Мосгорсуд отклонил иск потомков Рауля Валленберга к ФСБ. А сегодня признал, что решение законно. Родственники шведского дипломата хотят получить доступ к архивным бумагам советских спецслужб. А ФСБ последовательно так выступает против.
Валленберг? Ну да, он представлял интересы нейтральной Швеции в Венгрии в годы войны. Дипломат спасал евреев, выдавая им шведские паспорта. Говорят, счет идет на десятки тысяч жизней. Когда Будапешт взяли советские войска, шведа отправили прямо на Лубянку. Согласно официальной Москве, в 47-м году его хватил инфаркт и он умер. Но есть и другие версии.
В этом и хотят разобраться родственники Валленберга. Один из аргументов ФСБ звучит примерно так: "В этих документах тайна личной жизни других лиц". И это звучит так убого, что просто смешно.
Дело в том, что для ФСБ это не проблема. В моем случае управление просто не стало копировать листы дела арестованного с показаниями доносчиков (других лиц). Аргумент был точно такой же, но он звучал адекватно. В конце концов, оригинал дела был у меня перед носом, и я мог спокойно переписать фамилии и адреса (но зачем?). В других случаях ФСБ вообще не переживает: спокойно копирует все дело репрессированного по запросу родственника.
Очевидно, тут все зависит от конкретного офицера. И среди них есть чудесные люди. Но те, которые пришли сегодня на суд по Валленбергу, вряд ли из таких.
Валленберг? Ну да, он представлял интересы нейтральной Швеции в Венгрии в годы войны. Дипломат спасал евреев, выдавая им шведские паспорта. Говорят, счет идет на десятки тысяч жизней. Когда Будапешт взяли советские войска, шведа отправили прямо на Лубянку. Согласно официальной Москве, в 47-м году его хватил инфаркт и он умер. Но есть и другие версии.
В этом и хотят разобраться родственники Валленберга. Один из аргументов ФСБ звучит примерно так: "В этих документах тайна личной жизни других лиц". И это звучит так убого, что просто смешно.
Дело в том, что для ФСБ это не проблема. В моем случае управление просто не стало копировать листы дела арестованного с показаниями доносчиков (других лиц). Аргумент был точно такой же, но он звучал адекватно. В конце концов, оригинал дела был у меня перед носом, и я мог спокойно переписать фамилии и адреса (но зачем?). В других случаях ФСБ вообще не переживает: спокойно копирует все дело репрессированного по запросу родственника.
Очевидно, тут все зависит от конкретного офицера. И среди них есть чудесные люди. Но те, которые пришли сегодня на суд по Валленбергу, вряд ли из таких.