Часть 2. Продолжение предыдущего поста.
Понимают ли они?
Да. Но понимание всегда останавливается там, где начинаются правила. Когда вступают в игру под названием «Религия», принимается и её правила. В правила нельзя верить или не верить — правила принимают и соблюдают (или нарушают). И «священная обязанность» всякой религии — никогда не понуждать людей размышлять о её правилах, об их сути, о ней самой, наконец.
Критическая мысль не додумывается до конца, потому что воспринимается как посягательство на священное. Вот ты, например, спрашивал я своих собеседников, сколько раз ты останавливал себя, когда в голову лезли «богохульные мысли»? Разве ты не поплёвывал каждый раз через левое плечо, прибегая «к защите аллаха от проклятого шайтана», как и учил пророк? Это правило.
Но вот только то был не голос шайтана, а был — здравый смысл. Он, к счастью, вспыхивает в нашей голове время от времени. Будто даёт знать, что не все потеряно.
Во время этих бесед с ними я иногда вспоминал, как в бытность свою мусульманином задавался вопросом: хотел бы я жить при шариате? И знаете, что? Ответ ни разу не был «да». Только молчание. Молчание, которое не знак согласия, а скорее знак сомнения, растерянности, неприятия…
Понимают ли они?
Да. Но понимание всегда останавливается там, где начинаются правила. Когда вступают в игру под названием «Религия», принимается и её правила. В правила нельзя верить или не верить — правила принимают и соблюдают (или нарушают). И «священная обязанность» всякой религии — никогда не понуждать людей размышлять о её правилах, об их сути, о ней самой, наконец.
Критическая мысль не додумывается до конца, потому что воспринимается как посягательство на священное. Вот ты, например, спрашивал я своих собеседников, сколько раз ты останавливал себя, когда в голову лезли «богохульные мысли»? Разве ты не поплёвывал каждый раз через левое плечо, прибегая «к защите аллаха от проклятого шайтана», как и учил пророк? Это правило.
Но вот только то был не голос шайтана, а был — здравый смысл. Он, к счастью, вспыхивает в нашей голове время от времени. Будто даёт знать, что не все потеряно.
Во время этих бесед с ними я иногда вспоминал, как в бытность свою мусульманином задавался вопросом: хотел бы я жить при шариате? И знаете, что? Ответ ни разу не был «да». Только молчание. Молчание, которое не знак согласия, а скорее знак сомнения, растерянности, неприятия…