Возможно, эволюционный мир со всеми его издержками является единственным или по крайней мере естественным способом получить определённый тип сложной, самостоятельной жизни. Это одна из идей в современной теодицеи.
Теперь про время: важно, что если целью является определённый тип результата, время может оказаться не издержкой, а логически необходимой частью результата. Представим два существа. Первое мгновенно создано совершенно мудрым, любящим и нравственно совершенным. Второе самостоятельно прошло историю: ошибалось, понимало последствия, училось, выбирало, изменялось и в результате свободно стало мудрым и любящим. В некотором срезе их состояния могут быть одинаковыми. Но это не одно и то же существо в нравственном смысле. У второго имеется свойство, которого невозможно просто дорисовать в момент создания: оно стало таким посредством собственной истории. Можно создать существо с воспоминаниями о пути. Но нельзя сделать так, чтобы оно действительно свободно прошло путь, если никакого пути не было. Это уже почти логическое противоречие.
Время оказывается даже не ползунком. Время – материал, из которого делается история существа. Без времени нет причины и последствия, памяти, изменения, обучения, верности, раскаяния, поступка и его результата, свободного становления, нет самого сознания. Можно мгновенно создать состояние. Нельзя мгновенно создать становление, потому что становление по определению содержит последовательность.
Мир проходит историю природы, возникает сознательное существо, затем история свободы и в результате – сотворец. Сначала сама материя получает возможность породить жизнь. Жизнь – возможность породить сознание. Сознание – возможность породить свободу. Свобода – возможность породить личность, которая уже не просто существует по законам природы, а сама участвует в творении добра.
И на каждом переходе возникает новая возможность отрицательного: где есть жизнь и время – возможна смерть; где есть чувствительность – возможно страдание; где есть сознание – возможно осознанное страдание; где есть свобода – возможно нравственное зло; где есть отношение к абсолютному Добру – становится возможен окончательный отказ от него.
Но отрицательное здесь не цель и даже не обязательно отдельная сотворённая сущность. Оно возникает как тень способности, которая сама является благом.
Бог создаёт не совершенство как готовое состояние, а реальность, способную свободно становиться совершенной. Чем выше степень собственной активности творения, тем больше пространство не только для добра, но и для повреждения, боли и отказа. Время является не задержкой этого процесса, а самой средой, в которой возможны становление, история и свободное сотворчество.
Но тут остается вопрос: могло ли все это произойти без грехопадения? Если да, то как? По идее, сама суть свободы подразумевает возможность такого. Но, вероятно, без опыта времени, без пережитых событий и знания это был груз, который поднять не получилось с первого раза. Тут снова само время становится необходимым условием и пищей для роста в человеке того, что позволяет ему приблизиться к Богу. Подтверждение этого можно увидеть буквально в каждом аспекте человеческой жизни. Эволюция с ее болью, уязвимостью и риском свободы – это, может быть, единственный способ создать существо, способное на жертвенную любовь, например. Можно представить мир без грехопадения, но, вероятно, путь искупления ведет к большей глубине, прочности и подобию через понимание света, через осознание его ценности, чем путь невинности.
Вообще, еще есть мысль, что грехопадение заключалось не в самом факте получения знания, а в том, что знание было получено слишком рано. И страдания – это по сути сопротивление материала, из которого резчик вырезает фигуру. Это как если бы Буратино ожил слишком рано, до того, как папа Карло его закончил, и ему пришлось бы терпеть, пока его вырежут до конца наживую.
Теперь про время: важно, что если целью является определённый тип результата, время может оказаться не издержкой, а логически необходимой частью результата. Представим два существа. Первое мгновенно создано совершенно мудрым, любящим и нравственно совершенным. Второе самостоятельно прошло историю: ошибалось, понимало последствия, училось, выбирало, изменялось и в результате свободно стало мудрым и любящим. В некотором срезе их состояния могут быть одинаковыми. Но это не одно и то же существо в нравственном смысле. У второго имеется свойство, которого невозможно просто дорисовать в момент создания: оно стало таким посредством собственной истории. Можно создать существо с воспоминаниями о пути. Но нельзя сделать так, чтобы оно действительно свободно прошло путь, если никакого пути не было. Это уже почти логическое противоречие.
Время оказывается даже не ползунком. Время – материал, из которого делается история существа. Без времени нет причины и последствия, памяти, изменения, обучения, верности, раскаяния, поступка и его результата, свободного становления, нет самого сознания. Можно мгновенно создать состояние. Нельзя мгновенно создать становление, потому что становление по определению содержит последовательность.
Мир проходит историю природы, возникает сознательное существо, затем история свободы и в результате – сотворец. Сначала сама материя получает возможность породить жизнь. Жизнь – возможность породить сознание. Сознание – возможность породить свободу. Свобода – возможность породить личность, которая уже не просто существует по законам природы, а сама участвует в творении добра.
И на каждом переходе возникает новая возможность отрицательного: где есть жизнь и время – возможна смерть; где есть чувствительность – возможно страдание; где есть сознание – возможно осознанное страдание; где есть свобода – возможно нравственное зло; где есть отношение к абсолютному Добру – становится возможен окончательный отказ от него.
Но отрицательное здесь не цель и даже не обязательно отдельная сотворённая сущность. Оно возникает как тень способности, которая сама является благом.
Бог создаёт не совершенство как готовое состояние, а реальность, способную свободно становиться совершенной. Чем выше степень собственной активности творения, тем больше пространство не только для добра, но и для повреждения, боли и отказа. Время является не задержкой этого процесса, а самой средой, в которой возможны становление, история и свободное сотворчество.
Но тут остается вопрос: могло ли все это произойти без грехопадения? Если да, то как? По идее, сама суть свободы подразумевает возможность такого. Но, вероятно, без опыта времени, без пережитых событий и знания это был груз, который поднять не получилось с первого раза. Тут снова само время становится необходимым условием и пищей для роста в человеке того, что позволяет ему приблизиться к Богу. Подтверждение этого можно увидеть буквально в каждом аспекте человеческой жизни. Эволюция с ее болью, уязвимостью и риском свободы – это, может быть, единственный способ создать существо, способное на жертвенную любовь, например. Можно представить мир без грехопадения, но, вероятно, путь искупления ведет к большей глубине, прочности и подобию через понимание света, через осознание его ценности, чем путь невинности.
Вообще, еще есть мысль, что грехопадение заключалось не в самом факте получения знания, а в том, что знание было получено слишком рано. И страдания – это по сути сопротивление материала, из которого резчик вырезает фигуру. Это как если бы Буратино ожил слишком рано, до того, как папа Карло его закончил, и ему пришлось бы терпеть, пока его вырежут до конца наживую.