Сегодня я хотела описать один кейс. Но случайно наткнулась на пост, что 15 июня — день рождения человека, без которого моей работы бы не было.
Эрик Эриксон.
Тот самый, кто первым из психологов заявил: жизнь не заканчивается в 18 лет. Что мы развиваемся, меняемся и проходим кризисы во взрослом возрасте — и это нормально.
До него психологи в основном изучали детство. А Эриксон пошёл дальше и показал, что у человека есть 8 стадий развития — на протяжении всей жизни.
И он один из немногих, кто создал периодизацию жизни после подросткового возраста:
Ранняя взрослость (20–40 лет) — кризис близости vs изоляции. Научиться быть с другим, не теряя себя.
Средняя взрослость (40–60 лет) — кризис генеративности vs застоя. Оставить след, передать дальше, не застрять в себе.
И это важно. Потому что в современной психологии период взрослости до сих пор остаётся одной из самых сложных и недостаточно изученных областей.
А ведь именно в этом возрасте человек впервые становится способен по-настоящему выбирать. Строить жизнь так, как хочет он. Влиять на неё. Менять.
Именно в этом возрасте случаются самые глубокие внутренние переломы.
Не «подростковый кризис», а кризис смыслов. Кризис идентичности. Кризис «а туда ли я иду?».
Эриксон называл кризис поворотным моментом — точкой, где ты либо застреваешь, либо выходишь на новый виток.
И это нормально. Это не поломка.
Это приглашение к инициации.
Поэтому если вы сейчас чувствуете, что проходите через кризис — знайте: всё не зря. Вы не сломались. Вы просто созрели для следующего этапа.
И у вас есть сила, чтобы его пройти.
Эрик Эриксон.
Тот самый, кто первым из психологов заявил: жизнь не заканчивается в 18 лет. Что мы развиваемся, меняемся и проходим кризисы во взрослом возрасте — и это нормально.
До него психологи в основном изучали детство. А Эриксон пошёл дальше и показал, что у человека есть 8 стадий развития — на протяжении всей жизни.
И он один из немногих, кто создал периодизацию жизни после подросткового возраста:
Ранняя взрослость (20–40 лет) — кризис близости vs изоляции. Научиться быть с другим, не теряя себя.
Средняя взрослость (40–60 лет) — кризис генеративности vs застоя. Оставить след, передать дальше, не застрять в себе.
И это важно. Потому что в современной психологии период взрослости до сих пор остаётся одной из самых сложных и недостаточно изученных областей.
А ведь именно в этом возрасте человек впервые становится способен по-настоящему выбирать. Строить жизнь так, как хочет он. Влиять на неё. Менять.
Именно в этом возрасте случаются самые глубокие внутренние переломы.
Не «подростковый кризис», а кризис смыслов. Кризис идентичности. Кризис «а туда ли я иду?».
Эриксон называл кризис поворотным моментом — точкой, где ты либо застреваешь, либо выходишь на новый виток.
И это нормально. Это не поломка.
Это приглашение к инициации.
Поэтому если вы сейчас чувствуете, что проходите через кризис — знайте: всё не зря. Вы не сломались. Вы просто созрели для следующего этапа.
И у вас есть сила, чтобы его пройти.