В последнее время в политическом поле несколько обострилась ситуация по вопросу абортов. Эти обсуждения то вспыхивают, то затихают на самых разных уровнях с завидной регулярностью.
В этот раз дискуссии были спровоцированы словами министра здравоохранения РФ Михаила Мурашко о необходимости и о возможном ограничении проведения медикаментозных абортов.
«Совершенно порочная практика сформировалась в обществе. Когда появилось убеждение, что женщина должна сначала получить образование, сделать карьеру, обеспечить себе материальную базу, а потом только озаботиться деторождением» - считает министр.
Нам не совсем понятно такое внимание к этой теме, тем более с учетом официальной статистики по абортам - из года в год их количество в России снижается, а за последние десять лет снизилось аж в два раза. В этом есть и большая заслуга Минздрава, который проводит просветительскую и разъяснительную работу по вопросам деторождения.
В последние годы также заметен определенный спад по рождаемости, но пытаться выявить здесь прямую связь с абортами и решить одну проблему путем обострения другой (запретами и ограничениями) - это как начинать строить дом не с фундамента, а с крыши.
При всей неоднозначности и дискуссионности позиции Мурашко и большом числе мнений на этот счет, мы отметим одно из тех, что предрекает наиболее неприятный сценарий в случае «политики запретов»: женщины не перестанут стремиться строить карьеру и получать образование - такова уж особенность развития общества, но будут с гораздо большим сомнением подходить к вопросу рождения детей. И речь тут не о позднем появлении 3 и 4 ребенка, о чем говорит министр, а о сомнениях относительно второго или даже первого ребенка. Ведь не всегда аборт - это прихоть, иногда - медицинская необходимость.
Впрочем, детский омбудсмен РТ и, как подметили коллеги, «женщина необычайного государственного ума и таланта» Ирина Волынец пошла в этом вопросе дальше, обратившись в парламент Татарстана с предложением ввести административную ответственность для врачей, которые «склоняют пациенток к аборту», также финансовую ответственность за своих сотрудников будут нести и медицинские учреждения.
Что такое «склонение к аборту» - вопрос открытый. Врач либо выполняет свои прямые обязанности, сообщая пациенту все возможные варианты и потенциальные последствия для его жизни и здоровья, либо молчит, чтобы ценой доверия пациента избежать попадания «под статью».
Но, всё-таки, ведь именно врач, а не чиновник должен определять целесообразность тех или иных медицинских рекомендаций в каждом индивидуальном случае, не так ли?
В этот раз дискуссии были спровоцированы словами министра здравоохранения РФ Михаила Мурашко о необходимости и о возможном ограничении проведения медикаментозных абортов.
«Совершенно порочная практика сформировалась в обществе. Когда появилось убеждение, что женщина должна сначала получить образование, сделать карьеру, обеспечить себе материальную базу, а потом только озаботиться деторождением» - считает министр.
Нам не совсем понятно такое внимание к этой теме, тем более с учетом официальной статистики по абортам - из года в год их количество в России снижается, а за последние десять лет снизилось аж в два раза. В этом есть и большая заслуга Минздрава, который проводит просветительскую и разъяснительную работу по вопросам деторождения.
В последние годы также заметен определенный спад по рождаемости, но пытаться выявить здесь прямую связь с абортами и решить одну проблему путем обострения другой (запретами и ограничениями) - это как начинать строить дом не с фундамента, а с крыши.
При всей неоднозначности и дискуссионности позиции Мурашко и большом числе мнений на этот счет, мы отметим одно из тех, что предрекает наиболее неприятный сценарий в случае «политики запретов»: женщины не перестанут стремиться строить карьеру и получать образование - такова уж особенность развития общества, но будут с гораздо большим сомнением подходить к вопросу рождения детей. И речь тут не о позднем появлении 3 и 4 ребенка, о чем говорит министр, а о сомнениях относительно второго или даже первого ребенка. Ведь не всегда аборт - это прихоть, иногда - медицинская необходимость.
Впрочем, детский омбудсмен РТ и, как подметили коллеги, «женщина необычайного государственного ума и таланта» Ирина Волынец пошла в этом вопросе дальше, обратившись в парламент Татарстана с предложением ввести административную ответственность для врачей, которые «склоняют пациенток к аборту», также финансовую ответственность за своих сотрудников будут нести и медицинские учреждения.
Что такое «склонение к аборту» - вопрос открытый. Врач либо выполняет свои прямые обязанности, сообщая пациенту все возможные варианты и потенциальные последствия для его жизни и здоровья, либо молчит, чтобы ценой доверия пациента избежать попадания «под статью».
Но, всё-таки, ведь именно врач, а не чиновник должен определять целесообразность тех или иных медицинских рекомендаций в каждом индивидуальном случае, не так ли?