Фраза «вера даёт мне утешение» — это не более чем оправдание самообмана. Сладкая ложь, предпочитаемая горькой правде.
«Ах, обмануть меня не трудно!..
Я сам обманываться рад!» Пушкин.
Самообман, который эволюционировал. Это уже развившийся механизм психики.
Верующий не смотрит на то, что у него под носом. Он как будто в трансе прислушивается к голосу в своей голове.
И особенность этого самообмана в том, что он помогает обманывать других. Люди — существа, склонные к обману и посему обычно распознают ложь по принципу «рыбак рыбака видит издалека».
Мы присматриваемся к поведению, прислушиваемся к речи, улавливая каждый вербальный и невербальный сигнал, намекающий на ложь. Поэтому, чтобы успешно обманывать других своей верой, нужно полностью подавить в себе критическое мышление и верить в неё самому.
Обратите внимание на проповедников, как они эмоционально заливают своей пастве. Это не просто красноречие. Это — глубочайшее убеждение, рождённое из полной потери связи с реальностью.
Это и есть цена «утешения»: собственное безумие, проданное как истина.
Фауст
«Ах, обмануть меня не трудно!..
Я сам обманываться рад!» Пушкин.
Самообман, который эволюционировал. Это уже развившийся механизм психики.
Верующий не смотрит на то, что у него под носом. Он как будто в трансе прислушивается к голосу в своей голове.
И особенность этого самообмана в том, что он помогает обманывать других. Люди — существа, склонные к обману и посему обычно распознают ложь по принципу «рыбак рыбака видит издалека».
Мы присматриваемся к поведению, прислушиваемся к речи, улавливая каждый вербальный и невербальный сигнал, намекающий на ложь. Поэтому, чтобы успешно обманывать других своей верой, нужно полностью подавить в себе критическое мышление и верить в неё самому.
Обратите внимание на проповедников, как они эмоционально заливают своей пастве. Это не просто красноречие. Это — глубочайшее убеждение, рождённое из полной потери связи с реальностью.
Это и есть цена «утешения»: собственное безумие, проданное как истина.
Фауст