаты в отношении трех бывших сотрудников.
При этом FINMA отмечает и предпринятые банком меры: Julius Baer прекратил прямое финансирование, сократил кредитование, усилил контрольные функции, пересмотрел систему вознаграждения и корпоративное управление.
Решение FINMA пока не вступило в законную силу.
💡 Что из этого взять российскому комплаенсу
1. Исключение из процедуры должно усиливать контроль, а не отменять его.
Чем выше риск клиента, тем более серьезным должно быть обоснование для исключений из правил.
2. Нельзя доверять рекомендации, не проверив рекомендующего.
Если инициатор исключения связан с клиентом личными или экономическими отношениями, возникает самостоятельный конфликт интересов.
3. Негативная информация — не формальность.
Негативная информация должна получать документированную оценку: источник, достоверность, связь с клиентом, влияние на риск-профиль и принятое решение.
4. Исключение должно иметь срок жизни.
Любое отступление от KYC-процедуры должно периодически пересматриваться независимо от инициатора первоначального решения.
5. Контролировать нужно и культуру принятия решений.
Главный урок дела Julius Baer — проблема возникла не только из-за отдельных процедур. FINMA прямо связывает нарушения с недостатками комплаенс культуры .
🧩 Поэтому для зрелой системы вопрос звучит не только так: «Есть ли у нас KYC-процедура?» Но и так: «Кто может сделать из нее исключение, кто проверит его независимость и кто сможет сказать “нет”?»
#МироваяПрактика #КомплаенсКонструктор