Это вырезка из нашумевшего диспута между мусульманином и атеистом.
По мнению верующих, атеист там был «уничтожен».
Спойлер: нет.
Я хочу прокомментировать этот отрывок, чтобы вы в очередной раз увидели цинизм и лицемерную суть исламской апологетики.
Атеист справедливо замечает: исламские радикалы (вроде запрещенной ИГ) санкционируют изнасилования. На что апологет предсказуемо парирует: «это не от бога».
Я утверждаю: этот муфтий возводит ложь на своего аллаха!
В исламе — и это будет актуально до т.н. Судного дня — официально существует институт наложниц.
Наложница — это не просто «пленница», это трофей джихадистской экспансии.
Женщина, захваченная на «земле войны», автоматически превращается в имущество. Это и есть легитимизация насилия под знаменем веры.
Неужели «парниковые» мусульмане всерьез верят, что женщины, чьих мужей и сыновей только что убили, а дома разрушили, с радостью отдаются «воинам аллаха»?
Нет. Это чистое, религиозно санкционированное насилие.
В своей книге аллах «поэтично» называет это — «теми, кем овладели ваши десницы» (Коран 4:3, 4:24, 23:5-6). Почитайте о битве при Хайбаре и Хунайне, почитайте хадисы о распределении добычи — там нет места милосердию, там есть только право сильного, упакованное в божественный императив.
Как после этого апологет смеет взывать к морали?
Атеисту стоило задать всего один встречный вопрос: «Если твой бог разрешит изнасилование, будет ли это благом?». И ответ предрешен: «Да, ибо аллах — знающий и мудрый».
Любое чудовищное действие становится «добром», если на нем стоит печать небесной канцелярии. В этом и кроется главная опасность.
Фауст
По мнению верующих, атеист там был «уничтожен».
Спойлер: нет.
Я хочу прокомментировать этот отрывок, чтобы вы в очередной раз увидели цинизм и лицемерную суть исламской апологетики.
Атеист справедливо замечает: исламские радикалы (вроде запрещенной ИГ) санкционируют изнасилования. На что апологет предсказуемо парирует: «это не от бога».
Я утверждаю: этот муфтий возводит ложь на своего аллаха!
В исламе — и это будет актуально до т.н. Судного дня — официально существует институт наложниц.
Наложница — это не просто «пленница», это трофей джихадистской экспансии.
Женщина, захваченная на «земле войны», автоматически превращается в имущество. Это и есть легитимизация насилия под знаменем веры.
Неужели «парниковые» мусульмане всерьез верят, что женщины, чьих мужей и сыновей только что убили, а дома разрушили, с радостью отдаются «воинам аллаха»?
Нет. Это чистое, религиозно санкционированное насилие.
В своей книге аллах «поэтично» называет это — «теми, кем овладели ваши десницы» (Коран 4:3, 4:24, 23:5-6). Почитайте о битве при Хайбаре и Хунайне, почитайте хадисы о распределении добычи — там нет места милосердию, там есть только право сильного, упакованное в божественный императив.
Как после этого апологет смеет взывать к морали?
Атеисту стоило задать всего один встречный вопрос: «Если твой бог разрешит изнасилование, будет ли это благом?». И ответ предрешен: «Да, ибо аллах — знающий и мудрый».
Любое чудовищное действие становится «добром», если на нем стоит печать небесной канцелярии. В этом и кроется главная опасность.
Фауст