Репост из: БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР
Итоги недели: 19–25 января
Мирный трек снова в центре внимания. Очередной раунд. Последний ли?
Первый акт разыгрался в Кремле 22–23 января. Виткофф и советник Белого дома Джош Грюнбаум провели закрытые консультации с Владимиром Путиным. Утечек не было, даже с американской стороны. Только Ушаков назвал разговор «предельно откровенным» — на дипломатическом языке это означает жесткий торг без экивоков.
Кульминация недели сместилась в Абу-Даби. 23–24 января мы впервые увидели полноценный трехсторонний трек: США — Россия — Украина. Ключевой размен, который просматривается сквозь туман заявлений: Киев получает железобетонные гарантии безопасности и фонд восстановления в обмен на фактическую, пусть и не юридическую, заморозку территориального статуса-кво и выход с территории Донбасса. Зеленский, выступая из Давоса, а затем комментируя итоги, был сдержанно оптимистичен, назвав переговоры «продуктивными». Это сигнал, что Банковая готова к тяжелым компромиссам ради прекращения огня, но заявить об этом открыто пока не время.
При этом заметно, что стороны усиливают переговорные позиции «на земле». Европейские союзники Киева стали вслед за США задерживать корабли российского теневого флота. Украина продолжает атаки против приграничья: на этой неделе произошел мощнейший обстрел Белгорода. Действия России по разрушению энергетической системы противника вошли, видимо, в финальную стадию. Все громче украинские официальные лица заявляют о близости критической для столицы ситуации, когда понадобится полная эвакуация города.
Интересно, что МИД России активно транслирует скепсис о прошедших консультациях, акцентируя внимание на отсутствии прогресса и срыве диалога с американскими партнерами. Вероятно, такая риторика — следствие аппаратного недовольства дипломатов отстранением от реального переговорного трека, который ушел выше.
Мы видим очередную попытку прийти к завершению конфликта, к которому сейчас имеют интерес обе стороны (в отличие от их союзников). Удастся ли это, либо перед нами лишь очередная демонстрация готовности к примирению без реальных шагов — станет понятно уже к марту.
БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться
Мирный трек снова в центре внимания. Очередной раунд. Последний ли?
Первый акт разыгрался в Кремле 22–23 января. Виткофф и советник Белого дома Джош Грюнбаум провели закрытые консультации с Владимиром Путиным. Утечек не было, даже с американской стороны. Только Ушаков назвал разговор «предельно откровенным» — на дипломатическом языке это означает жесткий торг без экивоков.
Кульминация недели сместилась в Абу-Даби. 23–24 января мы впервые увидели полноценный трехсторонний трек: США — Россия — Украина. Ключевой размен, который просматривается сквозь туман заявлений: Киев получает железобетонные гарантии безопасности и фонд восстановления в обмен на фактическую, пусть и не юридическую, заморозку территориального статуса-кво и выход с территории Донбасса. Зеленский, выступая из Давоса, а затем комментируя итоги, был сдержанно оптимистичен, назвав переговоры «продуктивными». Это сигнал, что Банковая готова к тяжелым компромиссам ради прекращения огня, но заявить об этом открыто пока не время.
При этом заметно, что стороны усиливают переговорные позиции «на земле». Европейские союзники Киева стали вслед за США задерживать корабли российского теневого флота. Украина продолжает атаки против приграничья: на этой неделе произошел мощнейший обстрел Белгорода. Действия России по разрушению энергетической системы противника вошли, видимо, в финальную стадию. Все громче украинские официальные лица заявляют о близости критической для столицы ситуации, когда понадобится полная эвакуация города.
Интересно, что МИД России активно транслирует скепсис о прошедших консультациях, акцентируя внимание на отсутствии прогресса и срыве диалога с американскими партнерами. Вероятно, такая риторика — следствие аппаратного недовольства дипломатов отстранением от реального переговорного трека, который ушел выше.
Мы видим очередную попытку прийти к завершению конфликта, к которому сейчас имеют интерес обе стороны (в отличие от их союзников). Удастся ли это, либо перед нами лишь очередная демонстрация готовности к примирению без реальных шагов — станет понятно уже к марту.
БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться