Захар Прилепин злорадствует по поводу закрытия «Русского дома» в Берлине. Дескать, бывал он в том доме в 2014 г. и испытал на себе холодный приём тамошнего руководства, увидевшего в нем угрозу своей чудесной жизни в Европе. И вообще, якобы до недавних пор половина русских домов была рассадником русофобии. А когда «Русский дом» в Берлине снова откроют, то на его фасаде надо непременно вывесить огромный портрет Сталина, советует писатель. Чтобы, так сказать, ни у кого уже не оставалось никаких сомнений об этом заведении и о государстве, которое оно представляет.

Тут, конечно, помимо узнаваемого стремления к эпатажу, явно ощущается непонимание целей и задач, стоящих перед сотрудниками подобных учреждений. Деятельность Британского совета, Института Конфуция, Гете, Сервантеса, Русских домов и т.д. - элемент культурной дипломатии. Цель культурной дипломатии - обеспечить наиболее благоприятное восприятие собственной страны среди населения других стран. Особое внимание уделяется представителям элитных сообществ, творческой интеллигенции, перспективной молодёжи, т.е. тем прослойкам, которые потенциально способны оказать влияние на отношения между странами в настоящее время или в будущем. И да, разведывательные структуры имеют возможность отбирать наиболее вовлечённых и лояльных из этой среды для своих нужд.

Но культурные связи, вопреки представлениям Прилепина, выстраиваются не на антагонизме, не на попытках что-то кому-то доказать в предельно грубой форме, а на способности вызвать интерес, симпатию. Поэтому руководство большинства Русских домов скорее покажет фильм об Эрмитаже или о достопримечательностях Суздаля, чем о битве при Дебальцево или убогой, но агрессивной поэзии зетников. Воинственные радикалы в этом контексте воспринимаются как помеха, токсичный элемент, мешающий работать. К русофобии это совершенно никакого отношения не имеет, а имеет отношение к эффективности.