Как только речь заходит об «арабизации», со стороны мусульман начинаются отчаянные выверты.
Их любимый контраргумент, полный мелкой злобы, звучит так: «Ну, если мы арабизируемся, то вы, нося брюки и пиджаки, тоже европеизируетесь!»
С логикой здесь, конечно, беда. Логика для исламского фанатика — сущность столь же непостижимая, как и смысл его «священной книги».
Когда мы говорим об арабизации, мы имеем в виду не просто фасон одежды. Мы говорим об умонастроении.
Исламский дресс-код — это не вопрос удобства, это идеологический манифест, способ заявить о своей непринадлежности к миру сему.
Это подчинение сознания формам, в которых выражается овеществление религиозного догмата. Арабо-исламская одежда требует от тебя слепой веры в догматы и полного подчинения им всей твоей жизни. Вместе с одеянием принимается и модель поведения бедуина VII века: его причуды (именуемые сунной), его дикие понятия, его мораль.
Это не просто культурный сдвиг — это ментальная лоботомия целого народа. Хирургическое удаление критического мышления, проведённое в масштабах региона, страны.
Это рабское мышление, которое слышит не ЧТО говорят, а КТО говорит.
Но кто из тех, кто носит европейские джинсы или костюмы, ведёт себя как средневековый рыцарь или колонизатор? Кто вместе с кроссовками перенимает веру в Папу Римского? Никто.
Потому что европейская одежда — это современная, удобная и эстетичная вещь, сохраняющая разум свободным. Это не попытка перетащить в XXI век правовые и этические нормы Средневековья. Чего не скажешь об исламском одеянии.
В этом и есть принципиальная разница: одни выбирают удобную одежду, другие — униформу.
Фауст
Их любимый контраргумент, полный мелкой злобы, звучит так: «Ну, если мы арабизируемся, то вы, нося брюки и пиджаки, тоже европеизируетесь!»
С логикой здесь, конечно, беда. Логика для исламского фанатика — сущность столь же непостижимая, как и смысл его «священной книги».
Когда мы говорим об арабизации, мы имеем в виду не просто фасон одежды. Мы говорим об умонастроении.
Исламский дресс-код — это не вопрос удобства, это идеологический манифест, способ заявить о своей непринадлежности к миру сему.
Это подчинение сознания формам, в которых выражается овеществление религиозного догмата. Арабо-исламская одежда требует от тебя слепой веры в догматы и полного подчинения им всей твоей жизни. Вместе с одеянием принимается и модель поведения бедуина VII века: его причуды (именуемые сунной), его дикие понятия, его мораль.
Это не просто культурный сдвиг — это ментальная лоботомия целого народа. Хирургическое удаление критического мышления, проведённое в масштабах региона, страны.
Это рабское мышление, которое слышит не ЧТО говорят, а КТО говорит.
Но кто из тех, кто носит европейские джинсы или костюмы, ведёт себя как средневековый рыцарь или колонизатор? Кто вместе с кроссовками перенимает веру в Папу Римского? Никто.
Потому что европейская одежда — это современная, удобная и эстетичная вещь, сохраняющая разум свободным. Это не попытка перетащить в XXI век правовые и этические нормы Средневековья. Чего не скажешь об исламском одеянии.
В этом и есть принципиальная разница: одни выбирают удобную одежду, другие — униформу.
Фауст